Куда идем мы… - 3 (СИ)
– Конечно, устроит! – разулыбался Лосяш. – С превеликим удовольствием. Я еще и доплачу, если надо.
– Вот поэтому ты мой зам, а не я – твой, – хмыкнул Носорог. – А вот меня – не устроит!
– Пчему? – удивился лось, которого уже совсем развезло.
– Потому что… – задумчиво протянул атаман. – Я скажу – почему, но сначала, мой умный зам, ответь мне на один вопрос. Что делает человека великим?
– Сила! – убежденно сказал Лосяш.
– Нет! – покачал головой Носорог. – Слава.
– Пчему?
– Потому что сама по себе сила не значит ничего и пропуска в историю не дает. Представь себе, что самый сильный человек на Земле родился в маленькой богом забытой деревушке, которая никому на планете не интересна, кроме собственных жителей и ближайших соседей. На моей родине, в Африке, практически все деревни такие. Да что там деревни?! В мире есть куча стран, на которые всем наплевать. О них десятилетиями не вспоминают в новостях. Все время рассказывают о всяких Штатах, Германии или России, а вот о какой-нибудь Гане весь остальной мир знал только… Да ничего он о ней не знал! Вообще ничего!
– А вы из Ганы, босс, да? – заинтересовался лось.
– Нет, я из Того, – признался Носорог. – Но Того в этом смысле ничем не отличается от Ганы. Я давно мог бы стать первым парнем в Того, но в мире обо мне никто никогда не узнал бы. Разве что в Гане и Бенине что-то прослышали бы, но это не точно. Именно поэтому я и перебрался в Россию, хотя мне сильно порезали умения, и я очень долго их восстанавливал.
– А почему в Россию, босс? – продолжал расспрашивать лось, пользуясь пьяной откровенностью атамана.
– Два фактора, лось. Это страна-ньюсмейкер первого ряда, но при этом она огромная и незаселенная. Здесь куча мест, где можно спрятаться, и, не привлекая к себе внимания, восстановить порезанные умения.
– А, то есть в Кузбассе вы прячетесь, босс? – догадался Лосяш. – Это правильно, локация у нас дикая и обширная. Здесь у нас куча мест, где еще не ступала нога человека.
– ПряталСЯ, – поправил его собеседник, сделав упор на последний слог. – Мне пора выходить из тени, и именно для этого мне и нужны Псих и его разновесовые приятели. Я могу перебить всех боссов Кемеровской локации и соседних регионов, но всем на это будет наплевать. А вот если я завалю Психа… Псих – живая легенда, даже у нас в Африке о нем знают все, от мала до велика. Слава Мбваны и Мбеле не столь громкая, но в той же Африке они и сегодня – звезды первой величины. Дети мечтают вырасти похожими на них. А я их завалю. Всех троих. Пока монахи у меня, эта троица никуда отсюда не уйдет. Они будут приходить к воротам снова и снова, и рано или поздно сделают ошибку. И вот тогда я стану известным всему миру Индриком-Сокрушителем. Убийцей трех легендарных топов.
– А вы их правда завалите, босс? – немного робко спросил лось.
– Я завалю всех, Лосяш, – убежденно сказал Индрик. – Вообще всех. Мне выпал счастливый билет, и я им воспользуюсь на все сто процентов. Но никто никогда не узнает, где я его вытащил. Никто и никогда.
Атаман встал, пошатнувшись. Похоже, он набрался гораздо сильнее, чем виделось со стороны, потому и разоткровенничался.
– Я пойду спать, Лосяш, завтра будет трудный день, – сказал он. – Ты остаешься за старшего. Проследи, чтобы ребята никаких непотребств не учинили.
– Все сделаю, босс, – кивнул лось и поинтересовался. – Кого из ваших демониц прислать сегодня?
– Сегодня никого, – отрезал атаман. – Мне надо выспаться, а артефакту – зарядиться. Завтра Псих придумает что-то новенькое и мне надо быть во всеоружии.
– Понял, – заверил лось. – Спокойной ночи, босс.
– Спокойной ночи, – кивнул атаман и отправился в спальню.
Псих в облике мышки проследовал за ним. «Интересно, – подумал он, – где же он прячет браслет?».
Когда демон разделся, собираясь укладываться, Псих заметил у него на правой руке, ближе к локтю, белый браслет.
