Наша Няша (СИ)

– А говорили, что ты вроде уже замужем, – чуть заметно смешавшись от напора издёвок, заметил Хантер. – Даже дети имеются.
– Даже два, – ласково поддакнула Маняша, по-бабьи сцепив руки на животе. – И ты даже не представляешь, какой запас прочности у меня против фальшивых сюсюканий. А смешно, если в реале ты годишься мне в сыновья?
– Это вряд ли, – криво ухмыльнулся корд.
– Тогда всё ещё печальней, – сердобольно покачала она головой. – Тебя уже ничто не сделает умней. Так, вернёмся к началу: чему обязана?
– Видимо, ты предпочитаешь, чтобы я сразу перешёл к делу, – обиделся он, бросив ухмыляться.
– Просто жажду.
– Хорошо. Я всего лишь прошу сделать мне маленький подарок. Тот рол с координатами, который ты нашла в подземном тоннеле. А я за это сделаю тебе большой подарок: не стану убивать твою команду. Говорят, ты к этим неписям очень привязана. Переговоры? Или ты предпочитаешь кого-то другого?
– Предпочитаю, – восхищённо поддакнула Маняша.
– Почему?
– С детства не люблю клоунов. В цирк было не затащить даже под угрозой порки.
– Даже так? – ещё больше обидевшись, покривился корд.
Всё, как по писанному: именно позёры самые обидчивые люди на свете.
– Итак, – максимально тяжко вздохнула Маняша. – Ты пришёл меня ограбить. И при этом ломаешься, как гимназистка, притащившаяся в казарму гусар в одних панталонах, – вспомнила она присказку дедули. – Что же: убивай моих ребят. Мне будет тяжело, но я переживу. А потом начну мстить. Как женщина зажиточная, долго смогу опускать репутацию теней во всех чатах.
– Это просто игра, – неуверенно напомнил Хантер.
– Нет, мой мальчик, – вкрадчиво промурлыкала Маняша. – Игра не имеет ничего общего с грязным шантажом. А ты мелкий вульгарный шантажист. Потому что пугать смертью близких может лишь законченная мразь. Так что вперёд: убивай. Я снимаю нашу дивную беседу. И сливаю своим патронам. Думаю, бесы поделятся результатом с вашими союзниками. Чтобы те держали руки в карманах.
– А это здесь причём? – хмуро осведомился паршивый переговорщик, невольно обернувшись на своих.
Окружившие неписей тени так же хмуро наблюдали за товарищем.
– Я точно гожусь тебе в матери, – покачала головой Маняша. – Ты не дурак, ты просто молокосос. Несмотря на уровень. Который ума явно не прибавляет.
Тут один из бойцов сто тридцать восьмого уровня сбросил маску, перевоплотившись в корда-задвушника. И подошёл к месту явно зашедших в тупик переговоров.
– Два весёлых гуся, – нарочито устало пробормотала несговорчивая боярыня.
– Вижу, вы не нашли взаимопонимания, – судя по спокойному уверенному тону констатировал явно взрослый человек под ником К.МартеЛЛ. – Хан, отдохни.
Тот резко развернулся и убрался, по пути смачно сплюнув.
– Надеюсь, у франков манеры покуртуазней? – раскапризничалась столбовая дворянка.
– О, мадам в курсе моего происхождения? – всё так же спокойно пошутил корд.
– Мадам даже в курсе твоих подвигов при Пуатье. Хотя я болела за арабов. Что ж, начнём сначала: чему обязана?
– Мой коллега уже объяснил суть наших домогательств. Пускай и неудачно, однако…
– Знаешь, мне говорили, будто класс системника можно получить лишь по результатам тестирования. Неужели даже тут берут взятки? – поинтересовалась Маняша. – Я в толк не возьму: как такой дурачок стал кордом? Или у теней кадровый голод?
– У бесов, полагаю, его нет? – усмехнувшись, дружелюбно уточнил франкский полководец.
– Я немногих знаю, – призналась Маняша. – Но среди знакомых дураков не было. Ты, судя по всему, тоже человек умственный. Объясни коротко и внятно: с какой стати я должна отдать вам свою собственность? Да ещё даром.
– Я уже извинился за него, – напомнил Мартелл. – Теперь готов сделать настоящее предложение.
– Карлуша, я не буду встречаться с тобой в реале ради подписания договора купли-продажи, – насмешливо предупредила Маняша. – Я дама с запросами.
– Озвучь, – предложил он.
