Сердце генерала и вкус счастья (СИ)

– Договорились, хозяйственный ты мой. А теперь нужно помочь перенести четыре мешка картофеля в подвал. Предлагаю пересыпать в вёдра и носить.
– Откуда картофель? – перестав завязывать вещи в скатерть, Эштон поднял на меня взгляд.
– Ты только не пугайся… – я собиралась врать, что во мне проснулась магия, но вот какая, не придумала.
– Вивианна, неужели в тебе проснулась магия? – его глаза покраснели и наполнились слезами. Эштон в одно движение обнял меня за талию и, всхлипывая, произнёс: – Я верил, что или в тебе, или во мне она проявится. Я ещё в прошлый раз заподозрил, но не стал тебя беспокоить. Виви, ты её почувствовала после того, как очнулась? – заплаканные глаза смотрели на меня с надеждой. Как бы самой не разрыдаться вместе с мальчишкой. Кивнула. – Это же что же, получается, после отравления, ужасной жизни и переживаний в тебе проснулась бытовая магия? Ты можешь притягивать к себе продукты? Но вместо этого ты должна что-то отдавать. Деньги, силы, время.
  
После этих слов я задумалась и вспомнила о своих кровных рубликах, что странный телефон требует в оплату. Отодвинула чуть от себя мальчика. Неужели всё, что он говорит, правда? Но я не чувствую в себя магии.
– Ох и заживём, – размазав слёзы по щекам, Эштон подтянулся на цыпочках и поцеловал меня в щёку. – Ты только себя не перетруждай. Магия – она такая, пожелаешь больше, чем есть в тебе возможностей, и всё, в обморок свалишься, а бывает, люди и навсегда с ней расстаются, – видя непонимание в моих глазах, уточнил: – С магией.
Если следовать теории Эштона, то я… Ладно, предположим на мгновение, пусть и не верю, что я стала магом, и не каким-то огневиком, воздушником или ещё кем из боевиков, а бытовым магом, достающим продукты. Это получается, что и телефон с сумкой я без умысла подтянула из своего мира. Так, а дальше что? Почему телефон не даёт выбора из всего ассортимента? Мне нужно за что-то зацепиться, во что-то верить. Пусть не даёт, так как знает мои магические возможности. Заботится, чтобы не свалилась в обморок? Поэтому сто кило картошки и пучок редиса? Знает, что если пришлёт больше, то мне будет плохо. Тут же вспомнила бывшую свекровь, что, использовав магию, мирно прилегла на пол.
– Эштон, думаю, что ты прав насчёт магии. Скажи, а можно ли этот магический запас увеличивать? Чтобы я могла притягивать не только картофель?
– Плохо, что ты не помнишь уроков по магии. Это возможно, если будешь каждый день балансировать на грани, используя практически всю магию, оставляя капельку, то организму будет казаться, что всего мало, и каждый раз начнёт накидывать чуточку сверху. Обычно боевые маги такое практикуют, им по-другому нельзя. А все остальные, как Хрусты, не утруждаются, боясь потерять и то, что есть. А как гордятся тем, что в них проснулась магия, – усмехнулся Эштон.
Картофель пересыпали в вёдро, решив все не марать, носили в одном, Эштон носил, а я насыпала.
Перекладывая последнюю картофелину в ведро, услышала приглушённый вскрик.
– Эштон! – бросив пустой мешок на пол, кинулась вон из комнаты. – Эштон, что случилось?
Присев на колени заглянула в полутёмный зев.
– Ох… Вивиан, не спускайся, всё хорошо, я оступился с последней ступеньки, неудачно на ногу встал, сейчас клубни соберу и поднимусь.
Слышно было, что Эштон шипит.
– Брось ты эту картошку, потом соберём, выходи, дай посмотреть ногу, – переживая, тут же потребовала от брата.
– Да я всё уже собрал, – Эш медленно поднимался по лестнице.
– Сильно болит? Дай посмотреть, – мальчик попробовал наступить на ногу, но тут же застонав, присел. – Так, сядь на пол, я сейчас что-нибудь придумаю. Надо к доктору.
Забежав в комнату, что принадлежала ранее бабке, схватила старое платье, приготовленное Эштоном на тряпки, и задумалась. Из чего сделать шину? Нужны палки, но где их взять?
Вспомнила, что на кухне в углу стоит пустой старый ящик. Придётся разломать. Пробегая мимо брата, пригрозила ему пальцем.
