Книга превращений

Жуткое это было зрелище: парящий в небесах каменистый остров ощетинился черными шпилями, вокруг них летали какие-то существа – громадного, должно быть, размера, подумал Фулкром.
– Да помогут нам боги. Эта летающая крепость – она тронулась с места, клянусь, я видел. Она огромная и движется очень медленно, вот почему это незаметно, но ее положение в небе поменялось, честное слово.
Фра Меркури настойчиво тянул Фулкрома за рукав, отрывая его от Лан.
«Боги не помогут. Зато я могу помочь. Нам надо поговорить». Слова рождались в сознании Фулкрома как будто сами собой. Он кивнул.
– Идем.
Они отошли к ближайшему строению – одноэтажному деревянному домишке, крашенному ярко-зеленой краской. Перед домом был убогий палисадник, полный мертвых и умирающих цветов, и крылечко. Все четверо поднялись по ступеням, Фулкром заколотил в дверь.
Ответа не было, тогда Лан подошла ближе и выбила дверь пинком. Из-за стола им навстречу с ругательствами поднялся крепкий жилистый мужчина – наверняка рыбак.
– Инквизиция Виллджамура, – объявил Фулкром и жестом приказал ему отойти в сторону. Тот послушно умолк и только стоял рядом, пока они занимали стол. Последним в хижину вошел фра Меркури.
Обстановка была скудной: круглый стол, несколько деревянных стульев, на стенах дешевые картинки с пейзажами и старое зеркало в железной раме, в углу – покрытая ржавчиной металлическая плита.
Осторожно опускаясь на стул, Лан обвела своих спутников взглядом и на невысказанный вопрос Тейна хмуро ответила:
– Вулдона больше нет.
– Не может быть! – ахнул Фулкром.
Лан кивнула.
– Он погиб, спасая какую-то семью. Мы уже шли к выходу. Я ничего не могла сделать. – И она опустила взгляд.
Фулкром положил ладонь ей на руку.
– Позже об этом поговорим.
Тейн сидел молча, потрясенный.
– Смерть – это еще не конец, – вдруг раздался голос фра Меркури. У него был непривычный акцент, а голос звучал напряженно, точно он считывал слова со стены, которая была где-то далеко от него. – Части его тела. Принесите их. Я починю.
– Кто или что ты такое? – не выдержал Фулкром. – Зачем жрец привел тебя сюда и где он сам?
– Жрец?
– Ульрик, – сказал Фулкром.
По лицу фра Меркури мелькнуло неясное выражение.
– Вы… «…не имеете понятия о том, кто я», – продолжал голос уже у Фулкрома в голове. «Интересно, а Лан слышит?» Судя по всему, она слышала.
«Виллджамур сильно вырос. А ведь он был деревушкой не больше этой, когда я покидал ваш мир. Ульрик привел меня сюда вновь целым и невредимым. Но сам попал в Книгу. Такова цена. Вы должны увести меня подальше отсюда. Поликарос будет двигаться».
– Что будет двигаться?
«Поликарос, в небе. Он будет двигаться. Будет гнаться за этими людьми. Он уничтожит их, а вместе с ними и вас. Но только не меня, нет, – я надеялся попасть на Архипелаг в более безопасном месте. Но из всех башен Пути жрец ухитрился выбрать именно ту, что в Виллджамуре, на который уже, по-видимому, готовился набег».
– Как ты неблагодарен к тому, кто тебя вызвал.
«Мое терпение кончилось!» Зеркало на стене треснуло, все переглянулись в страхе. «Отведите меня к вашим старшинам».
– Нет у нас никаких старшин. Если ты про начальство, то они все там – остались в городе. Насколько я знаю, император и весь Совет там.
«На востоке какое-то движение. Отведите меня туда».
– Мы мало что об этом знаем, – сказала Лан. – Где-то под Виллиреном была война, так писали в «Народном обозревателе», – туда, наверное, и услали бо́льшую часть солдат.
«Да. Ваши люди одержали победу. И встретили тех, кто может помочь. Народ, обожествляющий меня. Им тоже нужны союзники. Ваш бывший правитель жив».
– Уртика?
«Нет, женщина».
– Рика… – сказал Фулкром. – Что ж, это все меняет.
«Да. Нам надо идти, немедленно».
