Падшие (СИ)

Ордена, судя по всему, действуют не сами по себе. Но людям не показываются, держаться в тени. При этом у них есть оружие и деньги, а значит кто-то из власти их крышует. Вполне возможно, их магистры вхожи во всякие силовые структуры, которые их прикрывают. Иначе сложно объяснить тот факт, что группка фанатиков врывается в ночник, разносит его в ноль, а потом сваливает, будто ничего не случилось.
Так? Вроде так. Дальше что? А, все считают меня Губителем, и по их мнению я очень важен. И восемнадцать лет назад его (меня?) убили в бою. Все думали, что навсегда, но я (он?) как-то смог выжить. Но не пробудился окончательно. По последнему, кстати, у меня куча вопросов — самый спорный момент во всей этой истории.
Если я — Шахат, который смог выжить, то почему такие сложности? Зачем откладывать пробуждение? Почему оно такое фрагментарное? Если правы все остальные, то это максимально тупо — вернувшись, я-он толком и сделать ничего не могу. А значить — легкая мишень. Идиотизм же!
Не, понятно что все это пробуждение чистой воды форс-мажор, и никто не планировал, что выйдет именно так. Но все равно плохо укладывается в схему. Оробас вон смог просчитать все и нашел меня, то есть мальчика, который родился в момент смерти Шахата. А ордена этого сделать не могли? А если могли — почему сразу не взяли новорожденного и его родителей под крыло? Ведь в этом случае они могли бы обучить ребенка с рождения, и он не был такой обузой, как я сейчас?
Короче, если со всем остальным у меня все складывается — пусть это и лютый сюр, но принять его можно — то с пробуждением и возвращением личности Шахата остаются вопросики. Много вопросиков. А значит…
Додумать эту мысль я не успел. Полностью погрузившись в размышления о своей непростой ситуации, я практически выключился из реальности. И не слышал почти ничего вокруг. Однако, последние фразы, которыми обменялись между собой безымянный водитель минивэна и Сапер смогли пробиться через барьер. И насторожили меня.
— Как они нас нашли? — командир боевиков.
— Без понятия, Семеныч! Мы точно должны были сбить их со следа. Да и в какой машине мальчишка — никто не мог знать.
А это водитель. Голос у него немного напуганный.
— Глаз Рахаба может ошибаться?
— Старшой, ты не хуже меня знаешь, что нет.
— Значит, на пацане метка.
— Мы проверили его. Ничего не было.
— Да не техническая метка, балда! Кто-то из Падших взял его кровь, и теперь идет по следу!
— Вампир тот? Он вроде свалил?
— Или тот, с кем наш Шахат разговаривал в клубе. Эй, парень! С кем ты там общался?
Сообразив, что обращаются ко мне, я на автомате ответил:
— Оробас, вроде. Но он ушел порталом…
— Чего?
— Ну… Он сделал Печать и пропал. — пояснил я растерянно.
— В слепок ушел, паскуда! — выругался Сапер. — Похоже, это он по следу и идет. Ладно, готовимся. Жмых, наших поставь в известность!
— Уже!
Похоже, эта ночь никак не хотела заканчиваться. И меня ждало очередное столкновение с Падшими.
  
Глава 13
 
Быки
 
— Что такое слепок? — спросил я.
Раз уж об этом сейчас зашел разговор, а нас прямо сейчас еще не атакуют, то почему бы и не спросить. А то может это поможет. Хотя бы против тех, кто меня преследует.
Речь шла о той магии, которую Оробас использовал, чтобы обеспечить приватность нашего разговора. Которую я сперва принял за глушилку, потом, когда Падший активировал Печать и ушел из ночного клуба до появления боевиков Ордена — за портал. Само плетение я запомнил, и мог воспроизвести в любой момент. Осталось только понять, что оно делает.
— Печать магия мира. — Сапер ответил не прекращая смотреть по сторонам. Ждал нападения. — Создает карманное измерение. В смысле, слепок с нашей реальности. И помещает его в карманное измерение.
— Это как? — заморгал я.
— Полегче чего спроси! — нервно хохотнул водитель.
Этот смотрел вперед, на пустой проселок впереди, да периодически бросал взгляд на какую-то безделушку, закрепленную под зеркалом заднего вида на цепочке. Присмотревшись к ней, я опознал сувенир из Египта, мы такой с отпуска привозили. Бело-голубой кругляш из глины, изображающий стилизованный глаз.
 
