Адъютант палача (СИ)
Второй праздничный день начался немного позже обычного. Танцы закончились достаточно поздно. Это мне удалось сбежать пораньше и завалиться спать. Зенон ещё похрапывал, когда я оделся и выбрался на утреннюю прогулку. По дворцу активно сновали слуги, которые занимались уборкой, и готовили столовую к завтраку.
Я же начал постепенно приводить себя в порядок. Пока это были регулярные прогулки и лёгкие тренировки, что сразу положительно сказалось на организме. Вчера вон целых семь танцев выдержал. Хотя реально устал. Утренняя прогулка по зимнему парку самое лучшее, с чего можно начать день. Тем более что делать мне особо нечего. Можно сказать, что мой распорядок дня не поменялся по сравнению с прошлой жизнью. Раньше я гулял два раза в день, остальное время читал и сёрфил. Здесь ситуация похожая. Только вместо лазания по интернету — живое общение и игры с Зеноном или Зосей. Вчера вот разнообразил своё времяпрепровождение танцами. Только настроение сегодня не особо хорошее. Политическое сборище никак не выходит из головы и занимает все мои мысли.
Только сейчас не хочется думать о чём-то плохом. Чудесный парк, который совершенно преобразился по сравнению с ночными видами. Слуги с утра почистили дорожки и посыпали их песком. Схожу с тропы в сторону огромной ели и как в детстве дёргаю за ветку. Не успеваю выбежать, запнувшись за какой-то корешок, и меня буквально засыпает снегом. Отряхиваюсь, пытаясь вытащить снег из-за шиворота, и слышу заливистый смех.
Агнешка с мелкой Зосей тут как тут. Обе в соболиных шубах, лица раскраснелись на морозе, а в глазах плещется веселье. Не удержался и начал смеяться вместе с девчонками. Что же со мной происходит? Сначала какие-то детские порывы, теперь веду себя будто беззаботный юноша. Ну, так я нынешний он и есть. Наслаждался бы этой жизнью и далее. Только есть одно большое «но». Сероглазка сразу заметила перемену в моём настроении и задала вопрос.
-Юзек, ты иногда задумываешься или уходишь в себя — даже не знаю, как правильно объяснить, но это меня пугает. Сначала я вообще тебя не узнала, было ощущение, что общаешься с другим человеком. Правда, постепенно вернулся наш прежний весёлый Ангелочек.
Красивые ямочки стали милым дополнением и так прекрасной улыбки девушки. Зося же смеялась ,не сдерживая эмоции.
-Всё дело в предстоящем восстании? Но ведь это наше право и реальная возможность получить независимость от проклятых москалей. По крайней мере, так говорит мой дядя, — Агнешка стала говорить тише, чтобы не услышала скачущая впереди нас Зося, — Или ты изменил своё мнение, пожив в столице России?
-А твой дядя ничего не говорит про то, что он восемь лет вполне себе добровольно служил императору, которому давал клятву? И как он будет поступать со своими знакомыми и сослуживцами поляками, не предавшими присягу, или прости господи москалями? А про их семьи он ничего не говорил? — чувствую, что срываюсь и с трудом останавливаю готовые сорваться более жёсткие слова.
Сделав большой вдох и выдохнув облачко пара, я продолжил.
-Меня беспокоят жертвы, в первую очередь среди простых людей. Видишь ли, я не являюсь сторонником того, что в любом восстании или революции потери среди мирных граждан закономерны. И вообще, пойдём в дом, там наверняка уже готов завтрак.
Но Агнешка меня не отпустила, а просто развернула к себе. Смотрю в эти глаза и понимаю, что тону. До чего же она красивая! Хотя понимаю, что это не совсем мои ощущения.
-Ты действительно изменился, Юзек. Только взрослый и здравомыслящий человек в первую очередь будет думать о последствиях, к которым могут привести его действия. Я тоже скептически отношусь к некоторым нашим лидерам, но всей душой за будущее восстание!
Решаю прекратить неприятный разговор простым, но очень приятным способом. Целоваться девушка не умела, попытавшись сначала вырваться, но затем обмякла и страстно ответила. Мне самому кровь ударила в голову. Я уже и забыл, что обыкновенный поцелуй любимой девушки может буквально сводить с ума и доставлять такое наслаждение!
