Запретная нота (ЛП)

Вздыхаю и следую за тремя студентами, совершающими самую вежливую форму похищения в истории Redwood Prep.
ГЛАВА 29
ГРЕЙС
Поскольку Каденс, Сол и Серена следят за каждым моим шагом, я передумала идти в подвал после школы.
Я планирую вернуться ближе к вечеру, когда все уйдут.
Хочу прочесать ящики, которые раньше искала, имея в виду «Благодарный проект». Теперь, когда у меня есть направление, я смогу проанализировать старую информацию с новой точки зрения.
Но план рушится, когда я выхожу на улицу.
Короли припарковались прямо перед Redwood Prep.
Датч сидит на краю капота, светлые волосы развеваются на ветру, как у молчаливого викинга. Финн сидит боком на пассажирском сиденье, раскинув свои длинные ноги, а между его рук лежит книга.
Зейн — единственный, кто не сидит без дела.
Он стоит на ногах, и его голубые глаза пронзают толпу, как ястреб. Когда его взгляд натыкается на мой, он ухмыляется, словно только что нашёл свою добычу.
По моему позвоночнику пробегает дрожь.
— Вы хотите ехать с нами или с Зейном, мисс Джей? — Спрашивает Каденс.
Я растерянно моргаю.
— Что?
Серена проверяет свой телефон.
— Вообще-то, Каденс, не могла бы ты подбросить меня до больницы? На автобусе это займёт слишком много времени.
— Конечно. — Каденс улыбается. — Думаю, вы поедете с Зейном. Увидимся там.
— Там? Где… — Прежде чем я успеваю вымолвить остальные слова, ко мне подходит Зейн.
— Что ты здесь делаешь? Разве ты не отстранён?
— Семантика.
— Ты не должен находиться на территории Redwood Prep. Хочешь, чтобы тебя исключили?
— Я здесь, чтобы забрать тебя.
Мои губы складываются в хмурую гримасу.
— Садись в машину, Грейс.
Оглядываюсь по сторонам. Студенты выходят из Redwood Prep, и все они замирают, глядя на нас так, будто мы разыгрываем самую драматическую сцену в «Отелло».
Зейн подходит ко мне.
— Может, мне отнести тебя туда? — Он постукивает себя по плечу. — Ради всего святого?
— Не смей. — Рычу я.
— Они все равно будут говорить. Так почему бы тебе не дать им повод для разговора?
Я задыхаюсь, когда его пальцы касаются моего запястья, и он тянет меня к машине.
Сол садится на заднее сиденье.
Зейн захлопывает за мной дверь.
Мгновение спустя мы отъезжаем.
Я выворачиваю шею, чтобы посмотреть в окно.
Все смотрят на нас.
Все видели.
— Ты знаешь, что наделал? — Я надвигаюсь на Зейна, мои глаза темнеют. — Я стараюсь держаться в тени, а этот трюк все испортил.
— Непритязательно. Так вот почему ты сегодня одета в эту безразмерную штору?
Я опускаю взгляд на свою мешковатую рубашку и переливающуюся золотом юбку, которая спускается до щиколоток.
— Это не штора.
— Прости, что огорчаю тебя, дорогая, но на тебе шторы моей бабушки. Проблема в том, что…на тебе может быть мешок для мусора, и половина парней в Redwood Prep тебя завалит. — Он качает головой, обиженно кривя губы. — Ты в любом случае чёртовски сексуальна, так что просто носи то, что хочешь.
Тот факт, что он назвал меня «чертовски сексуальной», даже не запечатлелся в моём мозгу.
Я насмехаюсь над ним.
— Я надела это, потому что моя репутация полностью разрушена, и это единственный способ заставить людей снова уважать меня…
— Ты думаешь, они уважали тебя до этого? Думаешь, им было не все равно? — Его ухмылка — все виды холодного ада. — Поверь мне, тигрёнок. Они просто жаждали ополчиться на тебя. И судя по тому, как ты уступаешь им, они побеждают.
— Я не уступаю. Я веду себя как ответственный взрослый.
— И это твоя проблема.
Я горько рассмеялась.
— Ты не можешь позволить общественному мнению управлять тобой. Особенно в Redwood Prep. В один день они будут тебя хвалить, а в другой — убивать. Так зачем давать им такой контроль?
