Отпрыски Императора (антология) (ЛП)

Ведомая бурей продолжающейся битвы, я двинулась к задымленным башням вдали.
Перебегая между разрушенными зданиями, тенями и рухнувшими стенами, я не попадала в поле обзора штурмовых кораблей, проносившихся над головой туда-сюда. Я записывала панорамы затянутых дымом небес, фиксируя синее пламя двигателей и желтые вспышки тяжелых болтеров, ведущих огонь по неприятелю за разрушенными башнями впереди меня.
Хоть я и проникла на запретную территорию, но так и не смогла понять истинного положения дел, ведь битва происходила в нескольких километрах от меня. Не вполне представляя, что творится дальше, я двинулась к одному из самых высоких зданий. Две его ближайших стены пестрели воронками от обстрелов, окна верхних этажей почернели от огня.
Сойдет за наблюдательный пункт.
Внутри висели переломленные трубы и кабели, из обрубленного отвода коммуникаций все еще шел пар, оседая влагой на стенах и потолке.
Я не осмелилась пользоваться лифтом и, найдя лестницу, кое-как взобралась на двенадцать этажей, чтобы получить лучший обзор.
Записав все, каждый из ста сорока четырех шагов по ступеням, я открыла служебную дверь на лестничной клетке и попала в помещение вроде медпункта. Во всяком случае, так мне показалось из-за белых кафельных стен и блестящих металлических шкафов. В ближайшей комнате увидела койки, окровавленное постельное белье, алые отпечатки чьих-то рук и ног на стенах. На каждой стене виднелись характерные отметины — скорее всего, от болтерных снарядов. Я ткнула пальцем в несколько воронок, чтобы зрители пикт-потока понимали их размер.
Окна были завешены жалюзи, и я открыла одну створку, чтобы посмотреть на панораму города.
Все вокруг до горизонта лежало в руинах. Казалось, город простирается в бесконечность: агломерация была огромной, хотя и несравнимой с терранскими ульями или аркологиями. И почти ни одно здание вокруг не уцелело при разрушениях.
Но я думала об этом лишь мельком, следя только за движением далеко внизу. После увеличения масштаба в оптическом имплантате мне стало понятно, что там идет колонна людей в лохмотьях, сопровождаемая Повелителями Ночи.
Толпа тянулась вдоль извилистых улиц, так далеко, что ее начало и место, куда она направлялась, равно терялись из виду. Из умирающего города уводили тысячи людей.
Я продолжала записывать, все еще пытаясь рассмотреть дальнюю часть колонны беженцев.
Именно тогда я поняла связь между их маршрутом и столбами черного дыма. Неужели их ведут к… Печам? Или погребальным кострам?
Меня чуть не вырвало от одной этой мысли, и я отшатнулась от окна, покрываясь потом.
Вот о чем предупреждал меня Севатар.
В панике я побежала назад к лестнице, но через биение сердца, одержимого ужасом, услышала, как неподалеку громыхнула открывшаяся дверь. Снизу лестничного колодца донеслись голоса. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди, но я все же аккуратно открыла дверь. Все ближе раздавались шаги: стук сапог, а не сабатонов, как у космодесантников. Незнакомцы говорили спокойно и кратко, с характерным прононсом и не на имперском готике. Судя по командному тону, они не были гражданскими и пришли не просто так.
Я выбежала на лестничную клетку: если бы осталась в медпункте, то уже не выбралась бы. Судя по теням внизу, охотники подобрались очень близко, и я направилась вверх, чтобы оторваться от неизвестных горожан. Хотя меня ужасали действия Повелителей Ночи, я не могла отделаться от мысли, что эти люди представляют собой какую-то угрозу, требующую именно такого радикального ответа.
Дверь захлопнулась за мной, стоило мне подняться по ступенькам. Ее звук отозвался эхом по всей шахте. Внизу раздался крик, сочетавший в себе удивление и ликование.
Я бежала, одержимая страхом, пока ступеньки не закончились. Вломилась через последнюю дверь в техническое помещение. Там шумели машины — поразительно, что они до сих пор работают, подумалось мне.
Но я не видела никакого выхода, кроме небольшой металлической створки, которая, предположительно, вела на крышу.
