Большой плохой волк (СИ)
- Алекс, давай по-хорошему, - предложила, одновременно переставая сопротивляться и позволяя мужчине раздвинуть мне ноги. Он тут же этим поспешил воспользоваться, его пальцы сразу же заскользили по складочкам. А один из пальцев оказался во мне. Удивительно легко оказался. Я поверить не могла в такое! Неужели, я успела возбудиться от насильственных действий?
- По-хорошему, говоришь? - он тут же выпустил мои руки из захвата. Я даже добровольно приобняла насильника, чтобы подтвердить слова делом. – Ну, смотри, Яра, я предупредил, - а я позволила ему начать себя ласкать. Он принялся покрывать поцелуями лицо, плечи и грудь. Я в этот момент лихорадочно раздумывала, что делать. По-прежнему сдаваться так просто не планировала. Это «по-хорошему» было всего лишь тактическим отступлением. Только вот никак не ожидала услышать собственный стон, когда его действия внизу стали очень ритмичными. Я вся была погружена в планы по спасению своего тела от нежелательной близости и совсем упустила из вида, что телу, похоже, весьма нравилось происходящее.
Глава 4
Александр
Моя пара выводила моего зверя. Сначала тем, что потеряла сознание, затем тем, что стала бояться меня, следом она уже сопротивлялась, а теперь течёт от меня. Её запах сносит крышу, готов наказывать её жестко и, как обещал, без её разрядки, пока она не станет сплошной эрогенной лужей у моих ног.
Она была хрупкой, скромной, но с характером. Только МНЕ подчиняются беспрекословно. Я боялся сломать её, такая она тонкая словно жердочка. Глажу её руками, а перед глазами мушки. Слюна течёт, как я хочу её облизать всю.
Я испугался, когда она свалилась кулем в снег, а в домике начала дрожать и кожа была бледной как полотно. Натирал её, молясь Луне, чтобы моя пара не оставила меня. Как только она начала приходить в себя, усилием воли успокоил своего Волка, а затем жёлтое марево и все мысли: «заклеймить, поиметь её, обозначить своей … Мы всё решим потом , но не сейчас».
Кожа горячая от растирания, её небритый лобок… Терпеть не могу заросли, но моему Волку плевать! Главное, что она рядом, что уже скоро МЫ будем в ней, с этим у нас нет разногласий. Ах, как она пахнет, даже спиртные пары не перекрывают запах вишни и корицы.
Борьба возбуждает, возбуждает даже её, а как она идеально обволакивает мой палец. Моя пара восхитительная, глаза обещают все кары, а губы выпускают стон за стоном. Вставил второй палец, просто выгнулась, подмахивая бедрами.
"Страстная. моя!…рРррР" - стенал Зверь.
Я прикусил её сосок и облизал. Вскрик и стоны охрипшим голосом, тело изогнулось. Яра прикусила губу, сама разводит ноги. Толчок пальцев внутрь, и она не сдержалась - закричала. Вытащил пальцы и вставил ей в ротик.
- Оближи, почувствуй свою страсть, - глаза пары мечут молнии. – Без фокусов, Яра. Тебе понравится, соси пальцы.
Злится, но делает. А я между делом, представляю, как даю ей кое-что посущественнее. Но остерегусь этих зубок. Поймал её язык и потащил наружу.
- Какая ты развратная, Дай попробовать тебя на вкус,- всосал её язык.
Яра поддалась ко мне. Мычала и терлась своими сосками о мою грудь. Моя дубина дернулась от охватившего меня желания, в киску вошли три пальца. С чмокающим звуком Ярослава оторвалась от меня и закричала.
- Шшш, малыш, сейчас облегчим твои страдания…
Мой язык заскользил по её шее, слегка прикусив там, где бился её пульс. Рука держала одну ногу широко разведенной, зубы помучили соски, затем язык облизал пупок, большим пальцем и мизинцем, которые не были внутри неё, я развел её складки. Поморщился, глядя на безобразие снаружи, поднял глаза, а моя стерва улыбается.
Думает, что я не пойду дальше? Я оскалился хищно, она вообще не знает, что меня оттащить от неё сродни самоубийству. Волк подобрался так близко, если не я, то ОН сделает это. Прикусил её нежную кожу с внутренней стороны бедра. Мышцы сжали мои пальцы. Она зашипела, дернувшись от неожиданности. Ещё укус и вот она снова дрожит и не может молчать.
- Пожалуйста, боже, пожалуйста….