«Не лох, – разочарованно подумал обезьян. – Свой счастливый билет он прячет на себе. Ладно, попробуем немного пошалить. Может, получится, чтобы он хоть на секунду снял браслет. А уж дальше я управлюсь».
Псих превратился в блоху, запрыгнул на кровать, где Носорог уже мерно сопел носом, припрыгал поближе к руке и что есть силы укусил демона как можно ближе к браслету.
– Черт! – выругался атаман и почесал место укуса, сдвинув браслет, – Устроили тут антисанитарию, понимаешь. Развели насекомых.
Вскоре демон успокоился и вновь засопел. Псих немедленно повторил нападение.
– Блин!!! Вот же сволочь какая кусучая! – но и сейчас атаман браслет снимать не стал, напротив – чтобы почесаться, сдвинул его ближе к плечу, почти на бицепс. – Еще раз укусит – пойду в гостевую комнату спать, а эту постель сожгу завтра к чертям свинячьим!
Псих понял, что браслет Носорог не снимет ни при каких обстоятельствах. Разочарованно вздохнув, он вновь превратился в мышь и выбежал из спальни в поисках оружейной комнаты.
И здесь наконец-то нашему диверсанту повезло – оружейка не только располагалась дверь в дверь со спальней атамана, но и была открыта. Псих, возбужденно попискивая, бежал вдоль стены, разглядывая выставленное оружие, как вдруг увидел свой посох. Обезьян тут же принял свой настоящий облик и торопливо схватил «свою прелесть». Довольная улыбка расползлась по его лицу – без верного посоха Великий Мудрец все это время чувствовал себя немножко голым.
«Ну вот, теперь можно уже особо не прятаться, – подумал он. – Пускай попробуют меня взять голыми руками».
Рядом с посохом обнаружились пять «легендарок» и эпический дротик Мбеле.
«Отлично, – подумал Псих. – А где у нас огненные существа Сидящего Орла?». В оружейке ничего, кроме холодного оружия, не было, зато при внимательном осмотре обнаружилась еще одна дверь – но уже запертая. Замок, впрочем, был плевым, и Псих только хмыкнул, изучив его. Он произнес заклинание и провел рукой по замку: раздался резкий звук – пружина лопнула, и дужка замка раскрылась.
Псих толкнул дверь и вошел в помещение, внимательно оглядываясь вокруг. В помещении от огненного оружия, которое там находилось, было светло как днем. При ярком свете огня обезьян еще раз оглядел комнату и увидел за дверью каменный столик, а на нем блюдце костяного фарфора, на котором лежали три очень знакомых ему волоска. Обрадовавшись, Псих взял в руки клочок своей шерсти, дунул на него дважды и воскликнул: «Изменись!». Три волоска тут же обратились в трех обезьян – колдовских близнецов Психа. Он вывел их в оружейку и нагрузил трофейным оружием и прочими ценностями, начав, разумеется, с легендарок Мбеле. Потом аккуратно выпустил троицу через черный ход, напутствовав:
– Сейчас затаитесь где-нибудь, а когда здесь начнется суматоха – драпайте без оглядки. Ждите меня в лесу с южной стороны деревни. И только попробуйте мне что-нибудь потерять!
Обезьяны возмущенно залопотали – мол, как можно?! – и исчезли в темноте. А Псих вернулся в огненную комнату, – благо, ему огонь был не страшен, – и принялся ломать оковы у горючих существ Сидящего Орла. Через пять минут все огненные драконы, вороны, крысы, кони и колесницы разбежались по селу.
В Чумае занялось зарево пожарищ…
* * *К утру село выгорело полностью. Практически все демоны, включая Лосяша, погибли в огне. Уцелел только Носорог, чей магический артефакт пожирал пламя, не позволяя огню коснуться хозяина.
Закопченный и грязный, он появился на полянке, где встали лагерем обезьяны, ближе к утру.
– Вы все покойники, – мертвым голосом сказал он и взял наперевес свое огромное копье.
– Нет, земляк, – грустно покачал головой Псих. – Умрешь здесь только ты, причем скоро. А знаешь, почему? Ты не учел одного важного обстоятельства – органичность всегда бьет искусственность. Да, наша сила уступает параметрам твоего артефакта, но она – естественная, а твоя сила – заемная. Ты, разумеется, мог нахлобучивать нас, но не очень долго. Лишь до тех пор, пока я не просчитал твой артефакт. Зря ты полез биться со мной на кулачках.