Договор на одну ночь (СИ)

Работы теперь дважды дохуя. Нужно перебросить на кого-то часть партийных дел.
И выборы.
Греческие выборы в конце месяца. И пусть там вроде бы всё предсказуемо, пока они не произойдут и мы не убедимся на бумаге, как будут выглядеть будущие советы и округа, выдыхать всё же рано.
Но я могу с уверенностью сказать, что всё это доставляет мне удовольствие. Я не люблю купаться в личном дерьме, но обожаю находиться в гуще событий. Действовать, вкладываться, отдаваться и видеть результат. Этого мне все сильнее не хватало в роли рядового депутата.
  
Греческая командировка действительно выдалась очень удачной. Виктор Михайлович не хвалил меня разве что, когда говорил тост на своем юбилее, а так – я получил огромный кредит доверия и чуть ли не место главного советника.
Теперь мы общаемся больше.
Что будет дальше – я плюс-минус понимаю. До конца каденции – три года. Моя задача – обрести достаточный авторитет, чтобы после следующих выборов претендовать уже на министерский портфель.
Не знаю, впопад или нет, но вспоминаю слова одной мелкой козы. Они вызывают кривоватую улыбку.
В президенты мне, конечно, рано, да и нахуй надо. Но поебаться с министром Ленке, возможно, шанс выпадет. Если, конечно, к тому моменту между нами не перегорит.
Опускаю взгляд в мобильный. Листаю переписки вниз, пока не нахожу свою певичку.
Дата последнего сообщения: неделю назад. Это сильно удивляет, потому что мне казалось, что переписывались вот недавно. Но в жизнях столько всего происходит, что время несется стремительно и отчасти даже мимо.
И у меня. И у неё.
У Лены Шамли всё получилось. Скандал был знатный. Отъезд – громкий.
Я знаю это не потому, что был свидетелем, а по рассказам оставшихся на побережье хороших знакомых. Ну и потом уже – с подробностями слушал историю от самой Лены.
Моя помощь не понадобилась. Она всё сделала сама.
Её дядька на нервах даже отлежал в больнице с кризом. Но я надеюсь, на свой счет Лена это не принимает.
Положа руку на сердце, я бы такой хуйней, как она, не страдал. Но в её жилах, видимо, правда течет жаждущая сцены кровь. И я считаю, что она имеет право гордиться тем, как себя отстояла.
В университет поступила. Бюджетница. Учится.
Я уговорил экономическую заочку пока тоже не бросать. Никому ещё лишний диплом не был лишним.
Свой номер дала мне, как обещала. И не только номер. Да.
В конце августа я снова ездил на побережье. Она настроилась бороться за место в общежитии, но я подумал, что от некоторых войнушек ее можно оградить. О ней никто не позаботится, к сожалению. Но почему бы не позаботиться мне?
Снял ей квартиру на год. Сколько она стоит – Лене знать не надо. Но она и не спросила. По ней видно, что пусть молодая, а с умом всё хорошо. Умеет и подумать. И смолчать. И принять. И не навязываться.
В тот приезд я провел в городе три дня. Днем по делам, ночами – с ней. Думал, хотя бы поужинаем куда-то сходим. Нельзя же только трахать девку. Но не успели. Значит, в следующий раз. Если он случится.
Лена не знает, но в её Университет я тоже заезжал. На условиях конфиденциальности и с предоставлением личной депутатской благодарности, которую в будущем можно будет "обналичить" услугой, попросил ректора проконтролировать, чтобы девочка училась без ненужных ей нюансов. Покровителя искать не надо. Ни продюсера. Ни мастера.
Ленка классная, но всё равно в силу возраста наивная. А я хочу, чтобы она подольше пожила в мире, где её несомненный талант развивается без надлома. Надеюсь, собой я её не ломаю.
Именно поэтому с содержанием сложнее. Чтобы ей не приходилось устраиваться на ненужную сейчас работу, предложил найти в университете подружку из приезжих, но денежных. Сдавать ей вторую спальню, а плату за аренду оставлять себе на карман. Когда списывались в последний раз, соседку себе Лена ещё не нашла. Говорит, ждет приезда соседа. Видимо, по подушке.