Только в отличии от нашей сувенирки, у этого «зрачок» периодически мигал красным. Словно в него был встроен светодиод. Наверное, это и был «глаз Рахаба», упомянутый пару минут назад.
— Падший копирует кусок нашего мира и как-то заталкивает его в другое измерение. — пояснил командир боевиков, который явно был в теме больше водилы. — В зависимости от личной силы — пару квадратных метров или километров. Срок жизни такой локации тоже у всех разный — час, день, месяц. Твари так прячут свои делишки от людей. И сбегают от нас.
Значит, не портал, как я подумал. Слепок. Получается, Оробас не прыгнул блинком, а создал копию ночного клуба, и пока в нашем измерении шла драка, спокойно прошел через пустой танцпол, поднялся на лифте, и вышел на улицу. И там, отойдя подальше, снова вернулся в нашу реальность. Крутая штука! И ведь я могу ее повторить!
Это захотелось сделать сразу. Так сильно, что пришлось себе мысленно по рукам надавать. Не хватало еще выбросить нас в другое измерение в моменте, когда машина едет по дороге. Неизвестно же какой кусок реальности смогу скопировать я. Вдруг это пара квадратных метров? Вот будет смеху, когда я активирую Печать и мы на полном ходу врежемся в границы иномирной локации.
Позже, все позже. Сейчас главное оторваться от преследователей. А уже потом, под прикрытием союзников, можно будет спокойно заняться изучением и развитием способностей, доставшихся мне от Губителя Шахата.
«Или превратиться в него, — грустно напомнил я себе. — Забыв о том, что был когда-то на свете такой парень Кеша Серов…»
Не киснуть! Еще ничего не произошло! И, может быть, вообще ничего не произойдет! Пока, по крайней мере, я — это я! И нефиг впадать в уныние раньше времени!
Пока я разбирался с внутренним голосом, на горизонте нарисовалась та проблема, о которой говорили орденцы. Погоня. Машину уже было видно через заднее стекло. Поплевывая на подвеску, она неслась по проселку со скоростью раза в два большей, чем у нас, оставляя за собой шлейф пыли.
Причем, это был седан. Обычный белый седан, каких в городах больше всего. «Киа Рио», кажется, с моего места было не разглядеть. Но силуэт я видеть мог, и удивился — это машина Оробаса? От такого мажора ждешь минимум тонированный в круг черный внедорожник. К тому же — всего одна?
Сапер тоже, похоже, это подметил. На его лице проявилась хищная ухмылка.
— Притомаживай понемногу. — бросил он водиле. — Щас я этих идиотов свинцом привечу!
Сидевший за рулем мужчина начал сбавлять ход, а командир боевиков передернул затвор у своего автомата, и переместился к заднему окну, готовясь открыть огонь. Вот только сделать этого он не успел.
На дорогу перед минивэном вдруг выбежало два человека. Замерли на миг, а потом понеслись в нашу сторону с диким ускорением. И выглядело это так, будто они собирались протаранить машину.
— Осторожно! — успел воскликнуть водитель, когда оба бегуна, выставив вперед правое плечо, действительно врезались в капот автомобиля.
А дальше произошло то, чего я никак не ожидал. Оба незнакомца, кажется, остались на месте неповрежденными. А вот минивэн словно в кирпичную стену врезался. Как такое возможно, вообще?
Водила скрылся в подушке безопасности, выскочившей из рулевого колеса, а Сапер, как раз в этот момент занимавший положение поудобнее, чтобы стрелять по преследователям, пролетел через весь салон, и со всего маху впечатался в лобовое стекло.
Я же почти не пострадал. Спасибо родителям, которые с детства изводили меня требованиями пристегиваться в машине. Настолько, что я давно делал это на полном автомате в любом автомобиле. И, благодаря чему не отправился в полет, как орденец. Просто дернулся в ремнях безопасности, даже больно не было. Печать Силы в очередной раз отработала.