Секреты Чон Ван Ги 2 (СИ)

Может, Ван Ги болен? Сидячий образ жизни плохо влияет на мужское здоровье. Низкие гормоны? Импотенция?
Такси высадило её у ворот особняка, которые поползли в стороны, едва ножка Со Ён коснулась асфальта. К особняку вела освещённая аллея. Девушка жила в восточном крыле, родители в западном. Остальной дом, как казалось Со Ён, принадлежал прислуге.
Она прошла мимо охранников, низко поклонившихся хозяйке. Автомобиль с господином Каном, следующим за Со Ён куда бы та не отправилась, медленно запарковался у ворот. Здесь их работа заканчивалась.
В своей шикарной, но пустой комнате, Со Ён первым делом отправилась к зелёной бутылке. Плеснула себе в маленькую стопку. Замерла с поднятой рукой, а затем жадно выпила. Ван Ги из головы никак не шёл.
Она просыпалась с мыслью о нём, засыпала. Программист как околдовал Со Ён! Может, он и взаправду так поступил? Может, он сделал это специально? А она, вместо того чтобы почувствовать ложь и покарать обманщика, лишь осыпает его благами? Вон, квартиру корпоративную выбила для «ведущего специалиста». Пришлось поругаться с отцом, но он всё ещё был ей должен и потому уступил. Правда, она намекнула, что расскажет матери о его испытании. Удар ниже пояса, но действенный. Папа сразу стал мягким и отзывчивым. Квартира моментально стала свободной.
Со Ён налила себе ещё стопку. Остановилась у окна, глядя на вечерний Сеул. Особняк Сон Джун Хёна стоял на холме. Вроде бы и в столице, и немного на отшибе. Когда ты богат, то сам по себе ценишь уединение.
Соджу отправилось в желудок, и девушка отёрла рот, наблюдая за тем, как вдоль забора их особняка идут два охранника. Их маленькая крепость. Крепость одиночества.
Машина отца стояла на парковке напротив дома, рядом красовался мамин Генезис. Ну и автомобиль Со Ён совсем с краю. Последнее время он оставался в особняке, а сама девушка предпочитала такси. Так больше жизни. Клетки ей и дома хватает.
Родителей видеть не хотелось. О работе не думалось. Одиночество грызло сердце девушки. Хотелось позвонить Ван Ги, озадачить его какой-нибудь проблемой. Спросить как дела у кота, поинтересоваться о делах в новом отделе. Да просто поболтать.
С программистом. Вечером. Пьяной. До чего она докатилась⁈
— Айгу! — прошипела Со Ён. Она не понимала что делать, он чувствовала, что совершает ошибку за ошибкой. Что ведёт себя неадекватно… Этот тест, который она устроила Ван Ги… Эти люди, найденные господином Кан… Что на неё нашло тогда⁈ Зачем ей нужна была эта проверка лояльности? Чьей лояльности⁈ Своей?
Да, теперь она никак не могла избавиться от чувства вины по отношению к так помогшему ей мужчине. И это чувство вины страшным образом переплелось с другими чувствами.
Краешек бутылки снова коснулся стопки. Где эта чёртова пицца⁈
Со Ён смотрела на Сеул и ненавидела себя.
[1] KPI — инструмент, позволяющий контролировать и оценивать работу людей, групп, подразделений и компаний, а также позволяет помочь в оценке реализации стратегии.
  
Глава 8
 
— Она снова пьёт, — то ли спросила, то ли просто подумала вслух пожилая, но ещё статная и красивая женщина. Сон Джун Хён посмотрел на супругу поверх очков, затем едва слышно вздохнул и отложил книгу в сторону. — Я переживаю.
Вообще, сегодняшний вечер хотелось провести в тишине и спокойствии, читая любопытный роман о серийном убийце в русской глубинке. Сон Джун Хён любил сибирский нуар, который ценил даже выше скандинавского. Но раз жена решила поговорить, то лучше бросить все дела.
Джун Хён прожил достаточно, чтобы понимать семейные приоритеты правильно. История частного детектива Тимура Беспалого подождёт.
— Уговори её поехать с нами на вечер к семье Ли, — мягко сказал он. — Его старший сын, Бо Гом, тоже учился в Европе. Может, они найдут общий язык.
Жена, с подозрением прищурившись, повернулась к супругу.
  
