Звездный Патруль. Книга XII. Мягкий приговор (СИ)

— Спасибо. Тут гравитация другая… Никак не могу привыкнуть.
— Ты ищешь Брода? — сама не зная почему спросила Ньюта.
Ее прошиб внутренний озноб. Дыхание сбилось. Она смотрела в лицо улыбчивой и совсем юной как думалось особе и не могла произнести ничего от себя. Ее губы и рот не слушались. Та услышав будто что-то знакомое прям вся преобразилась. Ее глаза увлажнились, и она обняла Ньюту, как самого дорого человека. Та ощутила биение ее сердца где-то у себя в груди и отчего-то испугалась. Ньюта высвободилась из-под объятий и отошла немного назад. По лицу девушки все еще текли слезы счастья. То, что это именно то самое чувство, Ньюта знала, видя сияние всего лица незнакомки.
— Да! Его! … Откуда ты знаешь!? — спросила та, попытавшись снова обнять Ньюту или хотя бы взять ее за руки.
— Тебе нельзя к нему в этой одежде. Он испугается и не подпустит тебя в себе.
Ньюта говорила прямо и безапелляционно. Она не могла понять, откуда знает эту девушку. Но то, что та ей знакома, не было абсолютно никаких сомнений.
— Да… Хорошо… Я пойду голой, потому что у меня нету другой одежды.
— Ты должна держать себя в руках и сказать ему нужные слова, Кристал — выпалила Ньюта на одном дыхании и отскочила назад, будто испытала электрический разряд от собственных слов.
Она пыталась отдышаться, согнувшись пополам. Воздуха жутко не хватало, как будто на Марсе выкачали весь кислород.
— С тобой все в порядке? — озабоченно посмотрела на нее девушка, подошла ближе и попыталась помочь.
Ньюта лишь закивала головой и дала знак рукой, что все с ней нормально, не в силах больше ничего сказать. В глазах плясали радужные круги. Дыхание все время перехватывало. Ньюта наконец взяла себя в руки и задышала ровно и спокойно.
— Так, куда мне идти? — снова спросила девушка.
Ньюта, не в силах пока говорить, лишь указала той направление к озеру, гладь которого скрывал ближайший поворот за холм. Сама ж она легла на землю и посмотрела в слегка желтоватое небо. Дыхание выровнялось, и Ньюта даже ощутила прилив сил. Через некоторое время оно полностью нормализовалось. Она встала, отряхнулась от красноватой пыли, села на магнитоскат и поплыла далее в сторону города. Осознание того, что с ней произошло, накрыло ее лишь уже возле космопорта. Ей захотелось непременно вернуться к Броду, чтоб рассказать ему. «О чем мне ему рассказать?». Этот вопрос так и повис у нее в уме.
Открыла свои глаза Ньюта по сигналу ИИ, который напомнил ей о планах. Постель была мокрая от пота. Ее боди-сюит плотно прилипал к телу, будто она в нем искупалась, но тот еще не просох. Фибро-ткань быстро вывела лишнюю влагу, но Ньюта уже приговорила ее, сбросив с себя и скользнув в бокс с паровым душем. Ее ждал трудный день и нужно было ему соответствовать.
  
Горечь
 
Брод сидел в светло-серой комнате без окон, куда его привели под конвоем и оставили одного за столом. Тут стоял графин с водой и один единственный стакан. Брод отчего-то смотрел на него, не отрывая взгляд и не моргая. Свежевыросшая под интенсивом левая рука немного почесывалась в районе предплечья. Да и новый серебристый комбинезон «отступника» без гравировок и знаков отличия как-то плохо сидел на нем, вызывая покалывания по всему телу.
— «Брод, послушай меня» — прозвучал голос Джима в уме.
— «Если ты снова про побег, то не начинай… Я никуда не побегу! Набегался уже!»
— «Я всегда был на твоей стороне! … Сейчас же ты ведешь себя, как эгоист»! — возмутился Джим.
— «Посмотри вокруг. Где мы по-твоему? Как далеко мы убежим отсюда, даже если вырубим охрану и взломаем замки, а?»
— «Я не про сейчас, а вообще… Для начала, согласись, что все не так, в чем тебя обвиняют! Совсем не так!»
— «Может и не так… Только сделать уже ничего нельзя».
— «Еще не все потерянно. Я слежу за ситуацией… И еще… Твоя левая рука».
Брод положил на стол обе и принялся крутить левую, осматривая ее.
— «А что с ней?» — подозрительно спросил он.
 
