Предел подчинения (СИ)

Клим был на заднем дворе и курил сигару с другими мужчинами. Я посмотрела на него. Мне всегда нравилось его чувство стиля; он был одним из счастливчиков, которые могли надеть что угодно и при этом выглядеть потрясающе. В костюме от Armani он мог выглядеть так же комфортно, как в футболке и бейсболке. Он был приземлённым и в то же время утончённым. Он был суровым, но не выглядел грубым во всех отношениях. Очень красивый, с мальчишеским обаянием. А ещё как этот мужчина меня возбуждает!
К всеобщему удивлению, в полночь появилась наша подруга Лена. Её сопровождал чувак странного вида. Очевидно, они были неудачной парой. Лена всегда была красивой и очаровательной: просто её пристрастие к запрещённым веществам взяло над ней верх. Мы все пытались вмешаться в её зависимость на раннем этапе, и особенно я. Но чем сильнее я пыталась воздействовать, тем хуже становилась ситуация.
В старшей школе Лена была моей самой близкой подругой. Оба её родителя сильно пили, будучи неисправимыми алкоголиками, и Лена проводила в доме моей семьи столько же времени, сколько и в своём собственном. Она была для моих мамы и папы, как приёмная дочь. Фактически, однажды, когда мы поехали в Краснодарский край на семейный отдых, взяли её с собой. Она никогда не выезжала за пределы Ленинградской области. Тогда она была милой, умной и весёлой. Писала стихи и любила читать.
Когда я поступила в университет, Лена пристрастилась нюхать одно вещество. Не знаю, кто и когда ей подсунул эту отраву, но подобные действия стали для подруги началом конца. Постепенно от порошка она перешла к кристаллам и ряду других лекарств, отпускаемых по рецепту. Сначала я не поверила, когда некоторые из моих друзей начали присылать мне сообщения с предупреждениями о том, что Лена становится наркоманкой. К сожалению, они оказались правы. Потом дошли слухи, что она начала употреблять тяжёлое вещество, причём внутривенно.
Сегодня на вечеринке она выглядела довольно хорошо. Была несколько нервная и выглядела слишком худой, а в остальном всё в порядке. Лена никогда не весила больше 47 килограммов, но теперь она выглядела на пару кило меньше. Её волосы были красиво уложены, а одежда выглядела новой. Она не производила впечатление усталой, как тогда, когда я видела её перед свадьбой. Когда она осталась одна, я спросила о парне, которого подруга привела на вечеринку.
— Он просто друг, хорошо ко мне относится, — ответила Лена.
«Хорошо относится? Другими словами, подпитывает твою зависимость в обмен на твоё тело?» — хотела я спросить, но не произнесла ни слова, а вместо этого держала мысли при себе. Я не хотел заставлять подругу защищаться, не здесь. Но в глубине души я ненавидела эту ситуацию. Никогда и ни за что прежде Лена не связалась бы с таким гнусным, некрасивым и неряшливым, производящим мерзкое впечатление типом, как тот, с кем она пришла. Теперь, увы, с ней всё было иначе. Он, видимо, обеспечивал её. Без сомнения, к тому же стал её дилером.
— Хорошо, но, пожалуйста, будь осторожна, — это всё, что я могла сказать в ответ.
Лена и тот придурок ушли рано. Внутренне я подозревала, что она приготовилась к вечеринке, чтобы показать нам, что хорошо себя чувствует и выглядит достойно. Но через десять минут после ухода от нас она где-то что-то готовила ложкой. Мысль об этом меня угнетала. Было очень жаль, что умница и красавица Лена губит себя ради какой-то химической дряни.
Около 1:45 ночи с вечеринки произошёл массовый исход, и вскоре после этого мы с Климом тоже ушли. Почему кажется, что люди всегда покидают вечеринки группами? Мы сели в машину и отправились в долгую поездку домой. Немного жутковато ехать посреди ночи. Городские улицы, которые всегда казались многолюдными, теперь выглядят странно пустынными и заброшенными. Это почти сюрреалистично. Как мы обычно делаем после вечеринки, стали делиться наблюдениями.
Клим был в игривом настроении и шутил, как вдруг тон его голоса изменился.
Чёрт! Я такая шлюха…
Стоило только услышать голос Хозяина, как моя киска стала влажной и начала покалывать, словно по ней проводили электрическими проводами под напряжением. Небольшим, но достаточным, чтобы вызвать такие остренькие ощущения. Клим потребовал, чтобы я положила ноги на приборную панель, откинула сиденье и сняла трусики. Когда он так говорит, ему не нужно приказывать дважды.
 
