Хочу познакомиться

Я заглянула в серьезные карие глаза Бена, задаваясь вопросом, правильно ли поступила, рассказав ему все это.
К моему удивлению, он придвинулся ближе, соприкоснувшись со мной коленями.
— Эви! Что касается этих знакомств, я не знал… Его прервал крик, донесшийся из-за стойки бара:
— Мы закрываемся! Благодарим вас за визит, дамы и господа!
— Эй, ребята! — К нам зигзагами направлялись Марк и Стеф, державшиеся за руки.
Марк устремился к Бену, стиснул его в объятиях и прижал его голову к своей груди.
— Стеф сказала, что у нас только что состоялось романтическое знакомство! У тебя тоже?
Разве вокруг так тихо? Ибо слова Марка оглушительно зазвенели у меня в ушах.
— Надевай пальто, Марк, — спокойно ответил Бен, высвобождаясь.
Я проверила, как там Стеф. Удивительно, но, пока она собирала свои вещи, ее даже не шатало.
— Ты отличный друг, ты ведь знаешь, правда? — лепетал Марк, пока Бен надевал на него пальто. — Бен! Парень, который всегда приходит на помощь. — Марк позеленел. — Хотя порой этой помощи пытаешься избежать.
— Подожди, пока выйдем на улицу, приятель. — Бен мягко, но решительно подтолкнул его к двери. — Я даже подержу тебе волосы.
— Секунду. — Стеф положила карточку в карман пальто Марка и похлопала по ней. — Это мой номер. Давай действительно познакомимся получше. — Потом она поцеловала меня в щеку. От нее пахло клубникой и ромом. — Обязательно надо повторить! Тебя проводить?
Я ответила, что живу прямо за углом, и Стеф упорхнула из паба, волоча за собой свой красный шарф. Я благоговейно посмотрела ей вслед.
Бен вывел Марка, ненадолго задержавшись в дверях.
— Кстати, завтра нас не будет в кофейне. Я забираю Анетт от бабушки и дедушки, — сообщил он с непроницаемым выражением лица.
— Тогда увидимся на следующей неделе.
Я неожиданно ощутила разочарование, но справилась с ним прежде, чем Бен успел заметить его на моем лице.
Он кивнул как раз в тот момент, когда дверь за ним закрылась.
Что-то изменилось? Я знала что. Как только Марк упомянул про романтическое знакомство, Бен замкнулся в себе. Опять. Я натянула варежки.
Ведь это не было похоже на романтическое свидание с ним, так в чем же дело?
Снимая со спинки стула сумку, я увидела камеру, прислоненную к ножкам стула Бена. О нет! По крайней мере, я воссоединю Бена с его камерой.
Я схватила футляр и выбежала наружу. Шел ливень.
Я раскрыла свой красный зонтик и выскочила на улицу. Вон они! Бен поймал такси и пытался уговорить Марка сесть в машину. Из-за дождя темные пряди лезли ему в глаза.
— Бен! — Я бросилась к нему, вложила футляр с фотоаппаратом ему в руки и поспешила прочь, прежде чем он успел отреагировать.
Я сделала всего несколько шагов, когда услышала, что Бен окликает меня:
— Эви!
Я обернулась под уличным фонарем, дрожа от холода и сжимая зонтик. Чего ему надо?
Улицу озарила яркая вспышка, и струи дождя засверкали в ее свете. Я зажмурилась, но успела увидеть, как Бен опускает камеру. Он посмотрел на нее, а потом поднял голову и встретился со мной взглядом.
— Маленькими шажками, — проговорил он.
  
27
 
Снова о подружках невесты
 
ИНТ. СПАЛЬНЯ ЭВИ — СРЕДА, 30 ЯНВАРЯ, 17;34
На Эви колготки и халат, она достает из картонной коробки чехол для одежды и вешает его на дверцу шкафа. Комната крошечная, но опрятная. На стенах афиши в рамках: «Брик-парк», «Когда Гарри встретил Салли», «Трудности перевода», «Чемпион», «Комната с видом», «Тельма и Луиза», «Клетка для пташек», «Джуно».
Платье подружки невесты оказалось тяжелее, чем я себе представляла. Сара выбирала их перед Рождеством, но меня не было рядом, и вместо того, чтобы прислать фотографию, она решила, что я сразу увижу его воочию, потому что «так лучше». Она отправила мне наряд, чтобы мы с ней смогли примерить наши платья одновременно, хотя нас разделяло почти двести миль.
— Ну как, нормально выглядит? — задребезжал голос Сары в динамиках ноутбука, стоявшего на моей кровати.
 
