Новая Инквизиция 3 (СИ)
— Просто невероятно! — подбежала к проводнику сияющая Нина. — Вы только представьте, этот человек жил во времена Бенедикта Восьмого! Он столько всего знает о своей эпохе, что просто дух захватывает!
— Ага, — крайне равнодушно кивнул Макс, — у меня аж мурашки по жопе. Ты мне главное скажи, возвращаться не пора? У нас жрачки впритык осталось.
— Нет, еще рано, но мы уже близко, поверьте! Мы с Каспером выяснили, что примерно с четырнадцатого века многих отличившихся борцов с нежитью хоронили под местом известным как базилика Санта-Мария-ин-Козмедин. Правда, не целиком, а только лишь их головы, наравне с мучениками и священноиерархами! Нам нужно срочно туда попасть!
— Хорошо. И где эта базилика?
— Она прямо на восточном берегу реки Тибр, неподалеку от Тиберины.
— Терпимо. Где-то полчаса ходу от того места, где мы пробили вход, — прикинул Виноградов. — Если найдем целый мост, то будет вообще замечательно. Вам еще что-нибудь нужно здесь?
— Нет, мы готовы идти хоть сейчас!
— Тогда выдвигаемся.
И маленький отряд снова отправился в путь. Благодаря феноменальной памяти и неприметным зарубкам на каждом повороте, инквизитор безошибочно вывел поляков на поверхность, а затем, невзирая на глубокую ночь, уверенно взял курс к новой цели. Удивительное дело, но воодушевленные первым успехом ученые, проведшие на ногах целый день, не выказывали усталости. Они упрямо топали наравне с двужильным спецназовцем, не отставая ни на шаг.
Первый мост, встреченный пешей экспедицией, проводник забраковал. Непонятно, что подозрительного он там разглядел в полной темноте, но спутники безоговорочно доверяли его суждениям. Вторая переправа через Тибр тоже по каким-то причинам не удовлетворила русского, а потому он даже не замедлил хода, проходя мимо. И только лишь когда в неверном свете месяца показались смутные очертания моста Понте-Гарибальди, Изюм дал добро на движение по нему. Ну а дальнейшее ночное шествие ничем не отличалось от обычной прогулки в парке. Путники даже ни единого умертвия не встретили, что воспринималось весьма хорошим знаком.
— Да тут помародерили ничуть не хуже, чем в Ватикане, — заметил инквизитор, высвечивая лучом нагрудного фонаря сорванные с петель двери церкви.
— Но вряд ли они могли покуситься на древние кости в подземных криптах, — с надеждой в голосе вымолвил некробиолог.
— Разве что в качестве сувенира забрали… — вступила в беседу Нина.
— Тут такие сувениры на каждой улочке валяются, — усмехнулся Макс, — только посвежее. Собственно, чего гадать? Сами сейчас и посмотрим.
Троица вошла под темные своды разоренной базилики, но долго блуждать по запустелым нефам им не пришлось. Ведущая вниз лестница обнаружилась довольно быстро. Путники осторожно спустились, пропустив вперед наемника, и сразу поняли, что нашли искомое. Длинный коридор со множеством глубоких ниш по бокам, а на полу…
— Наконец-то! — загорелся восторгом Каспер, хватая первый попавшийся череп.
По внешнему виду кости действительно выглядели очень старыми. Желтые, потрескавшиеся от времени, покрытые темно-бурыми пятнами, без нижних челюстей и с неполным комплектом зубов. Но в глазах некробиолога они были ценнее сверкающего золота. Однако радость от находки быстро выветрилась, сменившись недоумением.
— Я не понимаю… — озадаченно пробубнил Каспер, баюкая в руках сразу два черепа. — Они… они не отзываются! Что за ерунда?!
— Ну-ка, дай попробую, — не смог совладать с любопытством Изюм.
Он осторожно взял у поляка человеческие останки, обратился к своему дару, а потом оглушительно захохотал, напугав своих спутников до икоты.
— Ну и чего ты ржешь?! — раздраженно потребовал ответа ученый. — Что тут смешного?
— Просто забавно, насколько циклична история, — отсмеявшись признался русский. — Знаешь почему эти мертвецы с тобой не говорят?
— Ну и почему же?