– Не вздумай вставать, ты или сломал ногу, или сильно вывихнул.
– Вивианна, не говори ерунды, это так, ушиб или растяжение. К утру всё пройдёт, ты зря беспокоишься.
– Нужно к доктору, – не слушая брата, принялась разламывать ящик, благо он был старым и молоток для отбивания мяса справился.
– Зачем?! – застонал Эш, жалея старую деревянную тару.
– Жаль, льда нет, – намочив тряпку в холодной воде, приложила к лодыжке. – Подержи, я пока платье на бинты порежу. – Мальчик послушался. Думала, вновь будет спорить.
– Эх, зря я тебе разрешила в подвал спускаться, самой нужно было, – нахлынувшая вина давила на совесть. – Да и зачем мы вообще придумали её туда опускать. Стояла бы на кухне, место есть.
Чуть подождав, убрала тряпку, расправила штанину и приложила узкие досочки справа и слева к ноге.
– Виви, не вини себя, я не болею, намного сильнее тебя, мне и нужно было идти в подвал, – брат погладил меня по щеке. – Уверен, что утром всё пройдёт и доктор не понадобится. Да и дорого он стоит.
– В городе есть бесплатная больница? – перебинтовывая чёрной тканью, спросила брата. – Заплатим извозчику.
– Вивианна, откуда бесплатные больницы? При храмах и академиях иногда бедняков лечат бесплатно, студенты да храмовники на них учатся лекарским премудростям. Остальным за деньги. Сразу отвечу – в этом городе нет храмов и магической академии, только школа, но туда ходят совсем маленькие дети.
– Хорошо, пойдём платно, – не отступала от своего. – Обопрись.
– Вивианна, послушай меня, ты зря так паникуешь, вот увидишь, утром станет легче. Никуда не пойду.
Протянув руки, помогла Эштону встать. Держась за меня и прыгая на одной ноге, он добрался до своей комнаты, а там и до кровати.
– Не вздумай без меня вставать, я оставлю дверь открытой, если понадобится в туалет, кричи меня. Утром, если не станет легче, пойдём в больницу.
Брат кивнул.
– Спасибо, Вивианна.
– И не вздумай утром геройствовать, проснёшься, кричи меня, я прибегу! Пообещай, или я всю ночь спать не буду.
– Обещаю, сестрёнка, – улыбнулся брат.
– Я приготовлю молочную кашу, если не уснёшь, то покормлю, а уснёшь, то утром поешь, – укрыв мальчика тонким одеялом, вышла из комнаты.
Всё же радовал меня тот факт, что мы живём в бывшей таверне, кухонной утвари было в избытке. Найдя кастрюлю с толстыми стенками, поставила на огонь. Именно в такой кастрюле шанс сварить вязкую, рассыпчатую и, самое главное, не пригоревшую кашу выше. В ней крупа равномерно нагревается, а затем томится при низкой температуре, разбухая и наполняясь насыщенными вкусами и ароматами. 
Подождав, пока молоко, смешанное с водой, закипит, помешивая, засыпала геркулес, посолила, посластила и, помешивая, стала ждать полного приготовления. Жаль, что нельзя было её накрыть и дать потомиться после готовки ещё полчасика, ребёнок ждал еды.
И я оказалась права, нарезав тоненько яблоко, положила его на блюдце.
Эштон с удовольствием поел. Собрав посуду, помыв её, решила лечь спать. Так как комнаты находились друг против друга, то я сразу бы услышала зовущий голос.
Утро было недобрым.
Встав, первым делом зашла в детскую комнату. Эштон спал, потрогала его лоб, оказался горячим. Нет, доктор просто необходим. Как же звали того, что приходил ко мне? И где его искать? Схватив вещи, приготовленные накануне, выбежала на кухню, но, опомнившись, вернулась в ванную комнату, умылась, причесалась, поняв, что с испуга решила бежать за доктором в халате, переоделась в высохшее платье.
Накинув старую бабушкину кофту, повязала тёплый платок и поспешно вышла из таверны.
  
Раннее утро не располагало к большому скоплению спешащего по своим делам народа. Осмотревшись по сторонам и не найдя извозчика, поспешила туда, где, по моему предположению, должен находится центр города. Не заметила, как прибавила шаг и в какой-то момент перешла на бег.
В какой-то момент я недоглядела, в меня со всего размаха кто-то врезался. Упав на дорогу, выронила тюк с одеждой.