Падшие (СИ)

— А это мое решение!
Слова вылетели легко, будто я всю свою жизнь только и делал, что командовал мужиками вдвое себя старше. Монах сглотнул и кивком подтвердил, что понял меня.
— Как мы сможем передать информацию? — только спросил он.
— На почту ссылку отправьте. — пожал я плечами.
Потом вспомнил, что парочка адептов без труда подключились к моему ватсапу, и подумал, что пересылать такое по почте не очень умно. Послушал осколок Долга, кивнул, и ногтем большого пальца порезал подушечку указательного. Мазнул кровью по ладошке Насти, которая от неожиданности вздрогнула.
— Нет. Отдайте все ей. Я с ней смогу связаться. Мне понадобится свой библиотекарь.
Девушка зарделась, будто я ее назначил старшей женой в гареме.
  
Глава 18
 
Блюз бродячих собак
 
В память запала и там проросла фраза, которую озвучил фомор Леголас. «Люди, которых ты защищаешь». Не они меня, а я их. Смешно! Было бы, не будь это чистой правдой. В столкновении с сидами у моих «охранников» не было даже тени шанса. Тот факт, что погибли двое (только двое!) иначе, чем везением объяснить было нельзя. И моим тупежом — вмешайся я раньше, и вообще никому умирать не пришлось бы.
Так что приходилось принимать новую реальность. Мне нужно учиться пользоваться своими «суперспособностями». И держаться подальше от людей. От любых людей. Охранники, родные, близкие, друзья — все они были в опасности рядом со мной.
Это были самые главные причины, по которым я решил уйти.
Но имелись и другие. Например, мне не очень нравился Орден и его фанатизм. Да, они меня спасли, прячут моих родителей, готовы умирать за Губителя, и вообще как бы молодцы. Но они же не раздумывая способны принести в жертву не только врага, но и союзника. Например, пристрелить бойца, который решил убить меня в гневе. И кто поручится, что они не сделают это с Настей? Или с моими родителями? Цель же оправдывает средства!
Нет, с флагеллантами мне однозначно не по пути. Не на этом отрезке, точно!
Ну и последний повод свалить в туман. Я смертельно устал носиться по полю, как мячик для настольного тенниса. Мне надоело ждать удара, и отскакивать в ту сторону, куда меня направит очередная подача. Нет, ребята, хватит с меня! Раз уж я могу создавать слепки и прятаться в них — нафига мне защита? И так хрен кто найдет!
А одиночество — прекрасный способ обрести и развить силы. Спокойно и, это важно, самостоятельно. Учителя всегда чего-то хотят — выставить тебя на олимпиаду, например. Или представить школу на конкурсе, который тебе совсем не упирался. Буду у осколков Шахата учиться. Они, скорее всего, тоже какие-то цели имеют — к примеру, срастись в единую личность и захватить тела слишком дофига возомнившего о себе пацана. Но пока ничем таким себя не проявляли.
И, приняв решение уйти от Ордена, несколько дней я бомжевал. Ну, как бомжевал… На самом деле довольно комфортно жил! Создавал максимально большие слепки (так, кстати, выяснил, что мой предел тысяча триста двадцать три метра в любую сторону от центра, то есть меня) и двигался внутри них. Доходя до границы, развеивал карман и создавал новый.
Чтобы отдохнуть — действовал так же. Выбирал любой понравившийся дом — хоть лачугу, хоть дворец, создавал его копию в слепке, и спокойненько себе жил там, сколько понадобиться… Это большие объемы у меня жили только 5 часов 14 минут (эксперименты, опыты, выводы), а небольшие, квадратов на пятьдесят-шестьдесят — даже не знаю насколько.
Вряд ли прямо не ограничено по времени, но я так ни разу и не смог дождаться момента, когда стены тьмы начинали сжиматься — так слепок сообщал, что иное измерение начинает выдавливать чужеродную ему копию другой реальности.
Короче, довольно удобно я устроился. Чтобы поесть, я заходил в магазины и воровал еду — не палиться же, расплачиваясь карточкой! Чтобы сменить одежду — заходил в магазины, и воровал одежду. Если мне требовалось какое-то снаряжение, любое, ну вы поняли…
Конечно же я не просто шлялся по Кубани, косплея того японского солдата, который про конец Второй Мировой войны лет через пятьдесят узнал. И не отпуск себе устроил, хотя мысль метнуться до моря была, чего уж скрывать. Я учился. И познавал тот мир, в котором теперь — хочу я или нет — мне предстояло жить.
 