— Потому что средневековые инквизиторы были инфестатами, Каспер, — огорошил его Макс. — И ты от них уже не добьешься никакой информации.
* * *Я шел по размокшей от грязи тропинке, прочь от того дома, где изловил фээсбээновскую крысу. В ушах до сих пор звенел оглушительной вой двух сгорающих заживо инфестатов, а перед глазами все еще мерцали всполохи оранжевого огня. Сегодня я совершил то, что должен был сделать как инквизитор. Как человек. И совсем неважно, что ради справедливости мне пришлось поступиться законом. Я нисколько не жалел этих падших отбросов, ведь они знали, на что идут. Они сознательно творили зло, стало быть, сами избрали свою судьбу.
Мальчишка лично мне признался во всех своих преступлениях, в которых его обвиняли. Он только начал свой кровавый путь, но на счету у него уже повисло три человеческие жизни. Юнец рассказал все в мельчайших подробностях, красочно описав свои чувства, а потому у меня не оставалось сомнений, что Кирилл недостоин шанса на исправление.
Малолетний инфестат как заведенный молил о глотке воды, даже когда я занес над его головой ржавый молоток. Последнюю просьбу подростка я не считал нужным удовлетворять, поскольку он этого попросту не заслужил. Гораздо больше меня заинтересовали его стоны о том, что он слышит чей-то голос, звучащий прямо в мозгу. Я пытался вызнать, что именно он ему говорит, но ничего вразумительного мальчишка ответить мне не смог. Парень слышал его, понимал, что оно обращается к нему, зовет и требует, но ни единого слова Кирилл воспроизвести так и не сумел. Мне, конечно, было любопытно выяснить, слышит ли мальчишка тот же шепот, что и я, но не настолько, чтобы сохранять такой мрази жизнь.
Спросил я Кирилла и про Валентинку, однако добился от него лишь расплывчатого описания. Высокий и крепко сложенный мужчина, среднего возраста. Носит короткую стрижку с проседью и имеет длинный приметный шрам на голове. Это все, что было известно подростку. Парень уверял, что никогда ранее не встречался с этим человеком.
Конечно же, своей вины в том, что он совершил, Балконюк в упор не видел. Он считал, что его толкнул на скользкую дорожку какой-то фантастический незнакомец, который отыскал его и рассказал об основах применения некроэфира. Честно, не уверен, что данный человек существовал в реальности. Скорее, это была просто попытка мальчишки оправдаться. Ну а поскольку больше никакой информации предоставить юноша не смог, я посчитал свою миссию выполненной.
В конечном итоге, я раскроил черепа обоим инфестатам, а затем залил бензином весь погреб, в котором подкупленный следователь обустроил себе логово. Оба одаренных должны были быть к этому моменту мертвы, но едва только жадное пламя лизнуло их бесчувственные тела, как мне по ушам вдарил пронзительный вопль. Вопль ужасающий и душераздирающий, будто кто-то живьем опаливал свиней. Вполне вероятно, что это просто игра моего разума, и обычный человек, попади сюда, ничего бы не услышал. Но проверять правдивость такой теории было некогда.
Хотел бы я сказать, что мне стало страшно и неприятно, но это было бы ложью. На самом деле, я испытал удовольствие, как после изнурительной, но качественно проделанной работы. Возможно, я сам при этом стал хуже, но мир, в котором мы живем, все же немного очистился от затопившей его скверны. И если такова цена избавления от неживой заразы, я готов ее платить.
Добравшись до предусмотрительно спрятанного автомобиля, я грузно уселся на водительское место. В отражении зеркала заднего вида мелькнула ужасающая гримаса, в которой я с некоторым трудом опознал свое лицо. Его снова сковало судорогой, превратившей мою физиономию в подобие гротескной маски Гуинплена, но мятная жевательная подушечка помогла расслабить мимические мышцы. Мой персональный «якорь», пока еще справлялся со своей задачей.
Выдохнув морозно-мятный выхлоп, я старательно помассировал глаза и хрустнул затекшей шеей. А подняв голову, увидел, что немного поодаль, в том месте, где располагалось логово следователя из «черных кокард», уже вырос целый столб дыма, стремящегося раствориться в далеких небесах. И с каждой минутой он становился все насыщенней и гуще.