Жизнь Там 5 (СИ)

— Это точно, хозяйка. И в кого она такая тощая?
— Хоть бы уж скорее подросла и округлилась. Тогда на девушку стала бы похожа. А за чулками я завтра на рынок забегу. А то сегодня поздно уже. А тебе их с Вальдом передам. Он теперь чуть ли не каждый день в столице бывает.
— Ладно, пойду я уже. Хочется до ужина успеть в башню магов.
— Ой, — всполошилась Грета, — А я сегодня с утреца, зная что вы домой обязательно забежите, вам туда целую крынку отличных сливок взяла. А еще печенья напекла.
В это самое время в дом дружно вошли Вальд и Батюшка.
— Ты ж моя, маленькая! — обрадовался родитель, обнимая дочь, — Совсем исхудала! Не кормит тебя там Макар что ли?
— Кормит, кормит, — успокоила я отца, — А вон Грета еще и подкармливает. Это просто я расту. Как хорошо что ты так рано пришел. Мне нужно посоветоваться с тобой по одному вопросу.
— Что ж, идем в кабинет. Расскажешь, что у тебя там случилось.
И только я туда хотела последовать за Батюшкой, как меня придержал Вальд, тихонько шепнув на ухо:
— Как там с моей просьбой. Готово когда будет?
— Да, наверное, уже. Как раз все высохнуть должно.
— Фу? — радостно выдохнул он. — Спасибо, тебе Рианон. Выручила, так выручила. Мне очень нужен этот эксклюзив. Так… Завтра прямо с утра и днем у меня не получится… А вот к вечеру, я приду и заберу. Спасибо, еще раз.
— Да не за что. Один разок порисовать на ткани даже интересно было. Знаешь, Вальд, а ты если тебе еще такая ткань нужна будет, лучше художником обзаведись.
— Это, да. Я как раз завтра с утра с пол дюжиной претендентов встречаюсь.
— Это правильно, ладно, мне к Батюшке надо.
И я спешно прошла в кабинет отца.
— Садись, рассказывай что у тебя стряслось, — кивнул мне тот на кресло.
— Я хотела у тебя узнать как ты справляешься с магами? Или раньше, пока был молодой, справлялся?
— Да никак, можно сказать. Я же не маг. И с магами дел практически не имел. Пока был мальчишкой, еще видел издалека. Но близко не подходил и на рожон не лез. Мне это было без надобности. Им тоже. А когда стал взрослым, да по стопам отца пошел. Лавку открыл. Так у меня от магов только их слуги и ходили. А так все простой люд, без магический. А пошто тебе сие вдруг любопытно стало? По делу или без дела интересуешься?
— По делу, Батюшка. Вот хочу укорот найти на четырех одноклассников.
— Скажи учителям. Негоже это когда мальчишки гурьбой девочку обижают. Хотя, думается мне, что вариант это не самый хороший. И вот почему. Среди одноклассников прослывешь ябедой. А укорот они им дать все равно не сумеют.
— Почему?
— Да потому, что могут только пальчиком погрозить, да «Ай-я-яй, как не хорошо!» сказать. Я ж еще когда только Слав в маги подался еще этот вопрос изучил. Думал у него могут быть проблемы. Да твой дед все ж не последний маг у нас в городе. Так что у Переслава, слава Богам, в Маг классе все сложилось просто замечательно. А тебя значит обижают?
— Проснись у меня уже магия, я бы и сама кого хочешь могла обидеть. Вот они и пользуются. Пока.
— Понятно. А из семей эти ребята каких? Думаю к их старшему рода надо будет сходить, пусть своих отпрысков угомонят. Хотя, будет лучше если пойдет наш стряпчий, вместе с дедом.
— А стряпчий то для чего?
— А для того, ребенок, что родовитые и да потомственные маги, лучше всего понимают, и могут очень доходчиво все разъяснить и пояснить своим чадам, когда у них карман на глазах пустеет. По глупости, да задиристости этих самых чад. Так что вот прям завтра к деду своего стряпчего и отправлю. А они уж там вместе придумают, как там и что говорить надобно.
— Спасибо, Батюшка. Побегу я уже. Хочу до ужина порталом пройти.
— Беги маленькая, — отпустил дочь лер Борзов. А сам подумал Вот все у этих магов ни как у людей. Всегда и везде мальчишки друг с другом дрались. А тут… Надо будет тестя подробно расспросить что у них там за странные правила в этой Магической Школе, если мальчики могут себе позволить обижать девочку?
У входа меня уже ждала Грета с корзинкой в которой была крынка со сливками и печенье. А так же Матушка с сеткой полной крепеньких наливных яблок.
  
