Я за твоей спиной

– А сейчас сколько?
– Десять ноль пять. – Эта долбаная снисходительность в ее голосе!
Гэри хочется заорать, но он держит фокус на блядской цифре. Сейчас моргни – и она исчезнет. И что тогда, заново искать? Джек, ебаный ты Джек…
– Через пять минут пусть заходит.
Марта исчезает, оставляя его одного. Гэри отчаянно пытается вспомнить, что эта блядская цифра значила полминуты назад. Вечно финансисты придумывают замороченные отчеты, по которым хер разберешь, минус перед цифрой – это хорошее отклонение или плохое. Выделяли бы как-то цветом, что ли.
Гэри клянется завести собственного аналитика, который сможет переводить отчеты из финансов – или того хуже, продукта, – с ублюдского на человеческий.
– Это стандартный отчет, – передразнивает он голос Джека в своей голове.
– Простите? – произносит из-за монитора нежный женский голос.
Гэри невольно моргает – глаза пересохли. Видимо, его нового ассистента никто не научил стучаться. Впрочем, неудивительно: она же из Дублина.
– В следующий раз стучись, когда заходишь.
На отчет уже можно забить: нужная ему цифра успела куда-то съебаться. Гэри откидывается в кресле, растирая онемевшие пальцы, и переводит взгляд.
Рыжая. Стоило, конечно, ожидать, но все равно сюрприз приятный.
Пайпер Нолан оказывается крохотной рыжей девчонкой в зеленом комбезе, которая неловко переступает с ноги на ногу посреди его кабинета. Такая маленькая, что хочется проверить документы – ей сколько лет вообще?
– Вы ведь кивнули, – упрямо отвечает она. – Я и зашла.
– Садись.
Гэри указывает на кресло перед своим столом. Пайпер делает несколько шагов и аккуратно опускается на него. Она то и дело кидает взгляды по сторонам – видимо, любопытство побеждает. Ирландка, по всему видно, даже по веснушкам на порозовевшем лице и по ямочкам на щеках. И глаза чем-то темным подведены, огромные, а сами светлые.
– Итак… – Из головы вылетают последние мысли об отчете. Охереть, какая она красивая. – Пайпер Нолан, верно?
– Да, – кивает девушка и улыбается.
В кабинете становится светлее. Это не обычный нью-йоркский оскал вежливости, к которому Гэри годами привыкнуть не может. У Пайпер улыбаются даже глаза. Странно, что Фло вообще ее резюме принесла: он бы не смог на ее месте. Задвинул бы куда подальше, просто из ревности. Потому что тут есть к чему ревновать.
Хотя Фло очень хорошо знает, чего стоит, она слишком уверена в себе для такого.
– Рабочее место – в приемной. В офисе нужно быть в девять. Сегодня опоздала, вижу, но второй раз не стоит. Опозданий не терплю. Живешь где?
– Бушвик.
– Нормально.
– Сорок минут езды, – кивает Пайпер. – Поняла, опаздывать не буду.
Акцент американский – ни намека на ирландские нотки. Черт, он надеялся, что услышит знакомые смешные звуки. Интересно, а на ирландском она говорит? Не язык – умора.
Ну да ладно, она хотя бы голос не повышает специально, как некоторые на Манхэттене. Слышно же.
Гэри ловит себя на том, что все еще пялится на ее губы. И что она теперь подумает? Надо хоть глаза поднять. Это как-то стремно, хотя что такого: она же красивая девчонка. Все, наверное, пялятся, может, ей это привычно.
– На собеседовании объяснили, чем будешь заниматься?
– Да! – Она подскакивает на месте и лезет в сумочку, которую Гэри только сейчас замечает.
Пайпер достает тетрадку и начинает перелистывать страницы. Он заглядывает через стол: на них какие-то схемы, больше похожие на каракули Тыковки.
– Черт, – ругается она под нос.
Еще и смешная. Надо держать ее подальше от Джека: тот хер в штанах никогда не держал, а тут – такая. Только драмы в приемной не хватало.
– Я взяла не то, – зачем-то признается она и с внезапной яростью запихивает тетрадь обратно. – У меня было записано! В общем, там…
– Ведение календаря, – перебивает ее Гэри. – Контроль задач, которые поставлены на встречах. Прием звонков и сообщений для меня. Твоей главной задачей будет помнить все, что не помню я, и организовывать мой рабочий день вместе со мной. Плюс мне нужно будет, чтобы ты покупала мне билеты на самолет и бронировала отели.