Хихиканье мелкой занозы разрушило всё очарование. Мы быстро оторвались друг от друга. Щёки девушки пылали, а огромные глазищи смотрели с каким-то трогательным удивлением. Думаю, у меня лицо мало чем отличалось. Поворачиваюсь к Зосе, которая откровенно скалится, и строго произношу.
-Если кому-то растрезвонишь или будешь дразнить нас «жених и невеста», то придётся рассказать маме, кто разбил её любимую вазу.
-Так нечестно! — уже под наш с сероглазкой смех надула губы кузина, но её хватило ненадолго, — А вы правда скоро поженитесь? Юзек, а ты уже приготовил кольцо?
Зося так и пытала нас своими вопросами вплоть до входа в дом. Наконец, не выдержала Агнешка и так строго посмотрела на девочку, то та сразу замолчала и сделала самое невинное лицо. Это было так забавно, что мы хохотали уже втроём.
Эх, как же хорошо! Ловлю себя на мысли, что у меня никогда не было таких беззаботных и счастливых дней. Нет, я радовался рождению детей с внуками. Но моя прошлая жизнь больше состояла из борьбы, когда просто нельзя было расслабиться. А потом, просто одиночество полусбрендившего мужика, который сам не знает чего хочет.
На завтрак, как и ожидалось, вышли не все гости. Часть мужчин переборщила с алкоголем, а многие дамы в принципе раньше двух часов не просыпаются. За столом была в основном молодёжь и публика постарше. Магдалена была без супруга и периодически бросала на меня откровенные взгляды. Сидевшая рядом Агнешка не выдержала и, улыбаясь, прошептала мне в ухо.
-Если ты ещё раз посмотришь на эту курву, то приобретёшь ещё одну травму головы. Канделябр упадёт или там ножка стула переломится.
-Но ведь канделябры стоят на столах и тумбах, — решаю подыграть ревнивой девушке.
-А на тебя упадёт. Может, два или три раза подряд.
-Понял — не дурак.
Не знаю, чего пани Гротская прочитала во взгляде сероглазки, но в мою сторону она больше не смотрела. Нет, ну просто бандит в юбке, хотя и очень красивый.
Далее народ решал, где провести время перед обедом. Старшее поколение предложило поиграть в фанты или рифмы. Я вот нисколько не стихоплёт, поэтому проголосовал за более известную мне игру. Но молодёжь хотела гулять, поэтому минут через тридцать мы дружной толпой двинулись в парк. Снега было не так много, но я предложил слепить снежную бабу. Молодёжь поддержала идею гулом одобрения. Пару слуг послали за морковками и вёдрами. А остальной народ, разделившись на четыре компании, приступил к действию.
Смех и радость били просто через край. К нам ещё присоединился мамин пудель по прозвищу Мюрат. Я так подозреваю, что кличка была выбрана, чтобы позлить папахена. Собака носилась между нашими компаниями, добавляя хаоса и веселья. Всё-таки дети и молодые люди одинаковы во все времена и независимо от страны. Ну, если только это не какие-то оголтелые сектанты и откровенные дикари. Вместе со всеми куражился и я, забыв обо всём на свете. Когда снежные бабы были готовы, народ начал доводить их до ума. Кто-то крепил камни, изображающие глаза, другие старательно искали веточки, похожие на руки. Один попаданец из будущего решил пошутить и прикрепил к нашему снеговику дополнительную морковку.
-Юзек! — глаза Агнешки округлились, розовые щёчки стали алыми, — Ты не меняешься!
-Чего там? Дайте мне посмотреть, — под дружный смех Зося пыталась пробиться к пошлому снеговику, которого уже оскопили.
Затем я вдруг получаю снежком прямо в лоб. Это панна Свенторжецкая решила так меня наказать. Пока лепил ответку, получил ещё пару подарков. В итоге всё закончилось снежным побоищем. Утрирую, конечно. Смеха и притворных визгов было гораздо больше, чем какой-то борьбы. Всё-таки это середина XIX века и куражится высокородная публика. Это не наши зарубы с одноклассниками в восьмидесятые, которые периодически заканчивались массовой дракой.
Жутко довольные со скачущей впереди честной компании Зосей, поддерживаемой пуделем, мы вернулись домой. Марта, наша экономка, всплеснула руками и сразу начала созывать служанок. Порезвились мы на славу и промокли основательно. Прибежавшие слуги разобрали продолжавшую веселиться молодёжь. Объявление, что скоро всех напоят глинтвейном, было встречено одобрительными криками.