— Ты снова за своё? Со Ён уже жаловалась на тебя. Она твоя родная кровь, а не вещь!
Председатель Тонгкан Солюшен никак не отреагировал на упрёк внешне, а вот внутренне сжался. Опытный руководитель, властный человек — всё в нём моментально исчезало, если у супруги в голосе появлялись «особенные» интонации.
— Тогда пусть пьёт, — он осторожно потянулся к книжке, надеясь, что разговор исчерпан.
— Это ведь твоя дочь, — укорила супруга. — Неужели ты не видишь, как она чахнет у нас. Как тяжело ей здесь, в родном доме.
Она горько вздохнула:
— Я несколько раз пыталась поговорить с ней про работу и не смогла добиться ничего конкретного. Но, может быть, ей там тяжело? Ты не пытался разузнать, чем дышит Со Ён в компании? Может, какой-нибудь наглец чинит ей препоны? Может, стоит с ним разобраться?
Джун Хён сглотнул, очень незаметно от супруги, и неловко пожал плечами, отделавшись поговоркой:
— Печаль вдовы понятна лишь вдове.
Жена снова горько вздохнула и посмотрела куда-то наверх. Председатель Тонгкан Солюшен понимал направление: Со Ён жила с ними в одном доме. В её возрасте жить с родителями… Даже непутёвый Пак Хо давно обзавёлся своей квартирой, а дочка приезжала ночевать сюда, к ним. Зачем? Она никогда не спускалась к родителям для того чтобы поболтать о чём-нибудь. Работала, ела и спала в своих комнатах. Пересекались только для доброго утра и доброго вечера.
— Может, и правда лучше взять её завтра к Ли? — засомневалась супруга. — Она так одинока… Хоть какое-то общение может излечить сердце девочки.
Джун Хён осторожно кивнул:
— О чём я и говорю. Вот возьми и уговори её. Меня она не слушает! И очень зря. Бо Гом хороший парень. Видный. Достойный.
Плюс ко всему не спорит с отцом, про себя подумал Джун Хён, В отличии от Со Ён. Бо Гом был готов хоть завтра закреплять отношения двух семей законным браком. Вот что значит традиционное воспитание! Внешность у него, конечно, оставляла желать лучшего, но зато капитал семьи сразу возрастёт!
Джун Хён посетовал про себя, что не уделял должного внимания дочурке прежде. У него же был шанс сделать из неё достойного представителя семьи Сон. Но всё испортила деградирующая Германия!
— Я поговорю с ней, — согласилась супруга. — Она должна хоть с кем-то общаться! Так нельзя…
Он скептично хмыкнул.
— Ты не согласен? — удивилась она.
— Со Ён должна общаться с людьми своего уровня, — буркнул Джун Хён. — А не с отребьем…
— Сё Ён должна быть счастлива, — мягко поправила его супруга.
«И вот ты снова негодяй» — подумал про себя Джун Хён. Отец ни на что не способного сына и дочери-бунтарки. Он вдруг поймал себя на том, что разозлился. Его ветвь и так отодвинут от правления, а тут ещё и это. Счастлива… Семья счастлива, когда служит своим интересам, а не интересам частностей.
Эх, может быть, дети его детей чего-то добьются. Но Пак Хо выше головы не прыгнет, да и не очень-то хочет. Отдавать ему компанию — пускать Тонгкан Солюшен по миру. А вот Со Ён, напротив, рвёт жилы не в том направлении, какое надо.
Вероятнее всего, нужно было воспитывать их чуть иначе. Жёстче. Без излишней сентиментальности и лёгкости. Эх, это дурное влияние жены. Он угрюмо посмотрел в сторону супруги, надулся и взял книжку. Нацепил очки, а затем звякнул в колокольчик. Слуга появился почти сразу.
— Принеси-ка мне односолодового стаканчик, — сказал Джун Хён, старательно игнорируя осуждение супруги.
Та не стала сдерживаться, демонстративно покашляла.
— Ей можно, а мне нельзя? — сварливо проговорил он. Надо отбить у Со Ён желание своевольничать. Но теперь уже профессионально. Человек, с которым он договаривался о работе в том крошечном проекте, очень просил поскорее убрать дочурку председателя из команды. Будто дни считал, пока шло испытание. Странная спешка, но Джун Хён были слишком шокирован успехом дочери, чтобы оформить подозрения в отдельную мысль.