В этом мне здорово помогала Настя. Благодаря Знаку Крови, который я поставил перед уходом, мы могли мысленно связываться в любое время и на любом расстоянии. С одним только ограничением — воспользоваться этим довольно простеньким Знаком из арсенала Губителя мог только я. Она — только принимать «звонки».
Но меня это даже больше устраивало! Нужна помощь — обратился к личному библиотекарю. Она зарывается в тексты, которыми ее снабдили в Ордене, и ищет ответ. И не читаешь эсэмэски о том: «как ты?», «что делаешь?», «где сейчас?»
Так я наконец получил полное определение магии — всех этих Печатей и Знаков. Они делились на две крупные группы: магию тела и магию мира. Первая работала в основном в нашей реальности. Усиливала, ускоряла, давала ночное зрение, позволяло общаться телепатически или подавлять волю оппонента. А вот вторая специализировалась на слепках. Их создании и управлении.
Другими словами, все эти фаерболы, лайтбластеры и метеоритный дождь были возможны только в слепке. В нашей реальности сколько не пыжься, ничего не получится. Вот вывод на максимум ресурсов человеческого тела — это пожалуйста. А остальное — извините.
Я так думаю, в этом сложном на первый взгляд подходе и крылись все ответы. В смысле, почему никто никогда не видел проявлений магии? А если видел, то не принес пруфы? А все просто — их в нашем мире просто не могло быть! Вся магия, доступная этой реальности, выглядела не очень зрелищно. Ну а те, кто все же утверждал, что был свидетелем такого, просто попадал (скорее всего, случайно), в чужой слепок. Когда Бессмертные Господа за территорию рамсили.
Зато в слепке ограничений не существовало. Точнее, они имелись, но только в твоей собственной голове. Если ты хотел там летать, но не мог этого сделать, значит существовал некий блок, который тебе мешал. Забегая вперед — я свой не нашел. Подозреваю, это вообще как-то связано с моим паническим страхом высоты. Реально, я уже на пятом этаже старался максимально от края балкона стоять. Хотя там сколько до земли? Метров пятнадцать?
А вот «боевая магия» давалась мне очень легко. Разум, видимо, был хорошо подготовлен к подобному компьютерными играми и блокбастерами с хорошей графикой. Когда наблюдаешь такое постоянно на экране компьютера или в кинотеатре, мозг стирает ограничения. Да и в применении ничего придумывать не надо. Файербол — че мозг морщить?
Не, я, конечно, разное попробовал. И оружие из воздуха создавать, и големов всяких, которые бы за меня сражались. Но все это было не то. Для призванного оружия все же нужно было уметь им пользоваться, а какой из меня мечник или лучник? Искусственные же солдаты получались тупыми и требовали слишком много контроля.
А мана — это я про Пламя, если что — в слепке тратилась, как бензин у машины, которая несется под две сотни кэмэ. Я на второй день своего бомжевания с этим столкнулся. Увлекся швырянием файерболов направо и налево, да еще в максимально большой из созданных локаций (хотелось понять, как далеко способны лететь шары огня). И чуть не сдох.
То есть, перед глазами потемнело, затошнило, а осколки Шахата потухли почти до полной невидимости. Потом — краткосрочная потеря сознания, и я прихожу в себя уже в нашем мире. Слепок развеян, я слаб, как ребенок. Короче, те еще ощущения.
Так что с того дня я тщательно следил за своим состоянием во время тренировок. Жаль, конечно, что в «этот мир не пришла Система» и мне не подвесили перед глазами интерфейс — шкала магии и здоровья мне бы точно не помешали. Но и так получалось. Падение сил я теперь отмечал по интенсивности горения собственного Пламени, и свечению осколков Шахата. Начинали гаснуть — все, пора прекращать баловаться.