Соблазн ей к лицу

— Разумеется, — заявил Тревельян, появляясь в холле. — Если бы Чарлз ждал срочное послание, он бы уведомил тебя заранее. — Тревельян жестом отправил дворецкого восвояси. — Не желаешь пропустить по стаканчику перед сном?
Чарлз сразу заметил, что виконт слегка пошатывается. Хозяин Ланьон-Холла вновь не рассчитал с выпивкой, поэтому Чарлз вежливо отказался составить ему компанию. Поднявшись к себе, он переоделся ко сну, налил в бокал коньяка, сел в кресло и серебряным ножичком вскрыл конверт.
Расследование шло крайне медленно. Отбросив пока прочь надежду найти чудом выжившего Рауля или его последователя, Чарлз сосредоточился на выяснении личностей погибших женщин. Не в силах ждать, пока поверенный Дафны обеспечит его информацией, Чарлз стал ездить по округе и собирать сведения сам. Он посещал местные гостиницы и постоялые дворы, заходил в лавки под видом покупателя, а также в салоны и бары, где осторожно выспрашивал обо всех незнакомцах, которые появлялись в округе в последние месяцы. То, что и самого Чарлза здесь почти не знали, затрудняло общение, но безотказные помощники — эль и виски — развязывали языки почти всем жителям.
Увы, расспросы почти ничего не дали. Они лишь облегчили кошелек Чарлза и свели его с кучей всяческого сброда. Оказалось, что простой люд куда более любопытен и осведомлен о преступлениях, чем думала полиция. Мужчины боялись за своих дочерей и жен и поговаривали шепотом о том, как жутко были изувечены два найденных женских трупа. О третьей женщине слухов не было вовсе, и Чарлз задумался: а существовала ли она вообще? Но о самом главном предмете расспросов узнать не удалось и вовсе ничего. Никто не слышал ни о каком чужаке, который внезапно поселился бы в округе. Тщательный многодневный сбор информации оказался пустой тратой времени.
Распечатывая конверт, Чарлз мысленно взмолился, чтобы мистеру Винтону в его расследовании повезло больше.
Но увы, и поверенный ничего не смог выяснить. Пробежав послание, Чарлз устало откинулся на спинку кресла, запрокинул голову и уставился в потолок. Кроме того факта, что были обнаружены два изувеченных женских тела, не было никаких доказательств, что по округе шныряет убийца или тем более Рауль восстал из мертвых. Никаких крупных финансовых операций с недвижимостью, никакой аренды жилья приезжими.
Чарлз вздохнул. Ах, если бы тело Рауля было найдено! Это решило бы многие проблемы, и Чарлз расстался бы с тревожными мыслями. Два выстрела в грудь, каждый из которых мог стать смертельным… Однако существовала, хотя и очень зыбкая, возможность, что ни одна пуля не задела жизненно важных органов. Упав вниз со скалы, Рауль мог разбиться о камни или утонуть, однако его тела не обнаружили. Останки могла унести подземная река, но был ли Рауль к тому моменту мертв? А что, если течение вынесло его к берегу и он благополучно выбрался на сушу? Маловероятно, но возможно. Скорее всего тело прибило в какую-нибудь подводную пещеру или расселину и оно не было найдено как раз по этой причине. Его могло вынести и в открытое море.
Допустим, думал Чарлз напряженно, Рауль не погиб после выстрелов в грудь, выжил после падения со скалы и не захлебнулся в бурном потоке. Что дальше? София мертва и, стало быть, не способна оказывать сыну помощь и поддержку. На какие средства стал бы жить Рауль?
О нет, пришла пора признать, что сводный брат давно мертв, а он лишь гоняется за призраками прошлого, играет в игры с тенями, словно они вполне материальны. Расследование зашло в тупик, Чарлзу не удалось обнаружить следов пребывания сводного брата в Корнуолле, а значит, Рауль однозначно мертв. Стоит ли и дальше выяснять детали преступлений или оставить это дело полиции?
Несчастные женщины, должно быть, приняли мученическую смерть от совсем других рук и Рауль тут ни при чем. Могло статься, что два убийства (а теперь Чарлз думал уже не о трех, а все-таки о двух погибших) и вовсе не связаны между собой и он просто тратит время впустую, вместо того чтобы провести его самым приятным образом. В голове тотчас возник образ Дафны, такой гордой и непокорной поначалу, но так охотно отзывавшейся теперь на его ласки.