Камера на планшете Джереми передавала немного размытую картинку, но я могла разглядеть Джереми и Марию, сидевших на маленьком диванчике в форме сердца в шеффилдском свадебном бутике. Они держали бокалы с просекко и ждали, когда мы обе оденемся. Жаль, что я не могла позволить себе присоединиться к ним лично. По крайней мере, я тоже запаслась (пластиковым) бокалом с просекко.
— Я все еще расстегиваю молнию.
— Так странно видеть тебя в это время не на работе, — заметил Джереми, глядя в камеру.
— Тебя тоже, — парировала я. Теперь нам было известно, как он впахивает, и мы чаще стали выходить с ним на связь. — Монти до сих пор освобождает меня от текучки. Если не считать редактирование сценариев.
Звучало как работа мечты, вот только я жила в кошмаре, так и не сообщив Монти, что Эго до сих пор не давал о себе знать. И что я отказалась продолжать делать то единственное, что, по-видимому, заставило его снова писать.
Я решительно отмахнулась от своих тревог и взяла со стола пластиковый бокал. Ради Сары, не ради себя. И, прежде чем подойти к чехлу, отхлебнула просекко. Намеки Джереми и стоическое молчание Марии доказывали, что платье подружки невесты нужно увидеть своими глазами.
— Так ты сказала Эго, что завязала со знакомствами? — спросила Мария, когда я расстегнула молнию и заглянула внутрь. — Вот так просто?
— Ага. О боже… — пробормотала я.
Платье было очень… персиковое. А вовсе не изысканного цвета розового золота, обещанного Сарой. Я даже не сразу разглядела воланы. И только потом поняла, что платье все в оборках. Я вытащила его из чехла и отступила назад. Может, на фигуре оно будет смотреться лучше?
— Как же, наверно, приятно устроить себе перерыв, — продолжала Мария.
— Вообще-то я наслаждаюсь свободой. Я и забыла, сколько всего интересного в Лондоне.
А еще, — добавила я, чуть смущаясь, — появилось время поразмыслить над тем, что мне снова нравится писать. Пусть даже отчеты о знакомствах.
— О, Эви! — воскликнул Джереми, но Мария, беспокоясь за меня, тут же вцепилась ему в руку, чтобы не наговорил лишнего.
— Ты надеваешь платье? — раздался за кадром голос Сары.
Я послушно зашла за камеру и сбросила халат.
— Я так рада за тебя, Эви, — сказала Мария.
— Я тоже рад, но давай-ка вернемся к тому месту, где привлекательный молодой вдовец сделал твой снимок под дождем, — попросил Джереми.
Я наклонилась к экрану, чтобы он мог видеть адресованный ему зверский взгляд.
— Она уже надела? — спросила Сара.
— Минуточку, — крикнула я, пытаясь нащупать молнию и чувствуя себя как Кэтрин Хейгл в «27 свадьбах», вот только мне было в двадцать семь раз неудобнее.
— Что происходит? — повысила голос Сара. — Если оно тебе не по размеру, уже слишком поздно, и я не хочу этого слышать.
— Если ты развернешь его задом наперед, наполовину застегнешь молнию, а потом развернешь обратно, будет проще. — Лицо Марии скривилось от сочувствия.
Вся извиваясь и тяжело дыша, я сделала, как она велела, и стала прыгать, чтобы застегнуть молнию до конца.
— Мы тебя видим, — сообщил Джереми. — И наша очаровательная ассистентка Шэннон тоже.
Я заметила темноволосую женщину, которая подошла к ребятам, чтобы наполнить их бокалы.
— Черт! — Я отшатнулась от камеры и прижалась к столу.
— Так что же произошло после того, как он тебя сфотографировал? — настаивала Мария.
Я вздрогнула, вспомнив, как Марк с раздувающимися щеками вывалился из такси и согнулся пополам.
— Друг наблевал ему на ботинки.
— Какая прелесть, — напевно произнес Джереми. — А потом?
— Бен сказал: «Нам стоит прекратить эти встречи». Мария вздохнула.
— Привлекательный молодой вдовец! — с намеком в голосе проговорил Джереми.
— Позволь напомнить, что он считает меня дурочкой. И не без оснований, — пробормотала я.