До края вечности (СИ)

Вот только не было в моей жизни первого бала. И ничего не было. Ни танцев в полутемном зале. Ни поцелуев под яркими летними звездами. Был побег из дома, охваченного магической чумой. Одиночество. Бесконечная учеба. Обожженный, умирающий незнакомец в госпитале приграничного городка. И холодная осенняя ночь, вновь перечеркнувшая мою жизнь.
Корнелии Димопулос больше не было. На ее место пришла Элена Фальконе. В чем-то такая же наивная, как и она. Но теперь уже не представляющая жизни без своего сумрачного герцога.
− Простите меня, Теодор. Но я не могу смотреть на вас иначе, чем как на коллегу. И никогда уже не смогу взглянуть как-то иначе.
− Не нужно извиняться за это, Элена. Не удивлюсь, если Дэс, узнав о нашем разговоре, захочет пересчитать мне зубы, − Теодор усмехнулся. − Но я не мог не задать вам этот вопрос. Брату здорово досталось в последнее время. Кроме того, от него сейчас очень много зависит, и я не могу поставить его под удар, втягивая в бессмысленное соперничество. Ведь все уже решено, Элена?
Я не смогла ответить, только склонила голову в знак согласия.
− В таком случае, я рад, что вы вошли в семью.
− Вы говорите странные вещи, Теодор. Связывая меня с герцогом.
− Элена, поверьте, я знаю, о чем говорю. Дэс − не тот человек, который будет играть со своей жизнью. И с вашей. Я правда рад за вас и желаю вам счастья. А еще, теперь, когда будущая или уже настоящая, − он хитро посмотрел на меня, − герцогиня Ривельская будет работать в моем отделении, я наверняка смогу рассчитывать на улучшение финансирования и обновление материальной базы.
− Мне казалось, что оборудование в больнице Френцы − одно из самых лучших среди существующих.
− Это так. Но нет предела совершенству, и у меня есть планы получить лучшее и из пока еще не существующего. Но вы, Элена, несмотря на все имеющиеся в больнице приборы, пришли ко мне за стандартным набором для магической диагностики. Не доверяете нашему оборудованию?
− Вовсе нет. Но если оно не смогло дать ответ на вопрос о причине болезни эра Бруни, то тогда лучше обратиться к истокам. К самому простому способу диагностики, позволяющему врачу самостоятельно создать карту магических потоков и установить закономерности их взаимодействия в магическом контуре, который они образуют в организме.
− Это очень трудоемкий способ, требующий не только времени, но и блестящих знаний в области физиологии. Признаться, я восхищен вами, Элена. И огорчен тем, что сам не сделал этого.
− Полагаю, что у вас, как у главы отделения, много административной работы, которая отвлекает от пациентов.
− Да, и порой слишком много. Иногда, как сейчас, даже непростительно много.
Войдя в больничные апартаменты эра Бруни, я еще раз поприветствовала моего пациента. Он лежал в постели, что было очень удобно для проведения исследования. Подойдя ближе, я открыла небольшой кожаный футляр набора для магической диагностики, позаимствованный у доктора Руссо. С помощью камней-накопителей магии разной силы и металлических стержней-проводников магии я должна была повторить магический контур пациента. Увидеть потоки магии в организме позволяла особая магическая призма, сквозь которую маг проецировал потоком собственную магию на пациента. Сложность заключалась в том, что было необходимо создавать поток с постоянной частотой магического излучения, мощность которого также должна была оставаться постоянной. Это требовало от мага не только опыта, но и достаточно высокого уровня магического потенциала. Именно поэтому такое «прямое» исследование стало сейчас непопулярным. Отдавалось предпочтение аппаратам, в которых сила пучка регулировалась автоматически, при этом пучок генерировался не магом, а самим прибором с использованием камней-накопителей. И, при желании, таким устройством мог пользоваться врач, не обладающий магией вообще.
Достав из футляра накопители, стержни и призму, я приступила к работе. Минуты медленно текли, превращаясь в часы, а у меня никак не получалось замкнуть контур. При этом магические узлы пациента мне удалось воссоздать в точности, но контур по какой-то причине не хотел замыкаться. И, как я не старалась, не могла увидеть ошибку. Задумавшись, я дотронулась рукой до мочки уха, в которой в золотой оправе покачивалась сапфировая звезда. Точнее, как выразился Дэсмонд, ее осколок, тянувший при этом не меньше чем на пять карат. И в этот момент мне пришла в голову мысль попробовать заменить искусственный камень-накопитель в одном из узлов на настоящий камень, при этом обладающий, если так можно выразиться, «врожденной» магией.
 
