Между добром и злом. Том 4 (СИ)

— Ты говорил, что с возможным переворотом.
— Это лишь предположение, хотя других причин я не вижу, если честно.
Дайлин задумалась, а потом спросила:
— Думаешь, что-то намечается?
— В ближайшее время? Вряд ли. Если этим занимаются умные люди, а я именно так и думаю, то они закупятся и залягут на дно, потому что специальная служба и другие службы императорского дворца будут в полной боевой готовности и внимательно станут за этим следить, пресекая любые подозрительные волнения. Поэтому они начнут действовать, когда это забудется и все поуспокоятся и потеряют бдительность.
  
Почему он думает именно так? Потому что именно так бы он и поступил, будь у него цель что-нибудь устроить. Подготовиться, спрятаться, пока все не забудут про это, и потом начать шоу.
Было что-то приятное вернуться к старому доброму опросу жителей в округе. Словно занимаешься делом, к которому привык. Такое медитативное, неспешное и даже немного успокаивающее. Ты просто опрашиваешь, цепляешься за мелочи, пытаешь выудить воспоминания, о которых даже сами люди не сразу вспомнят.
Но проблема была в том, что это произошло ночью, и никто ничего не слушал.
Обходя одного за другим, Кондрат и Дайлин пришли к той самой двери, в которую стучался Вайрин. Им открыла та самая старушка, говорливая и обаятельная, которая была рада компании, пригласив их в отличие от остальных внутрь. И каково было удивление, когда…
— Вайрин, ты⁈ — Дайлин аж вытянулась. — Ты что тут делаешь⁈
— Пирожки ем, — ответил он со всей невозмутимостью.
­— Какого… нет, ты что тут делаешь⁈
— Говорю же, в гости к милой сударыне зашёл пирожков поесть, — ответил он с усмешкой. — Но я уже заканчиваю.
— Ты…
— Я, — кивнул он. — Привет, Кондрат.
— Здравствуй, Вайрин, — кивнул он. — Ты по делу, как я понимаю.
— Ага. И хочу немного поговорить с тобой, если ты не против.
Дайлин дулась так, что казалось, ещё немного, и лопнет, однако Кондрат хорошо его знал. Этот, казалось бы, легкомысленный человек умел общаться с людьми. Обаяния ему было не занимать, он ещё во время работы в прошлом это заметил. А значит он кое-что разузнал.
И было интересно послушать, что именно…
  