– Пять процентов с того, что вы поднимете на продаже огнестрела всему огромному миру.
– Какова доля твоих инвестиций? – на полном серьёзе уточнил он.
 
– Ноль.
– Тогда пять будет перебором, – покачал он головой. – Два.
– Четыре с половиной, и я тебя обрадую: твой сынишка станет королём франков.
– Два с половиной и огорчу: я знаю, – отшутился корд, глянув на собеседницу смеющимися глазами умного человека.
– Четыре, хотя я и не одобряю твоего внука. Редкий был засранец.
– Два с половиной. А моего Карлушу не обижай. Всё-таки его прозвали великим.
– Три с половиной, но только в качестве извинения насчёт засранца, – уже не могла сдерживать улыбки Маняша.
Этот человек ей нравился.
– Ты умеешь возбуждать к себе неподдельный интерес, – отвесил ей комплимент учтивый франк. – Но всё равно: два с половиной.
– Три с половиной и ты отпускаешь моих ребят, – потребовала Маняша. – Иначе разговор окончен.
Не оборачиваясь, он сделал знак рукой. Тени расступились. Командир бесстрастно промаршировал к своей хозяйке – остальные тоже сумели сохранить лицо. Маняша нацепила на руку Бати второй браслет телепорта. После чего сунула ему в руку иридиевый квадратик и выдохнула:
– Улёт!
Мартелл дёрнулся, было, к неписю, но резко остановился. Потому что Батя протянул ему вожделенный приз. Корд неуловимым жестом прибрал его к рукам. А Маняша оторопело уставилась на предателя и прошептала:
– Батя… почему?
– Я обязан тебя защищать, – хладнокровно отчеканил он. – Это не стоит твоей жизни.
– Ты сдурел? – просипела она. – Я бессмертна.
– Тебя можно вынудить убить себя, – резонно возразил командир.
– Можно, – спокойно подтвердил Мартелл. – И ты сольёшь перса. Няш, встряхнись и послушай: мы не собираемся тебя грабить. И готовы предложить весьма солидную компенсацию. Даже процент с продаж. Мы предварительно оговорили два с половиной, но, думаю, ребята согласятся на три. А это солидная сумма.
Она выслушала корда, не сводя взгляда со своего командира. После чего равнодушно прошептала:
– Нет.
– Уверена? – не принял он всерьёз отказ ошеломлённой предательством женщины.
– Я брезгую, – процедила гордая дворянка.
После чего отошла от честной компании и телепортировалась прочь.
Оказавшись на родном берегу, она опустилась на песок. Опрокинулась на спину, посмотрела на затянутое тучами небо и недовольно проворчала:
– Опять гроза. И новый пожар.
– Не думаю, – успокоил её подошедший Кац и сел рядом: – Прости, что вмешиваюсь в твой игровой процесс, но мужички ставят первую пожарную каланчу.
– Ты притащил? – задумчиво пробормотала она.
– Я.
– Спасибо. А то ничего не успеваю.
– Твоим бойцам помешали прокачаться?
– Ты всё видел. Как я держалась?
– Молодцом. А Батя всё сделал, как надо.
– Телепорт, – не повернув головы на вспышку, промямлила она.
– Я даже знаю, кто явился, – усмехнулся Кац, так же не обернувшись.
– Батя с ребятами?
– Отдыхаете? – осведомился Тур наиледянучим тоном, остановившись в нескольких шагах от парочки заговорщиков.
На этот раз она повернула голову. Посмотрела на своего дудочника и устало спросила:
– Кац, если я влюбилась в унылого придурка, значит, ещё глупей его?
– Я во всех этих космических завихрениях не разбираюсь, – вновь усмехнулся конструктор. – И вообще, мне пора.
Он поднялся и пошёл улетать. А Тур уселся на его место. Помолчал и недопустимо прохладно для такого романтичного момента уточнил:
– Если забыть про унылого придурка, то, что насчёт остального?
– А что насчёт остального?
– Мне послышалось?
– Ты не придурок. Ты идиот, – перевернувшись на бок и устроив руку на локте, поздравила его Маняша. – Я устала выкаблучиваться, подавая тебе сигналы. Бабуля права: с мужиками нужно объясняться только существительными и глаголами. И прямо в лоб.
– Ну, и?
– Тур, я в тебя влюбилась с первого взгляда, – вздохнув, с непонятной лёгкостью призналась она. – Несмотря на то, что ты просто издеваешься надо мной.