Предел подчинения (СИ)

Я не знала, что делать. Машину забрал Клим. Поехать ли мне одной туда, куда попросила приехать подруга? Что, если это какой-нибудь притон? Ужасно боюсь таких мест, хотя видела их только в кино. Может, стоит вызвать полицию? Я решила, что это будет ошибкой. Если сообщу правоохранителям, и они приедут туда и всех арестуют, то безумные приятели Лены потом отыграются на ней за это по полной. Может, даже убьют.
Мой разум метался. Клим был на мероприятии, его телефон выключен. В каком бы отчаянии она ни была, Лена никогда не писала подобных сообщений. Мне нужен был кто-то, кто мог бы помочь немедленно, поскольку казалось, что время имеет решающее значение. Если у Лены передозировка, я себе не прощу потом, если не смогу её спасти.
«Миша! Вот кто мне поможет! Пойду спрошу смотрителя Мишу. Найду его в вестибюле. Даже если мне придётся дать ему денег за помощь. Думаю, тысяч 10 его устроят», — подумав так, я быстро оделась, схватила сумочку и полетела по коридору к лифту. Мысленно я проклинала Ленку, но также понимала, как сильно её люблю и боюсь потерять, заразу такую. Настоящие друзья остаются навсегда.
В вестибюле я сновала туда-сюда, но Михаила нигде не было. В отчаянии постучала в его дверь, но безрезультатно. На обратном пути ещё раз в отчаянии оглядела вестибюль. Именно тогда увидела проходившего мимо Бегемота. Он тоже заметил меня и сразу догадался: со мной неладное творится. Мои волосы в беспорядке, и я была в панике.
Миллиардер подошёл, поздоровался и спросил, что происходит. Не выдержав напряжения, я объяснила ситуацию, и, к его чести, мы вскоре мы оказались в его «Мерседесе» и ехали по забитому в навигатор адресу. В дороге мало о чем говорили, кроме того, что я рассказала Бегемоту немного о Лене. Но предупредила, что не знаю, во что мы ввязываемся. Какой там будет дом? Возможно, там не будут рады нас видеть. Или даже попытаются напасть.
Бегемот хмыкнул и заверил меня, что он на сто процентов со мной, и если нам придётся ворваться в тот дом, чтобы спасти Лену, то мы это сделаем. Должна признаться, в тот момент я поняла: возможно, этот богатей не такой уж и придурок, как я думала. Когда дело дошло до конкретного дела, он шагнул вперёд, не задумываясь.
Бегемот ехал агрессивно, стремясь быстрее доставить нас в место назначения. Он сильнее давил на газ каждый раз, когда светофор показывал жёлтый свет. По данным навигатора, мы были менее чем в десяти минутах езды. В какой-то момент мы проехали большую среднюю школу с левой стороны. Глянув на неё, я вспомнила годы учёбы в 11 классе, когда мы с Ленкой стали лучшими друзьями.
После этого я ничего не помню.
***
Клим
Я часами сидел у постели Анны в больнице. Смотрел на её красивое спящее лицо, потом в окно, потом на пол, потом на любимую, потом снова в окно. Врачи сделали все необходимые анализы вплоть до МРТ, и, слава Богу, у супруги обнаружили только небольшое сотрясение мозга. Она спала мирно, в основном из-за обезболивающего. К сожалению, это были не все полученные ей в автокатастрофе травмы.
Заведующая отделением неотложной помощи доктор Печерская рассказала, что у Анны диагностировали также вывих запястья, на правой ноге были синяки и рваные раны. Её голова ударилась о боковое пассажирское окно, когда машина развернулась, в результате чего она потеряла сознание.
В соседней палате поместили Бегемота. У него, судя по всему, тоже никаких опасных для жизни травм не оказалось. Были сломаны несколько рёбер, но, к счастью, подушки безопасности предотвратили более серьёзные травы. Так что миллиардер, можно сказать, был теперь почти в полном порядке.
Когда Анна начала просыпаться, её речь была слишком бессвязна, чтобы понять. Потом любимая снова заснула. Я сидел в кресле с откидной спинкой. Пытаться уснуть — бесполезно. Я просто хотел быть с ней в комнате, чтобы, когда она снова откроет глаза, оказаться рядом в этот момент.
Посреди ночи супруга проснулась и на этот сразу поняла, где находится.
— Что случилось? Мы попали в аварию? — сонно пробормотала она.
 
