Адъютант палача (СИ)
Я сразу решил поставить дело на широкие рельсы и зарегистрировал компанию. Вернее, в будущем это будет холдинг, если всё пойдёт по моему плану. Пока же товарищество «Танесдорф», которое я решил назвать в честь фамилии здешней матери, состояло из четырёх учредителей. Пятьдесят пять процентов акций принадлежала мне, а по по пятнадцать химику, Фредди и Пырху. Уставной фонд компании формировался из захваченных в Кёнигсберге денег. Нам же надо открывать целый завод и закупать материалы.
Штаб-квартиру компании решили разместить в Питере, куда собирался переезжать Вылежинский. Надо бы ещё найти грамотного управляющего, так как Бронислав производил впечатление далёкого от бизнеса человека. Но это чуть позже, так как пока надо определиться с формулой. Здесь всё не так просто, но выполнимо. Я же пока собрался в Вилейский уезд. Заодно нужно было заскочить в Минск, где у меня была запланирована ещё одна встреча.
-Юзеф, а зачем вам информация о нитроглицерине? Тем более, речь идёт о таких огромных количествах. Вы собрались заняться горнорудным делом?
Ага, хочу организовать карьер, вернее — воронку, в центре одной из европейских столиц. Но химику я сказал иное.
-Вы почти угадали. Есть у меня некоторые мысли по строительству железной дороги. Там потребуется большое количество взрывчатки. Потому я и интересуюсь условиями хранения и перевозки.
* * *-В принципе, я согласна. Но как на это посмотрят твои брат и сестра?
Судя по тому, какой идеальный порядок царил в нашем доме, моя задумка оказалась верной. Тётя Катарина была дамой грамотной и весьма дотошной. По приезде, я получил полный отчёт о положении дел с семейным особняком, доходным домом и двумя мануфактурами, за которыми она следила. Это папахен поручил двоюродной сестре управлять минскими активами семьи и окунулся в политику. Вернее, он в ней утонул, но это не моё дело.
А царские чиновники не зевали, и уже хотели наложить лапу на весьма вкусные куски имущества Козелл-Поклевских. Если бы не тётушка, то обе фабрики уже растащили, заодно и дом обнесли. Ведь активы бунтовщиков подвергаются конфискации, что является просто колоссальной кормушкой для предприимчивых чинуш. Надо этот вопрос поднять перед Муравьёвым. Напишу ему письмо сразу после разговора с родственницей.
Мой приезд в Минск оказался самым настоящим сюрпризом для обитателей особняка. И не сказать, что со знаком плюс. Молва о моём предательстве докатилась до столицы губернии и обросла дополнительными слухами. Наш многолетний управляющий и эконом Мариус, сбледнул с лица, увидев меня, заезжающего в ворота. Слуги вели себя испуганно и будто ожидали, что их прямо сейчас начнут убивать. Даже три мои троюродные сестрицы вначале чуть ли не попадали в обморок. А вот пани Катарина показала свой характер. Думаю, она бы спокойно воспринимала даже мой переход на сторону Сатаны. Главной целью её жизни было выдать дочек замуж. И она резонно связывала эти надежды со мной. Тем более что у старшей, вроде как, появился жених.
Денег у обеих сторон не было, зато их хватало у нашей семьи. Вот я и сделал тётушке предложение, от которого она не смогла отказаться. Мне показалось, что лучшего управляющего семейным имуществом не найти. Я не собирался залезать в копилку Козелл-Поклевских, и решил в будущем передать большую часть имущества Маше с Мишей. Денег у меня сейчас хватало, да и подло — хапать чужие активы. Младшие члены моей нынешней семьи в мятеже участия не принимали. Хотя сестрица была весьма резка в своих политических взглядах, но это всё было влиянием отца. Ян Наполеон любил разглагольствовать о Речи Посполитой, её восстановлении и прочей чуши. Вот сестрица и поддалась его влиянию.
А встречаться с оставшимися на свободе родственниками у меня не было никакого желания. Мне не стыдно, просто неприятно. Тётушка тоже немного волновалась на предмет того, что ей могут выкатить претензии. Но графом Козелл-Поклевским, и обладателем весьма немалого состояния, скоро станет ваш покорный слуга. Поэтому Катарина сопротивлялась строго для приличия. Когда я предложил ей весьма неплохое жалованье и право нанять в качестве помощника будущего зятя, то приобрёл верного союзника.