 
Других вариантов не было: мои преследователи уже неслись по лестнице.
С разбегу ударив створку плечом, я выскочила на крышу, отчаянно надеясь, что там найду еще какой-нибудь выход.
Едва не упала и оказалась на высоте двадцати четырех этажей над городом. Там дул ветер, несущий дым.
Передо мной находилась еще одна постройка наподобие хозблока, но стоило мне направиться туда, как ее дверь открылась, и показались мужчина и женщина в темно-синей форме с винтовками в руках.
Еще не осознав, что угодила в западню, я услышала резкий крик. Голова женщины взорвалась у меня на глазах, еще секунду спустя прозвучал следующий выстрел — в грудь ее спутника.
За мной раздался резкий перестук. Обернувшись, я увидела еще несколько человек, выбежавших из технического помещения прямо под смертоносный огонь сверху.
Мои настрадавшиеся уши уловили рык двигателей штурмового корабля и непрерывный грохот тяжелых болтеров. Последовали треск запуска и свист ракеты, потом волна жара и шума из взорвавшегося технического блока. Горячий ветер едва не сбил меня с ног.
Штурмовой корабль стремительно спускался вниз, с опущенной десантной рампы прыгали легионеры. Все отделение с грохотом приземлилось на крышу, держа болтеры наготове.
Они пошли в наступление, даже не взглянув в мою сторону. Иногда их оружие громыхало — воины замечали цели на нижних этажах через дыру, пробитую ракетой.
Ко мне подошел легионер с цепным клинком на длинном древке. Его лицо скрывала маска с черепом и крыльями.
— Говорил же тебе, тут небезопасно, — сказал Севатар.
Я взглянула в жуткое «лицо» легионера. В его тоне звучали нотки горькой усмешки. Мне вспомнились его слова о покойных летописцах, и страх погибнуть от рук горожан сменился новым ужасом.
Он поманил меня пальцем и кивнул головой в сторону «Громового ястреба». Я сознавала, что, похоже, иду на смерть, как и та колонна людей внизу, но могла лишь подчиниться.
Полет занял, кажется, меньше минуты и был не так драматичен, как наш спуск в атмосфере. Стоило рампе снова опуститься, как Севатар вывел меня на другую крышу, на этот раз — укрепленной постройки.
Кёрз уже ждал там, стоя у парапета и наблюдая за происходящим внизу.
Мои ноги подкашивались, но Севатар поймал меня, поддерживая свободной рукой, и практически потащил вперед. Отпустил он меня у амбразуры, через которую открывался вид на панораму города.
Казалось, я смотрю на кальдеру вулкана, но стоило мне приглядеться к ярким языкам пламени, как я поняла, что передо мной множество кратеров, массивных отверстий в фундаменте агломерации.
— Геотермальная энергия, — отметил Кёрз. — Она питает весь город.
Я посмотрела внимательнее и снова увидела вереницы людей, которых вели до конца платформ над языками пламени, а потом сталкивали вниз. Множество силуэтов, падающих в пропасть, словно тряпичные куклы.
— Но мы доставили свое топливо, — продолжал примарх, не отводя от меня глаз.
— Они еще живы! — всхлипнула я.
— Нет смысла на них патроны тратить, — заметил стоявший за мной Севатар.
Я выпрямилась, дрожа с головы до ног, но гнев помог мне обратить ледяной взгляд на Кёрза. Он воззрился на меня, подняв бровь.
— Не знаю как, но я сделаю все, чтобы это вышло на свет, — заявила я, похлопав по хранилищу данных пикт-камеры.
— Я тебе помогу, — улыбнулся примарх. Он посмотрел на Севатара и затем отпустил советника, чуть качнув головой. — Я хотел, чтобы ты это увидела. Ждал, пока зону полностью зачистят… Не сомневаюсь, ты понимаешь. Я бы себя возненавидел, если бы с тобой случилась беда и тебе не удалось доставить записи на Терру.
— Почему? — спросила я, не желая слышать ответ. В единственном слове отразились настолько всеобъемлющее непонимание и такой невыразимый ужас, что я не могла даже думать об этом.
— Почему? — он наклонился ко мне. — Ты все еще записываешь?
Я молча кивнула. Его лицо почти заполнило мое поле зрения.