- Что, Яра? – рычал я, теряя человечий голос.
- Сделай это! – стонала она, ритмично работая бёдрами.
- Что это? Скажи, Яра!
- Нет!
- Да. Говори!!!
Минута, другая, время шло, а я ничего не делал, я ждал. Мой зверь бился сумасшедшим ураганом под кожей, выворачивая кости до скрипа.
- Возьми меня, не могу больше, - всхлипывала моя пара.
Я сорвался и укусил её за клитор, она кричала, упиралась пятками в наше лежбище. Я мучил её местечко языком и зубами, слизывая её сумасшедший нектар. Пальцы растягивали её для меня. Я пристрастился навечно этому вкусу, пока я жив это будет с ней бесконечно.
- Саша…да-а-а! Ааааа! – он кончала мне на пальцы, судорожно сжимая мышцами их.
Я чуть - ли не выл от гордости вместе с моим Волком. Яра ещё минуту лежала, не шевелясь, а затем я задрал её ноги себе на плечи и вздернул попкой кверху.
- Яра, смотри, как я беру тебя. Запоминай этот момент, именно с него ты моя – навсегда.
- Ты – чокнутый. Мы едва знакомы, - шипит она, но глаза блестят, стоит её увидеть, как моя здоровенная штука скользит по опухшим и мокрым складочкам.
- Скажи, что ты - моя, - рычу я.
- Нет!
Глажу большим пальцем её набухшую горошину.
- Я жду, ЯрР-ра!
- Нет, - менее уверенно и с девичьими всхлипами.
Я использую грязный приём и щипаю её за эрогенную точку. Ярослава вскрикивает и бьется в очередном оргазме.
- Я буду доводить тебя до нового и нового оргазма, а потом прекращать, пока твои соки не будут течь из тебя, как из рога изобилия, а твоя киска станет сплошной болезненной зоной.
- Я – твоя, - шепчет она тихо-тихо.
- Я не слышу, Яра.
- Я – твоя! – кричит она, а затем тихо. - Не мучай меня.
- Хочешь меня?
- Да.
- Смотри, как я тебя прир-ручаю, строптивица, - победно хмыкаю и врываюсь в неё.
Мир разрывается на «до» и «сейчас». Я тараню эту узкую щёлку и растягиваю под себя, кусаю её за подбородок, прижимаю её ноги коленями к груди и смотрю там, где мы стали единым целым. И, мать вашу, я не знал ничего лучше, не ощущал себя никогда так правильно. Её крик вперемешку с моим именем звучит просто офигенно. У меня в ушах набатом: «МОЯ! МОЯ! МОЯ!»
А затем я взрываюсь в ней так, как никогда. Она визжит подо мной от оргазма, осторожно держу её, пока её трясёт, а я всё еще кончаю в неё. Я закончил и ласково отпустил её, прислушиваюсь к её сердцебиению. Я лёг рядом и глажу свою пару, пытаясь поверить в то, что мы сделали это вместе.
Хочется раствориться в ней, дышать моей вишневой корицей. Но мне этого мало, потому что я спустя минуту снова готов ко второму раунду. Вяло Яра пытается привстать и слезть с лежбища. Её попка в моем поле зрения, и я не выдерживаю. Огромная пятерня падает на талию и фиксирует, когда я без единого слова снова вхожу в неё.
- Ты…! Ах, нет, Саша…..нет, ох! – стонет она, вяло сопротивляясь. – Ты же только что кончил!?
- Я хочу тебя, так что готов хоть всю ночь тебя шпилить, - хмыкаю я и начинаю снова её таранить.
- Ты – просто чудовище! – кричит она, но не пытается сбежать, прогибаясь в спине и давая зелёный свет. – Господи, это нереально!
- Это только начало, Снежинка.
- Кто? Ох!
- Помолчи, - рычу я. – Всё потом!
Я ласкал её попку, сжимая округлости вокруг моей дубины. А потом подмял под себя, загоняя себя в неё до максимального упора, так что дальше уже нельзя. Она кричала и сипела.
- Да!.. Сильней!.. Глубже! – хрипела она, чувствуя нетерпение моего Зверя. Слегка прихватил зубами плечо, чтобы не навредить. Она закричала от нового оргазма, её «стальные тиски» выжимали меня досуха, пока я кончал в неё во второй раз. Яра потеряла сознание и просто рвано дышала. Мой зверь был доволен и чутко заставил дремать рядом с ней и охранять её сон.