Милая Лэина в логове Змея (СИ)

Я представила, как отлетают макушки у моих любимых водорослей, как волна смывает гравий с аккуратно оформленных и хорошо продуманных дорожек, как на месте моего сада снова красуется пустырь, и отрицательно покачала головой.
Мы заплыли в главный зал, Рагавурр сделал круг рукой, и вдоль стен и потолка образовался защитный купол.
– Не пойми меня превратно, милая Лэина. Для тебя мне ничего не жалко. Но отстраивать заново дом будет весьма проблематично.
Он встал напротив, сформировал в правой руке копьё, а затем быстрым движением левой руки отделил от него ещё одно точно такое же. Я наблюдала за этой необычной техникой в изумлении, на какое-то время даже позабыв про свой гнев. Он ухмыльнулся.
Сведя два острия копий перед собой, он ударил. Вода образовала острый треугольник и ринулась в мою сторону. Я попыталась отбить атаку волной, как это делала обычно, но остриё прорезало мою защиту без труда и стремительно приближалось.
Дальше всё было как в тумане: Рагавурр открыл Связь, взмахнул за меня посохом поперёк несущегося мне навстречу треугольника, и острое водяное лезвие разделило поток на две части. В итоге меня даже не задело.
Как только Связь захлопнулась, атака повторилась, такая же молниеносная и сильная. Я попыталась воспроизвести приём, который показал мне посол, но лишь слегка уменьшила скорость неумолимо приближавшегося острия.
Связь открылась ещё раз, взмах посоха – поток был разрезан на две части и снова прошёл мимо.
– Лэина, соберись! – крикнул Рагавурр.
Я удивлённо подняла на него глаза: впервые со дня нашего знакомства он назвал меня по имени, безо всяких уничижительных приставок вроде "милая", "красавица" и тому подобного.
– В бою нет разницы мужчина ты или женщина. В нём нет места для милых дам. Ты и сама это прекрасно понимаешь, – он снова ударил водой, и я с трудом, но всё же отбила удар.
Он атаковал до тех пор, пока я окончательно не выбилась из сил. Во мне не осталось не то что злобы, а вообще никаких эмоций. Надо сказать, устала я подозрительно быстро.
– Сможешь повторить мою атаку? – спросил Рагавурр.
Я посмотрела на посох, который держала в правой руке. Формировать второе оружие меня обучали, но копировать его я не умела. Очередное открытие Связи меня уже не удивило. Медленно Рагавурр вытянул мою правую руку с посохом вперёд, едва заметно коснулся моей левой рукой оружия, и тонкая нить Воли отделилась от него, расползаясь вниз и в стороны. И вот в моей левой руке красовался ещё один посох.
Он свёл их концы вместе, удар, и вперёд полетел совсем не треугольник, а нечто непонятной формы, скорее всего из-за притупленных вершин моего оружия, которое Рагавурр окинул недовольным взглядом.
– Такая воинственная и смелая девушка могла бы создать оружие и поопасней. Ты уже не ребёнок, Лэина-ламэ. Победитель не должен обременять себя жалостью к противнику.
Я не могла сказать, что когда-то сочувствовала своим оппонентам в схватках. Но оружие, которое я держала в руках, говорило об обратном. Убить им было весьма непросто.
– Я устала, – сказала я, отпустив оба посоха и позволяя им раствориться.
Опустошённая, я проплыла мимо Рагавурра и встала у лестницы, дожидаясь, когда он уберёт защитный купол. Но он почему-то не торопился.
– Зачем тебе это? – спросила я, всё ещё недоумевая, почему он решил по-настоящему обучать представительницу недружественного племени, особенно учитывая наши непростые с ним отношения.
– Мне нравятся сильные девушки, – ответил он елейно, и по его тону я поняла, что он не даст мне правдивого ответа. – У меня есть к тебе просьба, Лэина-ламэ.
Он подплыл ко мне сзади, и я обернулась, опасаясь его очередной выходки.
– А мне что с того?
– А тебе гарантии, что я не соглашусь ни на какие предложения и просьбы прекрасной Овинны, за которой ты так неудачно попыталась проследить.
– Тоже мне выгода! – но где-то в глубине души что-то подзуживало меня согласиться. – Ну, и чего же ты хочешь?
– Чтобы ты рассказала мне, где лежит то, что я ищу. Уверен, что она заметила тебя в самый последний момент.
 
