Куда идем мы… - 3 (СИ)
К сожалению, его не оглушило.
Первое, что увидели оба водяных бойца, оказавшись подо льдом – это фигуру безымянного мага, с огромной скоростью удаляющуюся вниз, ко дну. Монахи бросились в погоню, но быстро отстали и внизу их встретил уже знакомый наглухо закрытый люк.
– Открывайте! – раненым секачом завизжал Жир и начал выносить граблями люк, вкладывая в каждый удар всю свою силу. – От-кры-вай-те, сво-ло-чи!!!
Дверь была сделана на совесть, и разнести люк в щепки Жир смог только минут через пять. Друзья бегом бросились по коридору, но тут раздался взрыв и монахи резко остановились – проход впереди оказался завален глиной.
– Все, блин! – свин с досадой пнул откатившийся ком глины. – Это искусственный обвал, я такие видел. Маги земли постарались. Нам еще повезло, что не над нами своды обрушили. Все, приехали. Не пробьемся мы дальше.
– Надо другие входы искать! – возбужденно крикнул сом. – Потому что такие логова всегда несколько выходов есть! Надо искать! Искать надо! Там Босс!
– Да бесполезно это, – махнул рукой свин. – Ну найдем мы еще один отнорок и что? Его точно так же завалят, как этот. Хозяин больше не выйдет, это ежу понятно. А Четвертый у него, внутри. Мы в заднице, братка. Мы в полной заднице.
– Где сидим мы? – с отчаяньем крикнул взбудораженный аутист. – Где сидим мы?
Глава шестьдесят пятая. Додоново, о. Рикорда
(в которой наши герои традиционно ищут выход из безвыходной ситуации)
пос. Додоново,
Железногорского сектора
Красноярской локации.
56°16′ с. ш. 93°26′ в. д.
– И обвалил вход? – грустно спросил Псих.
– И обвалил! – скорбно кивнул Жир.
– Грустно, девушки, – резюмировал Псих.
Паломники так и стояли на многострадальном енисейском льду между двух уже прорубей. Перспективы появления третьей выглядели совсем незавидными – местного пробивателя льда вряд ли удастся выманить на поверхность еще раз.
– Что делать будем? – спросил свиноид.
Псих подумал, а потом ответил:
– Хода нет – ходи с бубей. Делать нечего – иди к Гуа. Может, она что посоветует.
Жир сразу погрустнел:
– А стоит ли? Она же сказала – в ближайшее время ее не беспокоить и о помощи не просить. Госпожа куратор и так фактически за нас разрулила предыдущую замутку – в одно лицо. Мы там даже рядышком не постояли. Не боишься, что Система накажет?
– Боюсь, – очень серьезно ответил Псих. – Именно поэтому попробую по краю пройти, дурака включая.
– Систему обмануть попытаешься? – понимающе хмыкнул свин.
– Ну, не то, чтобы обмануть… – ответно хмыкнул обезьян. – И не то, чтобы попытаюсь. Ни в какие Верхние Планы я, например, не собираюсь. Я на остров Рикарда решил порталом метнуться. Волнуюсь я – как там у Красного Ребенка дела? Как он приобщается с монашеской премудрости? Преисполнился ли смирения? Выучил ли сутры? Он ведь, по большому счету, мой крестник во монашестве, я переживаю за его будущее. А то, что Гуа в данный момент находится на том же острове – это исключительно совпадение, мой некошерный друг.
– Тогда вали, мой гуманоидный приятель! – хрюкнул Жир.
На этом диалог завершился – в ту же секунду надо льдом повис портал, в который и прыгнул Псих.
о. Рикорда, часть архипелага
Императрицы Евгении.
42°52′ с. ш. 131°39′ в. д.
На Рикорда Псих никогда не был, поэтому с интересом осматривался вокруг. Зимой на острове было… Неприятно. Сильный ветер, высокие волны, снежная крупа в лицо.
По счастью, выбросило обезьяна на самой высокой точке острова. По рассказам Четвертого демон примерно понимал, где расположен монастырь. Предположив, что академку обустроили на противоположном конце острова, Псих быстро сориентировался и зашагал в выбранном направлении.
– Какие гости к нам пожаловали! – вдруг раздалось впереди.
Псих на всякий случай выдернул посох, но голос продолжил:
– Да не дергайся ты! Я это. Не узнал, что ли?