– Послушай, – отвечал Фулкром, – не сомневаюсь, что в своем мире ты важная фигура. Но тут, на дороге, на открытой местности, тысячи людей, многих из них, надо полагать, ночью ждет верная смерть. Если мы идем на восток, то и они с нами. Нельзя просто взять и бросить их здесь, на верную гибель от этой штуки. Очень возможно, что десятки тысяч чужих жизней для тебя сущий пустяк, зато для них жизнь – все, что у них осталось.
 
Взгляд фра Меркури настойчиво и стремительно метался от Лан к Фулкрому, от Фулкрома к Лан.
«Что ж, придется…»
Под темнеющим небом они выстроились на крыльце у входа в дом. Фулкром не сводил глаз с фра Меркури, который зигзагами метался в толпе беженцев, покуда не нашел центр.
– Что он собирается делать? – спросила Лан, вцепившись Фулкрому в руку повыше запястья.
– Понятия не имею, – отвечал тот.
Между тем фра Меркури завыл какое-то заклинание, земля затряслась. Фулкром свободной рукой ухватился за перила крылечка, а Тейн сделал несколько шагов вниз, поближе к подозрительному заклинателю.
Люди в центре деревни завопили не своими голосами, когда разбитая дорога, по которой они устало тащились, стала вдруг подниматься прямо вместе с ними. Одни в панике попрыгали с нее вниз, другие вцепились друг в друга. В центре начал подниматься вверх кусок земли. Вдруг раздался треск ломающихся досок: два деревенских дома распались на глазах, проваливаясь в водоворот фиолетового света; сама их материя, казалось, крошилась и расползалась и вдруг собралась снова в виде двух абсолютно круглых конструкций, которые оказались прямо под вытащенным из земли клином.
– Колеса, – догадался Фулкром. – Он создает колеса для перевозки этого сегмента.
Они потрясенно смотрели, как прямо перед ними из ничего, точнее, из частей окружающего мира возникал громадный экипаж: гора из земли и травы, не менее шестидесяти футов в ширину, где уже разместились около ста человек и которая легко могла принять и больше.
Фулкром сразу угадал назначение этого экипажа: с его помощью огромное число людей можно будет перевезти подальше от разрушенного города и, следовательно, от зоны влияния этого – как его там? – Поликароса. Конечно, при условии, что неуклюжую штуковину удастся сдвинуть с места.
Еще один кусок земли поднялся в воздух. Под него тоже встали деревянные колеса, затем еще и еще раз. Четыре земляных экипажа стояли друг за другом, заняв собой всю улицу.
– Как же они поедут? – спросила Лан.
Через пару минут она получила ответ. В поднявшейся кругом суматохе фра Меркури было не разглядеть, однако Фулкром увидел четырех всадников, которые вдруг поднялись над седлами и были сброшены в грязь. Коней – их было четверо – подвели к экипажам; они оказались ростом вровень с колесами.
И тут случилось новое чудо: животных окружил фиолетовый свет, они стали корчиться и одновременно расти, пока не превратились в настоящих чудовищ. Непомерно раздутые и неестественно мускулистые кони – один вороной и три серых – возвышались теперь над всей деревней, точнее, тем, что от нее осталось.
Не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что будет дальше.
Фулкром наклонился к Тейну:
– Убери людей с дороги.
Тейн кивнул и бросился исполнять: он метался между людьми, выводя мужчин, женщин и детей буквально из-под копыт чудовищных животных, которые злобно лягались и топали. Раздались крики, двоих-троих несчастных все же раздавили. Людям хотелось и бежать, и остаться на месте: все понимали, для чего возникли эти огромные экипажи, но многие все же опасались за свою жизнь. К тому же в дело была замешана магия, в которой они ничего не понимали – так же как Фулкром. Тот, имея некоторый опыт работы с культистами, редко оперировал такими понятиями, как волшебство или магия, но творившееся на его глазах было совершенно необъяснимо и настолько не похоже на все виденное им прежде, что он просто не мог подобрать иного слова.
Появился фра Меркури, его речь сразу зазвучала у Фулкрома в голове. «Вот наш транспорт. Полагаю, тысячи на две его хватит».
– Этого мало, – сказал Фулкром. Лан смотрела на него. – Забрать нужно всех, – продолжал он. – Иначе нет смысла.