— Всё в порядке, дорогая. Ты в порядке. Сотрясение мозга, но никаких внутренних повреждений, ничего. Ещё ссадины и порезы небольшие, ничего страшного. Врачи тебя хорошенько подлатали.
Она улыбнулась:
— Я была со Смирновым. С ним всё хорошо?
— Да. Сам его не видел, но врач сказал мне, что пациент жалуется на еду. У него сломаны ребра, поэтому он пока не может ходить, — ответил я.
— А Лена? — Анна сказала, как будто вдруг что-то вспомнила. — Клим, передай мой телефон».
— Милая, забудь пока о Лене, — попросил я. — Нам нужно поговорить.
Но супруга была настойчива и лихорадочно искала смартфон. Насколько я понял, от Лены поступило несколько сообщений. Не знаю, что говорилось в них, но Анна почувствовала явное облегчение.
— Милая, — продолжил я, — послушай, не знаю, что ты делала с Бегемотом, и мне всё равно. Всё, что я знаю, — это что люблю тебя. Давай начнём сначала. Продадим эту дурацкую квартиру, уволимся с работы и переедем в Москву или куда угодно.
— Клим, ты не знаешь, почему я был со Смирновым?
— Понятия не имею. Я с ним не разговаривал. Это не имеет значения. Давай начнём всё с начала.
— Клим, мы собирались спасти Лену.
Анна видела, что я понятия не имею, о чем она говорит.
— Неважно, объясню позже. Она тоже в порядке. Всё, что тебе нужно знать, — я люблю тебя, и нам не нужно никуда переезжать.
Затем моя милая снова заснула с улыбкой на лице.
  
Глава 49
 
Анна 
Это так странно — просыпаться на больничной койке. Вы думаете про себя: «Где я?» Бывают минуты, когда задаёшься вопросом, не во сне ли ты оказалась. Затем, встревоженная, смотришь на своё тело. Я вся здесь? Всё ли работает? Как выглядит моё лицо? Это страшно.
Когда я очнулась, Клим оказался рядом, и это немного утешило. Его тёплое, озабоченное, но улыбающееся лицо смотрело на меня сверху вниз, когда он вытирал мне слёзы. Супруг заверил, что я ранена, но ничего такого, что не зажило бы. Затем успокоил относительно Бегемота. Слава Богу, с ним тоже всё в порядке!
Внезапно у меня в мозгу словно произошла яркая вспышка. Мы собирались забрать Лену! С беспокойством я проверила свой телефон. От неё было не одно, а четыре сообщения. Я недоверчиво покачала головой. Подруга отправила мне первое послание по ошибке, а затем её телефон сломался. Оно же предназначалось не мне, а её приятелю. Просто подруга перепутала адресатов, и это в конечном итоге имело большие последствия.
Клим смотрел на меня с серьёзным выражением лица, пока я читала сообщения Лены, и что-то говорил. В моём мозгу была паутина, и мне было нелегко выполнить параллельную обработку, необходимую для полного понимания и того, что подруга мне написала, и слов супруга. Тут меня осенило: он понятия не имеет, как я оказалась в одной машине с Бегемотом! Вот что его беспокоит сейчас так сильно!
Мне хотелось обнять Клима, но я не могла так сильно двигаться. Просто послушала и расцвела майской розой: супруг сказал, что он не знает, ради чего я села в машину к Бегемоту, но заранее не считает мои действия чем-то предосудительным. Вроде «было и прошло», давай не станем вспоминать. Конечно, я не сделала ничего плохого, но дело было не в этом. Клим не мог этого знать. Он был рядом, несмотря ни на что.
Я пробыла в клинике имени Лёвушкиной ещё два дня, но в основном это была мера предосторожности. Конечно, ко мне приходили родственники, некоторые из близких друзей. Палата мгновенно наполнилась цветами и подарками. Клим не отходил от меня и спал на откидном кресле рядом. Благо, он оплатил VIP-палату, и здесь ему можно было оставаться, пока меня не выпишут.
Лена пришла в гости в первое утро с новостями. Сначала ей каким-то образом удалось заполучить драгоценность Клима. Ту самую, которую ради наркотиков она продала в ломбард. Там вещицу купил какой-то мужчина, который собирался её переплавить, но, к счастью, не успел. Лене удалось узнать его адрес, а потом выкупить.