-Юзек, но зачем ты хочешь продать ваш особняк в Варшаве?
-Боюсь, что моё появление за Неманом будет встречено весьма недружелюбно. Да я и сам не стремлюсь посещать те места.
-При чём здесь это? — тётушка всплеснула руками, — Кому ты собрался продавать самый настоящий дворец? Вернее, кто даст за него хорошую цену в ближайшие годы? У меня есть подозрение, что вскоре цены на варшавские дома упадут в несколько раз. Огромное количество особняков уйдёт с молотка за бесценок. Наоборот, сейчас надо покупать конфискованное имущество, а не продавать.
Я по-иному взглянул на эту молодящуюся толстушку. Вроде такая вся из себя простая и вечно улыбающаяся, регулярно посещает костёл, но хватка у неё похлеще Юзефы. И почему никто не рассмотрел этот талант ранее? Даже кабинет, где мы беседовали, стал выглядеть иначе. Тётушка поменяла шторы, убрала один шкаф и сделала обстановку более деловой. И было видно, что она здесь действительно работала. Кипа бумаг на столе, немного осунувшееся лицо и руки в чернилах, прямо кричали о том, что Катарина вся в заботах.
-Сколько у нас свободных денег?
Судя по хищной улыбке собеседницы, я правильно понял её намерения.
-На счету в банке более тридцати тысяч. Но они сейчас арестованы, — грустно ответила Катарина, — В кассе есть более трёх тысяч, и скоро поступит выручка с фабрик.
-За деньги не переживайте. У меня есть документ от генерал-губернатора о вступлении в наследство. Отец и старшие братья, к моему сожалению, считаются государственными преступниками, — произнёс я, лицемерно вздохнув, — Я в ближайшие дни получу доступ к деньгам, заодно оформлю на вас доверенность. Мне импонирует, как вы взялись за дело. Думаю, мы с вами хорошо заработаем не только на варшавской недвижимости. Есть у меня ещё идеи по развитию льняной промышленности в Крае. Я здесь намедни изучал состояние экономики страны, и был крайне удивлён. Россия — огромная страна с постоянно растущим населением. При этом, мы до сих пор завозим из-за границы чуть ли не половину тканей. Это недопустимо, что такие колоссальные деньги проходят мимо нашего кармана.
Тётушка опять улыбнулась, став похожей на акулу. Я уже начал её побаиваться. Вернее, беспокоиться за наших будущих конкурентов. Она ведь и на убийство пойдёт ради семейного благополучия.
-Я тоже думала об этом. Здешняя земля крайне бедна и родит мало зерна. А вот тот же лён может приносить неплохой доход. Только у моей семьи не было капиталов, дабы начать зарабатывать на тканях. Ещё хороший доход приносит хлебное вино.
Спаивать народ в мои планы не входит. Пусть на водке зарабатывают другие, у меня есть свои принципы. Поэтому я предложил тёте иной путь к обогащению.
-Сахар! За этим продуктом будущее. Начнём с посадок свёклы, заодно сразу откроем завод по переработке.
Улыбка Катарины стала ещё страшнее. Нет, она реально похожа на акулу. И самое забавное, что ей плевать на папахена, моих старших братьев, казнимых патриотов и польское дело, в частности. Мадам исключительный прагматик и аполитичный человек. Думаю, мы сработаемся.
[1] «Колокол» — первая русская революционная газета, издававшаяся А. И. Герценом и Н. П. Огарёвым в эмиграции в Вольной русской типографии в 1857—1867 годах.
[2] Вылежинский Бронислав Титович (1840—1895) — российский инженер-технолог и химик, профессор Санкт-Петербургского практического технологического института. Действительный статский советник
Глава 17
Глава-17.
-Что это? — воскликнул Денисов, — Очень похоже на взрыв.
Поручик прав — судя по громкому хлопку, что-то взорвалось. Я процентов на сто уверен, что произошло, но отогнал панические мысли и сразу взял себя в руки. Плохо, что людей с нами почти нет. Мы с Варламом ехали на совещание в губернаторский дворец и взяли с собой минимум сопровождения.