  
Чарлз почувствовал волнение плоти, вспомнив мягкие губы невесты, ее стройную фигуру. Он одним глотком допил свой коньяк. Потом, поднявшись с кресла, направился к постели с твердым намерением немедленно провалиться в сон. Нужно забыть о Рауле и бессмысленном расследовании, которое отнимало столько времени и сил. Конечно, лучше бы находиться подальше и от Дафны в ближайшие десять дней. Быть рядом с ней и держать руки за спиной казалось выше его сил. Достаточно было завлечь ее в какую-нибудь темную комнату с намерением просто сорвать короткий поцелуй, и неизвестно, чем бы кончилась подобная авантюра. Один поцелуй, затем другой, руки, скользящие по платью вниз, задирающие подол с намерением забраться в самые потаенные места… горячечные сны, в которых он видел свою невесту обнаженной и податливой, лишали его сил. Раз за разом он просыпался, сгорая от желания, но стоило ему опять погрузиться в сон, как Дафна являлась вновь, желанная и прекрасная. Даже во сне Чарлз не переставал молиться, чтобы десять дней пролетели как один.
И если для Чарлза дни едва ползли, для Дафны время неслось галопом. Она постоянно была занята какими-то приятными хлопотами и едва успевала присесть.
Бомон-Плейс гудел, как пчелиный улей или крепость, готовящаяся к осаде неприятеля. Слуг стало втрое больше, все вокруг сверкало чистотой и благоухало, число подарков росло с такой непостижимой скоростью, что вскоре их просто стали складывать в дальнем зале, не успевая распаковать. Записки на коробках говорили о том, что Чарлза знает добрая половина Англии, а со второй половиной он связан дальним родством.
Хотя жизнь в замке бурлила, как вода в котле, сама Дафна, погруженная в дела, чувствовала себя немного не в своей тарелке. Ей по-прежнему казалось, что вся эта суета и подготовка никак не связаны с ней самой, что она лишь невольный участник, и ей не удавалось прочувствовать торжественность приближающегося момента. А меж тем до дня бракосочетания оставалась какая-то пара дней.
Вечером волнение в Бомон-Плейс достигло своего апогея и к воротам замка стали прибывать первые гости. Их было так много — повозок, карет, двуколок! Чарлз, приехавший за несколько часов до прибытия первого визитера, встречал всех в дверях и представлял Дафне и ее родным. Более всего Дафне запомнились Маркус Шербрук, кузен Чарлза, очень на него походивший внешне и манерами, а также граф и графиня Уиндем. Накануне Дафна страшно нервничала, представляя себе эту встречу. Что подумают о ней титулованные родственники Чарлза? Что она хищница и охотница за чужими деньгами, без роду и почти без гроша за душой, старая дева, решившая сделать удачную партию? Однако добродушная улыбка графа и порывистые объятия, в которые ее заключила графиня, сняли напряжение. И если Маркус Шербрук был только похож на Чарлза, то граф Уиндем казался его близнецом. Почти минуту Дафна просто стояла, неприлично уставившись Джулиану в лицо, впитывая взглядом уже знакомые черты, затем вспыхнула от смущения и пробормотала нечто невнятное.
Графиня усмехнулась и вновь обняла ее.
— Вы, я вижу, удивлены сверх меры, но совершенно не должны этого стесняться. Да, Чарлз и Джулиан так похожи, что издалека их можно перепутать. В отличие от вас меня заранее предупредили об этом фамильном сходстве, но все равно я была потрясена. — Нелл с укоризной посмотрела на Чарлза: — И мой дорогой деверь даже не пытался вас предупредить, не так ли? Дафна, уже справившаяся со смущением, хитро прищурилась:
— О да, Чарлз не удосужился рассказать мне о своих родственниках. Как же они похожи!
— Но ты же не станешь спорить, что из всех троих я самый привлекательный мужчина? — подмигнул ей Чарлз.
Все дружно рассмеялись.
— И самый вероломный, — добавил Джулиан с усмешкой. Он взял руку Дафны в свою. — Мы с Нелл очень рады встрече, дорогая мисс Бомон. Добро пожаловать в нашу семью. — Он бросил насмешливый взгляд на брата. — Стоило мне увидеть вас, я сразу понял, что бедняге Чарлзу придется поступиться многими своими принципами. И главный из них — никогда не жениться. Поверьте, этому наглецу нужна твердая рука!