Я хмыкаю, но билет брать не тороплюсь.
Работы много. Да и шатко всё. Не уверен, что стоит ввязываться и продолжать.
Сажать её на зарплату и по сути в обмен на бабки эксклюзивно трахать мне не хочется. Как и давать какие-то далекоидущие обещания. Я в душе не ебу, как жизнь дальше повернется. Моя и её. Сейчас нам хорошо вот так, как есть. Без ожиданий. Обязательств. Долгов и чувств.
Как там она сказала? В Петра я влюблена, но мы друг другу не нравимся и со мной проще?
Я согласен. Нам друг с другом очень просто. На большее я не способен. Лене большее сейчас некогда. В ней бурлит восторг от новой жизни. Я это чувствую. Рассказывает о своей учебе – захлебывается. Она там. Я тут. И пока это взаимно нас устраивает – мы есть в жизнях друг друга.
У нее всё самое лучшее впереди, а у меня... Ленка не виновата, что во мне всё лучшее выжег неудачный брак.
Поколебавшись несколько секунд, удаляю ненавязчивое: «как дела, певица?». Видно, что она то появляется в сети, то пропадает. Переписывается с кем-то, наверное. На парах сидит.
Опять же: ни ей сейчас некогда. Ни мне.
Решаю вечером все же пробить свой график и может быть выделить пару дней на поездку к морю, только уже после выборов.
Пусть скандала мы успешно избежали (никто не заподозрил, что невесту уважаемого семейства Мелосов испортил «дорогой гость»), я предпочитаю не лезть на рожон.
Блокирую мобильный и прячу в карман. Выхожу из кабинета и беру у Марины готовую папку для заседания. Это будет уже третий мой комитет. Не могу сказать, что на первом волновался, а сейчас это и вовсе рутина.
Иду по коридору в сторону подготовленного зала, здороваясь с сотрудниками секретариата и депутатами.
Успеваю зайти, сесть на место главы. Достаю жужжавший несколько раз телефон и читаю с экрана:
«Андрей»
Бесячая манера. Можно сразу по сути, Лен?
Она строчит, а я напряженно смотрю на открытый диалог.
Между нами всё легко и ненавязчиво, да. Но я, блять, жду подвоха.
А вдруг обозленный опрокинутый малой к ней доебется?
Вдруг дядька гадость сделает? Он лишился своих влажных мечт о гостинице. Как и перспектив стать чем-то большим, чем пиздабол средней руки.
Это все будит во мне странные чувства. Когда не можешь, да и права не имеешь, ограничивать свободу другого человека и определять за него будущее, но хочется навязать свои представления о безопасности, чтобы самого отпустило.
Обычно держусь, а сейчас волнуюсь.
Ленка печатает долго, а в итоге мне прилетает лаконичное:
«Можно я тебя наберу?»
Да просто возьми и набери. В чем проблема?
Встаю со стула, со скрипом его отодвигая. Глянув на удивленную Марину, объясняю:
– Важный звонок. Выйти надо.
Она кивает. И объявляет, что комитет начнется с задержкой в пять минут.
Я снова выхожу. Мимо людей до курилки. На подходе к нужной мне двери из звуков остается только стук набоек моих туфлей. И, кажется, сердца тоже стук.
Зайдя, ловлю удачу: здесь никого. Закрываю дверь изнутри и набираю сам.
Она принимает звонок тут же. Слышу, что часто дышит. Дальше – всхлипывает.
Бля-я-я-я-ять.
– Что случилось, Лен?
Вместо ответа – плачет. А у меня виски взрывает и бешено хочется курить. А ещё крикнуть, чтобы говорила. Говорила, блин. Где. Что. Кто. Насколько плохо.
– А-а-а-андрей… – Но она умница. Начинает, хоть и заикаясь.
– Что, Лен? Давай… – Пытаюсь подбодрить. Пытаюсь терпеливо. Хотя реальность быстро обнажает факт, что терпения во мне ноль.
– Я тест сделала…
Не понял.
– Какой тест?
– На беременность. Третий уже... Они все положительные.
Охуеть.
  
Глава 28
   
Лена
По ощущением, я лечу в пропасть и не знаю, за что ухватиться.
Первые несколько дней задержки я списывала на стресс, которого в моей жизни этим летом было предостаточно.
Навязанная свадьба, первый секс, огромный скандал, мой переезд. Начало учебы. Подарок Андрея – квартира на год.