— «С ней все хорошо… Даже более чем… Тот разговор с технами там на Кроне, дал мне пищу для размышлений и стимул для работы… Твоя левая ладонь… Ты можешь в ней накапливать энергию и генерировать электромагнитные импульсы».
— «Чего?»
Брод не на шутку возмутился, но вида не подал. Он лишь потер пальцами правой руки внутреннюю часть левой ладони.
— «Не ищи… Все равно ничего визуально не увидишь… А вот если приложишься к источнику энергии своими нано-щупами правой ладони, то ощутишь легкое покалывание в левой. Чем оно сильнее, тем больше энергии…»
— «И что это значит?»
— «А то, что ты сможешь генерировать электромагнитный импульс разной степени мощности в зависимости от желания и силы заряда… Я более чем уверен, что в побеге, где бы ни случилось, это пригодится».
— «Для чего? Вырубить ИИ или какого «болвана»? … Эх, Джим-Джим… Куда я денусь?»
— «Оставь это для меня… Сейчас я лишь хочу, чтоб в нужный момент, ты сделал то, что я попрошу. Хорошо?»
Ответить ему Брод не успел, потому что открылась дверь и в комнату вошел некто, кого он ранее никогда не встречал. Однако гравировка спец-отдела на серебристом костюме не оставляла маневра для догадок. Гладко выбритый офицер сел за стол напротив него.
— И так… Бродерик Новен…Меня зовут Кирилл Викенз. Я счел необходимым увидеть тебя лично в первый и последний раз.
Брод посмотрел ему в лицо, но ничего не сказал. Он знал, кто тот такой, и какой почти абсолютной властью обладает в Секторе. Его взгляд, удовлетворившись увиденным, скользнул куда-то в сторону и застыл. Новые глаза, которые были выращены под интенсивом, как и рука, тоже добавляли немного дискомфорта. При каждом движении их Брод ощущал некую дополнительную нагрузку, словно те стали тяжелее.
— «Ты мне не ответил, Брод» — снова прозвучал в уме голос Джима.
— «Давай после поговорим… С глазами-то ты ничего не делал, надеюсь?»
— «Давай после поговорим» — повторил в точности его слова в ответ Джим и будто пропал.
Зато этот его неоднозначный ответ возмутил Брода так, что он прослушал что-то от своего незваного гостя. Тот в какой-то момент понял, что его не услышали и, вздохнув, повторил:
— Послушай, Брод, я тут по поводу Ньюта Нуба… Она вызвалась быть твоим адвокатом.
Тот, услышав про Ньюту, несказанно обрадовался. Кирилл же посмотрел на него и поцокал языком.
— А вот радоваться как раз не стоит ни в коем случае… Подумай сам: ты — беглец, предатель, изгой с жирным черным пятном на репутации… Она — молодой, подающий надежды на успешную карьеру офицер, член экипажа крейсера «Экскалибур» … Одного из лучших, кстати… За такое место многие бы пошли, что называется, по головам.
Кирилл замолчал и пристально своими глубоко посаженными глазами посмотрел на Брода. Тот очень быстро понял, к чему клонит его гость.
— Это ее выбор. Разве Конвенция не допускает подобное? — спросил Брод.
— Конечно допускает… Но подумай сам, какое пятно на репутации останется: «Она защищала в суде предателя». Я прямо вижу, как ее пока что безупречная карьера летит в трубу… Вот ее исключают с позором из экипажа… Вот она переводится куда-то на КСП на задворках Сектора или, что еще хуже, уходит в «артефакты» … Жуткая перспектива для человека, у которого нету ни родственников, ни друзей. Да и близкие в одночасье отвернутся… Думаю, когда-то позже, может через год или два, она проклянет тебя мертвого, и будет даже в чем-то права, согласись.
Кирилл снова умолк и глянул на Брода, только в этот раз он будто искал в его глазах понимание.
— Что ж. Это ее выбор — будто самому себе ответил Брод.
— Вот же ж ты — эгоист! И как можешь называть ее сестрой, а себя братом, если допускаешь такое!? — возмутился Кирилл.
— Пусть тогда не связывается со мной — снова будто самому себе пробурчал Брод.
— Ну, так и скажи ей об этом… Она вот-вот придет к тебе! Не губи ей жизнь!