Из-за деревьев вышел бывший гроза Еврейской локации, мутировавший медведь Черный, первый предводитель демонов, завербованный Гуа. Его сопровождали три незнакомых демона. Незнакомцы, впрочем, держались за правым плечом вожака и на первый план не лезли.
– А у нас сигналка на портал сработала, – пояснил Черный. – Вот я с желторотиками и метнулся посмотреть – что, где и куда. Знакомься, мои выкормыши.
И он кивнул на сопровождавших его демонов.
– Пытаюсь из них бойцов сделать. С переменным, правда, успехом. Никак мне не удается им доказать, что в голову можно не только есть, но и использовать ее по-другому назначению. Кстати, не проведешь с ними пару спаррингов? Чтобы эти придурки посмотрели, как олдскул работает, и поучились мудрому, доброму и вечному.
– Как-нибудь в другой раз, Черный, – пообещал Псих. – Сейчас со временем совсем кисло. Четвертого в любую минуту сожрать могут.
– Это пацана твоего? – хмыкнул Черный. – Наслышан, наслышан. Это только я, еврейская деревенщина, мог так лохануться – вцепиться в рясу, а подлинное сокровище просмотреть. А ведь мог бы уже бессмертным быть! Ладно, раз торопишься, пойдем, отведу. А по дороге поболтаем.
– А чего бы не поболтать? – согласился Псих. – Как вы тут вообще?
– Да нормально, – заверил медведь. – Думал, хуже будет. Штанский и Гуа люди адекватные, рулят жестко, но горло не передавливают и жить дают. Опять же – война с черными идет. Они уже трижды к нам на остров прорываться пытались.
– И что? – заинтересовался Псих.
– Ну как что? Кровью умылись и откатились обратно, – с явно различимым оттенком гордости сообщил Черный. – У нас здесь на острове ребята резкие собрались. В том числе и твоими стараниями, кстати.
И медведь заржал.
– Знаешь, как тебя здесь называют? «Эйчар». Ну типа ты рекруитер, кадры нам набираешь. В последнее время, действительно, новичков как посыпалось. И все матерые – те же лисы-братаны. Крутые ребята, кстати, я с ними на пару вылазок к черным ходил, уважение не вопрос. Потом Федор опять же – тоже твой крестник.
– Какой Федор? – не понял Псих.
– Да кот Федор! – напомнил медведь. – Завхоз наш. Вот уж реально – подарочек нам сделал. У этого кота не голова, а дом советов. Как только он пришел – кланхран расти начал, как тесто на дрожжах. Раньше путевой пухи на вылазку не допросишься, а теперь еще и перебираешь на складе – что лучше под задачу подойдет. Вот уж точно – призвание у человека дела мутить. Не знал бы, что демон, подумал бы, что еврей. С другой стороны, этот кошара локацией рулил, что ему наша академка?
– Уже наша? – хмыкнул обезьян. – А когда тебя сюда вербовали, ты как-то не очень рвался.
– Не, ну а чо? – ничуть не смутился медведь. – Что сделано, то сделано. Мне здесь в любом случае десять лет чалиться, Гуа такие санкции в контракте прописала, что мама не горюй. Ну и смысл мне обиду в себе копить и злобой исходить? Десять лет жизни зубами скрипеть? Да ну нафиг. Я лучше эти годы нормально проживу.
– То есть, ты сейчас вполне лояльный член клана? – поинтересовался Псих.
– Абсолютно! – подтвердил Черный. – Страстный приверженец корпоративных ценностей. Мне этот обруч на голове я уже и не помню, когда включали.
– Мне тоже! – засмеялся Псих, и оба носителя золотых диадем искренне заржали.
– Я свой уже и снять предлагал, – сообщил обезьян, – но Гуа заявила, что это принципиально не снимаемый деайс.
– Во-во! – подтвердил медведь. – Меня она той же байкой лечит.
– Кстати, а как наш третий собрат по обручу поживает? – поинтересовался Псих.
– Ты про Красного Ребенка? – оживился Черный. – Там вообще чума реальная случилась, короче, ты не поверишь. Ты вообще в курсе, что его монашество заставили принять, и он теперь у вашей группы официальным дублером числится?
– Конечно в курсе, это все при мне было. – кивнул Псих.