— Ух, ты ж! — обрадовалась я яблокам. — Откуда? Не сезон же.
— Рианон Климентьевна, так каждый год же ваша семья несколько ящиков с фруктами в хранилище с магическим стазисом резервирует. Вот время очередного ящика подошло. — тихо пояснила служанка.
Снова не помнишь? — печально спросила Матушка.
Я только пожала плечами.
— Только кое-что. За то могу это узнать заново, — улыбнулась я родительнице.
— Ладно уж, — обняла и поцеловала она меня снова. — Да, спасибо тебе за подарок для Петры. Здорово вы это с Вальдом придумали. Мы сегодня когда с утра к вам забегали, да как увидели эту прелесть — все были в полном восторге! А то еще не знаю сколько бы бегали по столице в поиске этой эксклюзивной ткани. А так мы уже и у портнихи были, и фасон выбрали, и даже раскроили. Так что теперь точно к балу успеем. И на балу наша Петра будет самой модной и красивой девушкой.
— А? Мм… Кх — кх! — от неожиданности закашлялась я.
— Не беспокойся. Мы все сразу поняли, что это ваш подарок. Так что пусть тебя не смущает, что вы не преподнесли его как положено. И, Макар, говорил, о том что рисунок еще мог не просохнуть. Но мы проверили. Все прекрасно высохло.
  
Глава 14
 
Марк сидел за обеденным столом и усердно выводил ненавистные кружочки, когда напротив него уселся усталый, но довольный Данила. Перед собой аккуратно положил весь в чернильных пятнах журнал с неопознаваемыми ныне картинками, на него поставил чернильницу, а рядом какой то низенький горшок с полсотней самописок. На каждую самописку был надет желтый колпачок с цифрой на нем.
— А это зачем? — кивнул на все приготовления дедова ученика Марк.
— Последнее задание наставника, — ответил довольный Данила. — Вот сейчас заправлю самописки и на сегодня все.
— А их что еще и заправлять надо? — удивился младшенький.
— А ты как думал?
— Я думал и берешь и пишешь. Все. — хлопая ресницами удивился мальчишка.
— Да-а, — протянул Данила. — Хорошо быть внуком артефактора.
Из-за широких плеч Данилы раздались сдавленные смешки Слава:
— Даже замечательно! Не дуйся, мелкий. Я тоже в твоем возрасте считал, что все самописки пишут вечно. В кране не переводится горячая вода, а свет никогда не гаснет. И очень сильно удивился, когда узнал что все это счастье работает на кристаллах, которые необходимо систематически перезаряжать.
— Кроме самописок, те нужно заправлять чернилами. — пояснил дедов ученик.
— И как часто? — полюбопытствовал мальчишка.
— Тебе хватит раз в неделю. А вот Рианон иногда и на день самописки не хватает.
— А колпачки с цифрами зачем? — спросил Марк.
— А эти люди принесли. Вот чтобы их не перепутать у каждой свой номер.
— А почему тогда у этой 23-й номер и у этой тоже. И у тех двух.
— Потому что один человек сдал сразу четыре самописки.
— А какая их них Рианон?
— Та что без колпачка. — пояснил Данила.
— Таких целых две.
— Ага, две она всегда с собой и носит.
— Кстати о Рианон, — раздался голос Макара. — Время ужина скоро. А ее до сих пор нет. А вы, молодые люди, заканчивайте с занятиями, мне нужно накрывать на стол.
— Пять минут, — отозвался Данила.
— Ага, — подтвердил Марк. И принялся дорисовывать кружочки, от усердия аж высунув язык.
— Макар, — позвал слугу Слав: — а что у нас на ужин?
— Сейчас принесу и увидите.
Между тем Марк вывел наконец-то последний кружочек у себя в тетрадке и с чувством выполненного долга захлопнул тетрадь и отложил самописку. Все он к приему пищи готов.
Слав Боком уселся на один из стульев и сейчас с интересом наблюдал за действиями Данилы. Ученик артефактора же, уже закончивший наполнять чернилами самописки, отодвинул в сторону чернильницу и теперь аккуратно, по одной, брал самописки с журнала и протирал им самые кончики смоченной в каком-то растворе тряпицей. После этой манипуляции кончик самописки, испачканный в чернилах, становился идеально чистым. И только тогда он ставил их обратно в горшочек.