Мне удалось поднять таз вверх, спустить стринги вниз по бёдрам и положить их в сумочку. Инстинктивно я поставила одну ногу на отделение для очков, а другую поставила справа от дефлектора, из которого в мою промежность стал дуть тёплый ветерок. Я знала, что Хозяин захочет, чтобы мои ноги были раздвинуты. Высокие каблуки выглядели сексуально на приборной панели.
Клим протянул правую руку и засунул её мне между ног, прижимая всю ладонь к моей киске. Твёрдым голосом он сказал мне, что я должна мастурбировать до оргазма, всё время держа ноги раздвинутыми и чуть приподняв таз для его удовольствия от просмотра. Широко расставив ноги, без стрингов, я почувствовала, как воздух из машины стал чуть горячее и принялся нежно обдувать мою открытую киску. Это было так хорошо. Затем Хозяин поручил мне вставить средний палец и сообщить ему, как он себя чувствует и стал ли мокрым.
— Я немного мокрая, Господин, а она мягкая, тёплая и слегка припухшая, — призналась я, нервно сглотнув. «Продолжайте вести машину, и через минуту или около того с меня будет капать», — я не стала произносить вслух этот дополнительный комментарий, но он, конечно, промелькнул у меня в голове.
Я чувствовала свой сладкий запах, и мне, признаться, было неловко, что Клим тоже мог ощущать его, находясь на водительском сиденье. Хозяин приказал мне мастурбировать одной рукой, одновременно посасывая кончики пальцев другой. Я знала, к чему он клонит. Он сказал, что каждый раз, когда наша машина будет полностью останавливаться, я должна буду менять руки. Больше того. Всякий раз, когда это происходит, я буду обязана размазывать сок своей киски по всей области клитора. Поэтому я взяла правую руку и провела немного смазки вверх и вокруг клитора, кружась снова и снова, оказывая необходимое давление на свой нуждающийся в ласке бугорок.
Клим взглянул на меня, когда я соблазнительно посасывала средний палец левой руки, затем указательный. Посмотрев вперёд, я увидела, как свет стал жёлтым. Нам пришлось остановиться на первый красный светофор. Клим нажал на педаль тормоза и обратил внимание на вагину рядом с собой. Я поменяла руки и попробовала себя на среднем пальце, облизывая и высасывая влагу. Яростно пососала и переключилась на другой палец, чтобы получить больше вкуса. Мне хотелось пить, и всю дорогу домой я утоляла жажду соком своей киски. Клим приказал мне не кончать, пока он не разрешит мне это сделать. Муж меня мучил и любил это, даже не прикасаясь к моему телу. Мне так хотелось испытать оргазм. «О, пожалуйста, позволь мне кончить, трогая себя и облизывая собственный сок», — думала я, выгибая спину и ёрзая на сиденье.
Мне так нужно было облегчение! Я боялась, что спонтанно кончу, и Господин будет этим сильно не доволен. Клим снова сосредоточился на вождении, глядя в зеркало заднего вида.
  
Глава 6
 
Анна 
Каждый раз, когда к нам приближалась машина, я съёживалась от унижения. Мои туфли лежали на приборной панели, и высокие каблуки торчали в разные стороны, словно антенны, а рука глубоко зарылась между ног. К счастью, проезжающие мимо люди при всём желании не смогли бы заглянуть внутрь салона, рассмотреть пассажирское сиденье и увидеть мою открытую киску. Однако, когда я сняла обувь, раздвинула ноги и положила ступни на приборную панель, мои выходки на рядом с водителем уже невозможно было скрыть от посторонних взглядов, направленных с левой полосы движения. Так что любой человек, проезжавший мимо нашей машины, наверняка смог рассмотреть, как я ласкаю свою киску, словно сука с течкой.
В какой-то момент дорога стала трёхполосной, и Клим занял средний ряд. Я взглянула в боковое зеркало: справа быстро приближался большой пикап, и, поскольку он находился на более высоком уровне, водитель мог заглянуть в нашу машину и посмотреть на меня сверху вниз. Чтобы подсолить рану, приблизился красный свет. Чёрт, мне было ужасно неловко, что меня так возбудили! Клим точно знал, что делает. Наша машина остановилась.