 
– И грела ланч, – добавляет она.
Точно. Вот эту херню он давно хочет прекратить – Марта слишком уж сильно закатывает глаза, когда это делает.
– Нет, это я могу сам, – отвечает он.
– Но мне говорили…
– Нет.
Пайпер замирает и смотрит на него с почти детским недоверием. И с этим ребенком ему работать? Гэри подумывает о том, чтобы отправить ее домой, но сдаваться не хочется. Он уже решил, да еще и озвучил свое решение Фло. Теперь заднюю не включить.
– Ладно, – кивает она наконец, – будете без ланча.
– Если я что-то забыл, тебе расскажет Марта.
Гэри поднимается. Пайпер неуклюже ерзает на стуле, явно не понимая, что ей делать. Ее брови то сдвигаются, то поднимаются в панике. Да уж. Эта девчонка будет тем еще испытанием.
– Пойдем, – говорит он, и Пайпер мгновенно подрывается с места.
Открывая дверь, Гэри замечает движение в приемной. Как только он выходит, Марта приземляет свою задницу на стул. Подслушивала, что ли? Хорошо, что она переходит в другой отдел – вспомнить бы еще, в какой. В последнее время просто невыносима.
– Марта, – зовет он, делая вид, что ничего не заметил, – это Пайпер. Она пришла заменить тебя на этом месте.
– Что? – у той только что челюсть не отваливается.
– Это Пайпер, – повторяет он. – Ты сейчас передаешь ей дела и можешь быть свободна. Покажи ей все.
– В смысле сейчас?
Если бы на темной коже было заметно, Гэри уверен, он бы увидел, как она краснеет. Ее огромные серьги кольцами угрожающе раскачиваются, пока она поднимается. Вот по этим серьгам он скучать точно не будет.
– В смысле сейчас, – соглашается он. – Сегодня.
– Так дела не делаются. В финансах еще не готово рабочее место. – Точно, Джек же ее забирает.
Проглатывая подступающий приступ гнева – нельзя бить людей, Гэри Барнс, ты больше не в Манчестере, – он подходит к стойке.
– Марта, – произносит он, стараясь не показывать злость. Получается херово. – Ты жаловалась Леону на то, что я тебя не отпускаю и ты не можешь перейти в финансы?
– Я… – В ее глазах плещется страх. Это хорошо, ей есть чего бояться. – Я, возможно, упоминала…
– Так и понял. У тебя была проблема: ты хотела перейти на новую должность, но не могла, потому что у меня не было ассистента. Я решил твою проблему?
– Но это не так де…
– Я решил твою проблему?
– Да, – шепчет Марта, опускаясь обратно на стул.
– Отлично. Передавай дела, и ты свободна.
Он поворачивается к Пайпер. У той на лице столько эмоций, что даже главную выделить сложно. Ужас, наверное. Херово, конечно, что она это видела… Но чего теперь. Пусть привыкает.
– Пайпер, тебя я жду в четыре. До этого времени меня не беспокоить.
– Поняла, – тонко пищит та.
Гэри возвращается к себе. Маленькая красивая ирландка, значит. Ну что, это будет интересно. По крайней мере, есть надежда, что она не окажется такой же сплетницей, как Марта.
Бикерстафф, 2011
Они паркуются у подножия холма: здесь старый разросшийся орешник, за ним не то что «Альфа-Ромео» – танк спрятать можно. Сумерки все делают удобнее.
– Ты уверен, что у Джима есть? – спрашивает Джек.
– Всегда есть.
– Мы задержимся, и Леон нам ебальники поотгрызает. Давай я еще посчитаю.
– Свернули уже. Жди здесь.
Гэри выбирается из машины и лезет на холм. Старый Джим еще с хер знает какого времени боится ядерной войны, так что у него есть все. Даже сраный бункер. Бензин у него хранится в канистрах, и если взять одну, старик не обеднеет. И все равно стремно настолько, что хоть записку оставляй.
Когда они жили в Бикерстаффе, только сюда и можно было сбежать. Сколько раз Гэри оказывался на холме? Не меньше десятка, пока не понял: когда отец не бьет его, он бьет мать. Потом сбегать перестал – да и вообще перестал так трусить. В последний раз он был на холме после смерти матери. Провел здесь три дня, пока ба не забрала в Манчестер.