— Ты не понимаешь, потому что мир вращается вокруг тебя. Ты решаешь. Ты управляешь. Ты играешь с людьми, как с игрушками. Остальные не могут позволить себе принимать глупые решения и получать за это похлопывания по спине. Жизнь — это не игра, если только твоя фамилия не Кросс. Так куда, чёрт возьми, ты меня везёшь?
  
Зейн внезапно нажимает на тормоза. Его рука вырывается, обхватывает мой живот и принимает на себя мой толчок вперёд. Я бы разбила голову об изголовье, если бы не его быстрые рефлексы.
Машина полностью останавливается.
Я смотрю на него.
— Ты пытаешься меня убить?
Он отстегивает ремень безопасности и наклоняется через моё сиденье. От моего дыхания и напряжения между нами становится ещё жарче, когда его пальцы касаются моей руки.
— Ты была так занята спором, что так и не пристегнулась.
Наши глаза встречаются, мои карие и его тёмно-синие.
— Безопасность превыше всего, тигрёнок. — Рычит он, его голос напоминает мне о том самом животном, о котором он постоянно говорит.
Только этот тигрёнок не послушный.
Он злобный, хитрый и охотится.
Я дрожу, хотя кондиционер не такой уж и холодный, а солнце припекает лобовое стекло. Щелчок застегивающегося ремня прорывается сквозь густую, жаркую тишину.
— Теперь ты можешь вернуться к тому, чтобы кричать на меня. — Говорит Зейн.
— Вы что, забыли, что я на заднем сиденье? — Ворчит Сол.
Я поворачиваю шею, чтобы посмотреть на заднее сиденье машины.
Сол смотрит на нас.
— В следующий раз я поеду на автобусе. — Он опускает голову. — Вы с Датчем оба чёртовски несносны.
Зейн ухмыляется в зеркало заднего вида.
Я замечаю, что мы выезжаем за черту города.
— Серьёзно, куда ты меня везёшь?
— Туда, где мы сможем поговорить наедине.
Это вся информация, которую я получаю от Зейна.
Поскольку Сол сидит на заднем сиденье, эта неожиданная поездка, вероятно, не закончится тем, что я окажусь голой и на спине. Не то чтобы у меня были какие-то намерения снова переспать с Зейном. Не то чтобы я думала об этом…
Главное, что Сол здесь, а Каденс сказала, что «увидимся позже».
Что бы ни происходило, это касается всей «команды».
Интересно, что они хотят мне сказать?
Зейн ведёт машину через лес. Все деревья выглядят одинаково, и нет никаких ориентиров, но он не сбавляет скорость и не проверяет направление.
Наконец, останавливается перед огромным домом на дереве, и мы вылезаем наружу.
У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на великолепное архитектурное сооружение, балансирующее на толстых и прочных ветвях.
— Что это за место?
— Датч купил его для Каденс в качестве свадебного подарка. — Говорит Зейн.
Сол хмурится. Он идёт мимо нас и поднимается по лестнице, ведущей к домику на дереве.
Нерешительно иду вперёд.
— Осторожно. — Говорит Зейн, подставляя мне руку, пока я поднимаюсь.
Отмахиваюсь от него, но, отпустив хватку, едва не падаю на землю. На этот раз, когда Зейн поддерживает меня, я благодарна ему за это.
— Ты в порядке? — Зовёт он снизу. Такой высокий, что его голова все ещё находится на уровне моей груди.
Не отвечаю и поднимаюсь дальше.
Зейн стоит прямо за мной.
От вида, открывающегося с террасы, у меня перехватывает дыхание. Я не могу перестать любоваться. Вечернее солнце переливается через верхушки густых деревьев. Птицы кричат друг другу из зелёной листвы.
Внутри все ещё более умопомрачительно. Я никогда не видела ничего подобного.
— Хочешь пива? — Спрашивает Зейн.
— Пиво на вкус как грязь. Я предпочитаю вино. — Машинально отвечаю я, а потом сужаю на него глаза. — Тебе не стоит пить.
— Я много чего не должен делать. — Говорит он, подходя к кулеру с вином. Наливает мне бокал.
Я колеблюсь, прежде чем принять его.
Пить со студентом. Это не самое страшное в моём списке нарушений, но оно его пополняет. Я почти уверена, что в этот момент меня могут лишить учительской лицензии.