Глава 19
 
— Сейчас? — уточнил Кондрат, бросив взгляд на старушку, которая с жадностью ловила каждое их слово. Потом наверняка будет рассказывать своим соседкам по лавке. В голове сразу мелькнуло «сплетница», настоящая находка для сыщика.
— Не, ты закончи здесь, а я подожду, не буду вам мешать опрашивать…
— Хорошо.
— Отлично, я подожду на улице, — он повернулся к бабульке и слегка поклонился. — Благодарю вас, сударыня, за гостеприимство. Ваш чай был восхитителен.
— Ой, да не за что внучок, — махнула она рукой.
Вайрин вышел, а вот Кондрат и Дайлин остались. Конечно, можно было сразу у Вайрина спросить, что он успел разузнать в неё, однако, раз они уже здесь, стоило самостоятельно опросить её. Глядишь, и выяснят что-нибудь новое.
— Вы миссис Данстайн, верно?
— Да, только уже как три года вдова, — кивнула она.
— Тогда позвольте представиться, я Кондрат Брилль, это моя коллега, Дайлин Найлинская, специальная служба расследований империи Ангария. Вы, наверное, уже слышали, что произошло в доме напротив.
— Ой, страшное убийство, никогда такого не было, — запричитала она. — У нас такой тихий район, а мужчина был всегда так добр ко всем. Он знаете, иногда помогал мне с сумками, такие тяжёлые, это из бакалеи в конце улицы, там одна юная мисс торгует. Но по ней сразу видно, что она какая-то не такая, явно с мужиками гуляет, а те… В моё время такого разгула не было, — она обернулась в сторону гостиной. — Ой, а что мы тут стоим? Идёмте, я вам чаю налью.
Когда вдова повела их за собой, Дайлин тихо шепнула:
— Это надолго.
Ну они в любом случае никуда не спешат, и за всё время никто толком ничего не смог рассказать им о Джаке, а тут оказывается, что он бабушкам помогает. Уже прорыв. И очень интересно узнать, что она ещё сможет рассказать.
Кондрат не был любителем чая, мог по достоинству оценить тот, что им налили. Жаль, конечно, что молока не было, однако они тут на работе, а не покушать.
— А что вы вообще можете о Джаке рассказать, мисс Данстайн?
— Я ж говорю, хороший мужчина, отзывчивый очень. Всегда помогал. Всегда приветствовал, не то что некоторые грубияны.
— К нему приходили гости?
— Конечно, все мы принимаем гостей. Он что же, не человек, — улыбнулась она, будто рассказывала прописную истину.
— И как гости выглядели?
— Да как гости. Просто люди.
— Он приглашал по одному, по двое их? Может принимал их вечером или даже ночью?
— Вечером, иногда и ночью к нему захаживали. Видимо, днём работал, а увидеться с друзьями то хочется. Но они всегда тихо себя вели, никогда не шумели. Но скрытные больно. Будто боялись, что их кто-то заметит.
— А где он работал?
— Да я ж откуда знаю, не следила за ним.
А вот Кондрат знал, что он нигде не работает. И специальная служба обыскивала его дом в поисках хотя бы какой-то улики, но всё тщетно.
Удивительно, как человек готов оправдывать того, кто ему нравится. Мисс Данстайн видела вежливого мужчину, который всегда был отзывчив к старой сударыне, и на все его подозрительные действия у неё в голове были уже готовые безобидные ответы и выводы. Гости поздней ночью? Потому что работает днём и больше некогда принять. Вот так просто.
— Получается, он был гостеприимным, — подытожила Дайлин.
— Верно, мисс. Очень гостеприимным.
— А что произошло в тот вечер? Кто-нибудь к нему приходил?
— Ох, я же не слежу за ним, дорогая. Случайно замечу что, да и всё тут, — вздохнула она. — Но кое-что я заметила.
— И что же?
— Повозка стояла около его дома. Иногда приезжала к нему, видимо, вещи перевозил какие-то. Вот в тот вечер и была повозка тоже. Людей не видела, но она там стояла, а потом уехала.
— В каком часу это было? — уточнил Кондрат.
— Часов двенадцать, наверное. Я тогда решила заварить себе чай, чтобы успокоить старые кости и нервы. Бросила взгляд в окно, а там повозка. Стоит. Потом, уже когда ложилась через полчаса, бросила взгляд в окно, а её как и не бывало. Думаю, ну уехала, видимо что-то отвозил.
— Она и раньше бывала там, я верно понял?
— Раньше она выглядела по-другому.
— Как именно?
— Ну… по-другому, — ответила старая женщина. — Просто другая была.
— Может отличался цвет? Или быть может собрана как-то иначе? Какие-то надписи или лошади были в этот раз другие?
— Ну лошади другие были, одна серая, другая коричневая, — кивнула она. — Но у повозок все цвета одинаковые, мистер, а она просто другая была. Такая крытая, тряпичная…
— Заплатки были?
— Была парочка, — кивнула она.
Кондрат достал блокнот, быстро и схематично накидал повозку и показал ей.
— Где именно, можете, пожалуйста, показать?
— М-м-м… вот тут, и тут, — ткнула она пальцем.
­— Она стояла левым бортом или правым?
— Левым.
Кондрат быстро отметил места и кивнул.
— Ещё были какие-то отличительные черты? Может ведёрко для смазки? Может были какие-то следы краски или колёса выглядели как-то особенно.
— Да-да, было, висело сзади, — кивнула она, и Кондрат внёс ещё одну пометку в блокнот. — Такое маленькое, чёрное.
Ну это хоть что-то. Кажется, как можно найти телегу по таким вот отличительным чертам, но, когда в твоём почти все средства империи, она уже не выглядит столь невозможной. У специальной службы должны быть и связи на улицах, и свои глаза, а значит задача облегчалась ещё больше. Шансы небольшие, однако они были больше, чем совсем ничего.
  
— И ни людей? Совсем никого?
— Нет, дорогая, никого, — покачала она головой.
­— Значит она стояла между двенадцатью и полпервого, — подытожил Кондрат. — В сторону главной развилки, верно?
— Да, всё так, — кивнула она.