Разомкнув нерабочий контур, я осторожно вынула серьгу из уха, и заменила ею искусственный накопитель в самом мощном магическом узле. И вновь замкнула контур. Несколько мгновений ничего не происходило. А потом я увидела, как потекли сквозь него магические потоки. Позволяя увидеть причину болезни эра Бруни.
  
14
 
Когда я закончила проводить исследование, эр Бруни спал, утомленный прошедшим днем. Не тревожа пациента, я осторожно собрала все накопители, убирая их обратно в футляр, и вышла из больничных апартаментов. Работа отняла у меня много сил, но, благодаря подарку Дэсмонда, угрозы прорыва моей магии больше не было. Хотя я все равно очень устала. А потому сразу вернулась к себе, даже не зайдя к доктору Руссо, чтобы рассказать о сделанном открытии. Каково же было мое удивление, когда, перешагнув порог своего кабинета, я увидела там эру Новиту.
− Как прошел твой первый день в больнице? − спросила она меня, поздоровавшись. − Я подумала, что ты можешь устать, а потому принесла тебе небольшой гостинец. − Я посмотрела на чайный столик, расположившийся между креслами у одной из стен, на котором стояла коробочка с эклерами из моей любимой кондитерской. − Чай уже готов, − добавила она, беря в руки чайник и наливая горячую жидкость в изящные белые чашки из костяного фарфора. По комнате сразу поплыл притягательный аромат напитка, и мне ничего не оставалось, кроме как с удовольствием принять приглашение эры Новиты присоединиться к чаепитию.
− Вы как будто прочли мои мысли, − я благодарно улыбнулась герцогине, когда с первым эклером было покончено. − Я так устала сегодня и мечтала о чем-то подобном. Но не могла и представить, что мои любимые пирожные уже ждут меня в кабинете. И чай, он просто восхитителен.
− Эта смесь изготавливается на заказ по моему рецепту. Я рада, что тебе понравилось.
− И я так рада вас видеть. Сегодня я… − я ненадолго замолчала, а затем продолжила. − Мне кажется, что я нашла причину странной магической болезни. Один из пациентов страдает упадком сил, связанным с необъяснимым уменьшением магического потенциала. Я до конца не уверена, но, по-моему, я поняла, с чем это связано.
− Ты уже кому-то успела рассказать об этом? − встревоженно посмотрела на меня эра Новита.
− Нет, никому. Даже доктору Руссо. − Я удивленно посмотрела на нее.
− Это хорошо, − выдохнула герцогиня с заметным облегчением. − И не говори. Никому.
− Никому? Даже доктору Руссо?
− Никому. Даже ему. Если это связано с тем, о чем я думаю, то тебе нужно быть очень осторожной. И не доверять никому.
− Вам мне тоже не стоит доверять?
− В том, что касается твоего сегодняшнего открытия, − не стоит.
Услышав это, я осторожно опустила на стол чашку с чаем, которую держала в руках. Впрочем, я выпила уже достаточно, чтобы то, что в нем содержалось, подействовало на меня.
− Тебе не нужно бояться, − сказала герцогиня, заметив, как я с опасением посмотрела на чашку. − Это обычная смесь чаев, пусть и сделанная на заказ. Я ни в коем случае не хочу причинить вред своей долгожданной невестке.
 
− Дэсмонд рассказал вам?
− За него это сделала магия семейного дерева, хранительницей которого я являюсь. Но тебе не о чем беспокоиться. Это секрет останется со мной так долго, как это будет нужно. А вот о том, что касается необъяснимого падения магического потенциала, ты не должна говорить никому, кроме мужа. Он очень сильный маг, и на него практически невозможно оказать воздействие, заставив рассказать или сделать что-то. В отличие от меня. Но ему ты должна сказать обязательно.