Я закусила губу, сомневаясь, стоит ли говорить ему, про подвал, в котором меня толкнули в подземную реку. Рагавурр не был мне другом, но и врагом назвать я его не решалась. Он натворил немало дел, но ещё ни разу не оставил меня в беде. Как бы иронично это ни звучало, но во всём Скалистом городе он был единственным Оиилэ, с которым я не опасалась говорить начистоту. Оттого, что я раскрою местоположение загадочной вещицы, так сильно его интересующей, хуже уже не станет.
Я открыла Связь и начала показывать ему маршрут, по которому я и моя рыжеволосая «конкурентка» плыли до таинственного подвала. Когда моя память уже уносила меня потоком воды под скалами, я закрыла Связь и взглянула на закаменевшее лицо посла. От него веяло какой-то пугающей злобой. Такой же, как и в день охоты, когда Рагавурр перебил почти всех акул на кладбище кораблей.
Он взмахнул рукой, и защитный купол рассыпался на светящиеся песчинки.
– Отдохни пока, Лэина-ламэ. А я вернусь где-то к вечеру, – сказал Рагавурр ровным тоном и, обогнув меня, выплыл из зала первым.
Я поднялась к себе, чтобы отдохнуть, но опустошение быстро прошло, уступая место странному волнению. Внутри всё зудело, хотелось заламывать руки и расхаживать назад и вперёд по комнате в ожидании вестей. Уже и не надеясь на отдых, я снова поднялась и, движимая какой-то неведомой силой, поплыла в сторону кабинета Рагавурра.
Он отправил меня изучать библиотеку, но, зная этого змея, я готова была поспорить, что самые важные писания он хранил совсем не там. В кабинете тоже были полки с каменным досками. Перед тем как воспользоваться отсутствием хозяина и, игнорируя все моральные принципы, прошерстить кабинет, я выглянула за дверь, убеждаясь, что никого из слуг поблизости не было. Благо в эту часть дома без особой необходимости они не наведывались, и наверняка, по приказу посла.
Сначала я осмотрелась и заглянула под стол и в углы, надеясь, что, может быть, где-то здесь была спрятана моя сумка с одеждой. Пусть я и согласилась носить наряды Ругоии, это не значило, что мои вещи можно брать без разрешения. Однако ничего лишнего в кабинете не нашлось, и я подплыла к той полке, которая была ближе всего к письменному, достала первую доску и стала изучать витиеватый текст, написанный на языке моих прародителей.
Настойчивый интерес Рагавурра к наследию моего племени выглядел всё более подозрительным. В писании, которое я сейчас держала в руках, говорилось о трезубце Ариан – и история его изгнания в бездну открывалась совсем с иной стороны. Во что бы то ни стало я должна была показать это писание Аруогу и Рриану, и потому, водрузив его назад на полку, запомнила, где оно хранилось, и собиралась перед своим отъездом из Скалистого города упросить посла одолжить его ненадолго.
Я читала писание за писанием и, когда вытаскивала с полки очередную доску, нащупала что-то странное. Доска оказалась ненастоящей и соединялась в другими, стоявшими рядом, образуя большой цельный камень, с виду только напоминавший писания. Потянув камень на себя, я с трудом вынула его с полки. Внутри он оказался полым, и лишь его фасад был монолитным и служил прикрытием для чего-то, очевидно, более ценного – большой и тяжёлой шкатулки. Я поставила камень-прикрытие на письменный стол и потянулась за шкатулкой. Сердце пропустило удар – одно дело читать писания, которые и предназначались для множества глаз, а другое дело залезть в чужую шкатулку и рыться в чужих вещах.
 
«Я не буду ничего брать. Только посмотрю», – успокаивала я себя мысленно.
Осторожно приподняв крышку, я заглянула внутрь – шкатулка оказалась полупустой. В ней лежала связка старых необычной формы ключей, каменный ритуальный кинжал с волнистым лезвием и странный амулет в виде круга, внутри которого находилось изображение правящего трезубца Гарранэёль. Ничего подобного я раньше не видела. Особенно меня удивил кинжал – он отдалённо напоминал те, что использовали верховные жрецы в своих ритуалах, но от этого веяло опасностью – Рагавурр, должно быть, использовал его и не раз, и кто знает, для каких целей.