За своих (СИ)

Йорвет прикрыл зеленый глаз, шумно сглотнул и вновь начал спускаться ниже.
По спине невольно пробежали мурашки. Роше глядел — и наглядеться не мог, как сам Йорвет ласкает его ртом. Лижет, втягивает щеки, расслабляет сжимающуюся гортань… Интересно, при таких умениях — чувствует ли он что-то сам? Роше дорого бы дал, чтобы узнать, стоит ли у Йорвета, но многослойные одежки не оставляли ни шанса это понять. Оставалось просто наслаждаться.
  
Но это недолго продолжалось. Роше с каждой минутой все больше понимал, что затягивать — опасно, как бы ни было хорошо, и он резко надавил любовнику на затылок, а потом, когда тот перестал задыхаться, ослабил хватку. И повторил это еще дважды, пока Йорвет не понял, чего от него хотят.
А когда понял… Роше почувствовал, как ногти свободной от ножа руки впиваются в ладонь. Сосал Йорвет действительно потрясающе. Двигался резко и смело, ласкал решительно, а чуть позже не побоялся просто подставить рот и горло, когда Вернон начал входить в него так, как хотел. Ни единой ошибки, ни одного неверного движения. Йорвет и в этом действовал не хуже, чем в бою — умело и уверенно. И, врываясь и спуская ему в рот, Вернон чувствовал не только облегчение и мучительное наслаждение, но и невольное уважение. Даже загнанный в угол Йорвет оставался самим собой.
Едва наслаждение схлынуло, Роше застегнулся и даже подал противнику руку, чтобы тот смог подняться. И Йорвет руку принял.
Вернон уже готов был отдать ему приказ — и наслаждения это сулило не меньше, чем недавно пережитый оргазм, когда Йорвет вдруг ухмыльнулся — перемазанными семенем губами, которые даже не попытался облизнуть:
— Получил, что хотел?
Роше вдруг почувствовал смутную, но весьма ощутимую тревогу. Слишком уверенно был задан этот вопрос. Йорвет, конечно, действительно псих, но было в его поведении что-то уж слишком неестественное.
— Пока еще нет, — хмыкнул Роше в ответ. — Еще хочется отыметь тебя сзади. А что?
— Это вряд ли, — ухмылка эльфа стала шире. — И если ты думаешь, что я был не в курсе твоих планов, то… мне тебя жаль. Мои бойцы уже давно окружили весь твой хваленый отряд. Так что если ты желаешь не просто унести ноги, но и спасти их жизни… На колени, d’hoine. Стоит мне подать сигнал — и всех твоих друзей перережут, как котят, хотя я никогда не убивал котят. Вот таких, как ты — другое дело.
— И ты думаешь, я на это поведусь? — презрительно скривился Роше.
Он не поверил ни единому слову, но тут Йорвет коротко присвистнул — и из перелеска раздался такой же ответный свист. А потом и крик боли — короткий, наполненный истинной мукой. Роше немедленно голос узнал. Он знал всех своих бойцов — до единого.
Ярость мгновенно захлестнула сознание. Роше попытался было ткнуть Йорвета ножом, но тот легко уклонился от непродуманного удара. И рассмеялся — сперма на его губах начинала подсыхать.
— А ты думал, я легко сдамся?
— Зачем ты… согласился? — почти прохрипел Роше.
Это действительно был удар. Земля под ногами словно качнулась. Если Йорвет был в курсе о готовящейся операции, то… зачем, черт его побери? Роше окончательно перестал понимать этого психа.
— Зачем? — Йорвет фыркнул. — А может, ты мне нравишься.
Вернон растерянно помотал головой. Он уже не знал, чему верить. Йорвет мог лгать — и в том перелеске, откуда раздался крик, нет больше никого, кроме Тринадцатого. Йорвет мог недоговаривать. Йорвет мог говорить чистую правду — причем насчет всего. Вернон бы не удивился, если бы узнал, что предводитель скоя’таэлей действительно испытывает к нему слабость. Это легко объяснялось тем, что Йорвет — сумасшедший.
— Ну так что? — зеленый глаз требовательно сощурился.
Вернон видел, как Йорвет подносит руку к губам — собирается подать сигнал. И кто знает, что произойдет после того, как это случится.
— Стой, — вырвалось у Роше. Он сам неловко взмахнул рукой, и это движение, кажется, не понравилось Йорвету.
— Весь внимание, — хмыкнул эльф. — Говори, потому что больше ты сказать ничего не сможешь. Либо рот будет занят, либо будешь лежать со стрелой в глазу.
Вернон помолчал секунду, собираясь с мыслями, и резко бросил:
— Объясни, что все это значит.
На губах Йорвета появилась полуулыбка. Мелькнула — и пропала.
— Это значит, что ты самоуверенный и недалекий d’hoine, — участливо пояснил Йорвет. — Мне нужно было время, пока ты и твоя напарница… Кстати, пусть полюбуется… Пока мои бойцы доберутся до твоих. А для этого все средства хороши.
— Ладно, — Вернон сделал вид, что поверил… или поверил. — А на кой ты сейчас требуешь от меня чего-то, а не пытаешься убить?
— Подарить тебе легкую смерть после того, как ты тыкал членом мне в глотку? — Йорвет поморщился. — Я пойду на это только в крайнем случае. Так что выбираешь? Знаешь, Aen Seidhe дважды таким, как ты, не предлагают.
Роше машинально просчитывал варианты — и не находил выхода. Подставиться под удар Йорвета? Призвать Бьянку? Отсосать этому чертовому эльфу? Ни одна из возможностей не гарантировала не только победы, но и жизни. Не его — отряда. Это если Йорвет не лжет. А если лжет, то сейчас представилась отличная возможность пустить псу под хвост все старательно выверенные планы. Только жизнь Вернон все равно ценил выше.
Он вскинул голову, почти решившись, и съязвил:
— А что, тебе уже предлагали?
Он кивнул на карминовую повязку — и был почти не удивлен, когда Йорвет кивнул:
— Забавная игра, да? Если бы нож не прошел плашмя… Но я выжил, так что теперь вполне могу мечтать о мести, как считаешь?
— То есть кому-то из людей ты отдаться не возжелал настолько, что предпочел лишиться глаза и рискнуть жизнью, а мне — такая честь? — хмыкнул Роше.
— Честь, — абсолютно спокойно кивнул Йорвет. — За то, что ты боец, а не падальщик.
Вернон начал уставать. Разговор зашел в тупик, а он все еще не мог определиться с линией поведения. И тут позади раздались шаги. Роше прикрыл глаза и облегченно выдохнул. Успела.
— Не стреляй, — раздался позади голос Бьянки. — Я с донесением и я безоружна. Позволь мне сказать пару слов командиру.
Роше видел пристальный взгляд, направленный поверх своего плеча. Йорвет наконец кивнул, и шаги приблизились.
— Все, как он сказал, — отчеканила помощница, и в голосе ее мелькнуло сочувствие и горечь. — Отряд окружен, Тринадцатого и Коротышку взяли в заложники, и им… несладко. Боюсь, что у «белок» может не хватить терпения, пока они дожидаются.
— Спасибо, — коротко бросил Роше и, не оглядываясь, распрямил плечи. — Каковы твои условия?
О том, что эльф может, точно так же, как он сам, даже не собираться выполнять обещаний, Вернон старался не думать.
Йорвет задумчиво вздохнул и процедил:
— У d’hoine не только жизнь короткая, но и память. Я возьму реванш за то, что ты сделал со мной. И заберу твою собачью цепь с бляшкой, которую ты так гордо носишь на груди. И — оцени мою доброту — тебя в шлюхи я забирать не собираюсь.
Роше чувствовал, как к горлу подкатывает комок — то ли страха, то ли отвращения, — когда собирался кивнуть, принимая условия… и не мог. И вдруг позади раздался уже откровенно сочувственный голос Бьянки:
— Йорвет, возможно, тебе подойду я? Я единственная женщина в отряде, и… Скоя’таэли когда-то ценили меня. Тебе понравится, правда, я постараюсь.
— Нет, — Роше раздраженно дернул плечом. — Бьянка, отойди. Как командир, я запрещаю тебе… Хватит с тебя похотливых нелюдей.
— Нет, — отозвался Йорвет, но голос его внезапно чуть смягчился. — Не лезь, beanna. С твоим командиром у меня свои счеты.
Вернон поймал взгляд противника и медленно кивнул. Не слишком приятно было это признавать, но в душе вновь колыхнулось уважение. Роше мог поклясться, что Йорвет отказал не только потому, что непременно желал отомстить. Чувствовал, тварь, вину перед Бьянкой за весь свой проклятый род.
  
Бьянка вздохнула и отошла. Вернон слышал, как она опустилась на траву — ее никто не отпускал. Наверняка отвернулась, не желая видеть того, что произойдет. Впрочем, самому Вернону было уже все равно. Унижение, досада, страх, — всё это только для него самого и для его противника, который неприятно ухмылялся. Для Бьянки в этом смысле ничего неожиданного не происходит. Роше ни разу не задавал ей вопросов о ее жизни среди «белок», но то, как легко и буднично она относилась к подобной возможности…