Ген ненависти (СИ)

Оглянувшись на Зару, она поняла, что сделала правильный выбор, отказавшись от тестирования Саймона. Она видела реакцию Антонии и других родителей на вечеринке и таким образом на видимом опыте убедилась в печальных последствиях этого сценария.
Ее жизнь и без того была достаточно трудной. Она была на мели, без каких-либо карьерных перспектив, и жила с мужчиной, который считал, что смешивание макарон с банкой супа равноценно приготовлению пищи.
Би совершенно не хотелось еще сильнее усугублять ситуацию.
  
Глава шесть
 
Би
Сейчас
Би сидела одна в огромном саду огромного дома своей сестры, в компании одного только кувшина с ледяной водой и маленькой миски с оливками. Антония извинилась за отсутствие возможности присоединиться из-за необходимости готовить ужин. Но Би ничего не смущало. Здесь было тихо. Кусты роз цвели, на яблоне ворковал голубь. Находясь спиной к дому, она могла представить, что сидит где-то в прекрасном парке и что вся жизнь не рушится на части.
Смотреть на сестру было крайне непросто.
Волосы Антонии, подстриженные в виде боба Видала Сассуна, блестели как мед. Ее французский маникюр был безупречен, оттеняя крупный бриллиант на обручальном кольце, а одежда при каждом телодвижении как бы шептала «деньги, деньги, деньги». Казалось, Антония совсем не постарела.
Би не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понять, что к ней это не относится. Она всегда так гордилась своим отсутствием тщеславия, нося эту черту как почетный знак перед лицом косметических процедур Антонии и навязчивого расписания тренажерного зала. Однако теперь Би чувствовала себя глупо.
Кухонное окно было открыто, из него доносились звуки открываемых и закрываемых шкафчиков, звон сковородок, шипение лука, обжариваемого в оливковом масле. А затем послышался ожидаемый, но нежелательный звук голоса ее зятя. Би напряглась, затаив дыхание, пытаясь прислушаться и разобрать слова.
– Дорогой! – сказала Антония. – Я так рада, что ты вернулся!
– Что эта машина делает возле нашего дома?
– Я знаю, тебе будет трудно в это поверить, но…
Нельзя было не заметить, что голос Антонии сильно дрожал. Би вздохнула, встала и подошла к стеклянным дверям, ведущим на кухню. Она не позволила себе колебаться и открыла одну створку, чтобы войти.
– Привет, Оуэн, – проговорила она с порога и увидела, как краска сиюминутно сошла с его лица, а затем вернулась обратно почти так же быстро.
– Би?! – воскликнул он так, будто не мог в это поверить. – Что ты здесь делаешь?
– Я подумала, что пришло время нанести вам визит, – ответила она. – Кстати, хорошо выглядишь.
– Кто-нибудь хочет бокал вина? – весело спросила Антония, открывая холодильник и доставая бутылку.
– Я, пожалуй, откажусь, спасибо. – Би покачала головой.
– Прошло столько лет… – проговорил Оуэн, в то время как Антония торопливо наполнила стакан и протянула ему. Она по-прежнему оставалась королевой этого семейного замка: суетливая маленькая служанка Оуэна, идеальная жена доктора.
Би заставила себя встретиться с Оуэном взглядом и посмотреть ему прямо в глаза. Орехово-зеленого цвета. Она и забыла об этом.
– Пять лет, – подтвердила она.
– И Саймон тоже здесь?
– Да. – Она засунула руки в карманы джинсов. – Какие-то проблемы?
Наступила холодная пауза.
– Нет. Мне просто было любопытно. Ему ведь уже восемнадцать?
– Всего лишь восемнадцать, – поправила Би. Она чувствовала, что Антония маячит рядом. Би успела забыть, как неудобно ей было когда-то находиться в комнате с ними обоими одновременно. Но она также обнаружила, что способна просто игнорировать это чувство. Казалось, оно уже не имело значения. С тех давних пор были сделаны и более серьезные ошибки, из-за которых совершенные в молодости глупости казались не столь существенными.
– А, – протянул Оуэн. – И как у него дела? То есть у вас обоих?
– Все хорошо, – таким был ответ Би. Она вовсе не собиралась говорить ему правду. – Как обстоят дела в клинике?
 
– Не жалуюсь. – Уголки губ Оуэна тронула легкая улыбка. – Ты сейчас где-то работаешь?
– Конечно. – Би тоже улыбнулась, забыв на мгновение, что у нее далеко не идеальные зубы. Би вспомнила об этом, только когда увидела, как он отшатнулся. – Разве так было не всегда?
– Ну хорошо. Если вы меня извините, – проговорил он, – мне нужно принять душ и переодеться.
Он проскользнул мимо Антонии и вышел из кухни, снова оставив Би наедине с сестрой. Впервые Би отчетливо осознала, что на самом-то деле ожидала, что он вышвырнет ее из дома. Когда Антония повернулась, чтобы помешать еду, Би обнаружила, что ее трясет, но она не могла сказать, что чувствовала при этом. Хотела ли она, чтобы Оуэн выгнал ее и Саймона? Она не знала. Саймон так отчаянно просил приехать сюда, и она была вынуждена согласиться, потому что другого выхода не было.
– Могу я чем-нибудь помочь? – Би нужно занять себя делом. Чем-то таким, что помешает ей чересчур напряженно думать.
– Ты могла бы накрыть на стол, – предложила ей Антония.
Ей не нужно было объяснять Би, где что находится. Планировка кухни за последние пять лет не изменилась, хотя сама кухня была новой, шкафы поменяли на глянцево-черные вместо дубовых, которые помнила Би. Она нашла приборы с салфетками, а затем быстро и бесшумно накрыла стол на пять персон, в то время как Антония бормотала что-то про соль и шумно рылась в ящике для специй.
Почувствовав возможность воспользоваться моментом, Би проскользнула наверх, почти не чувствуя при этом ног. Она хотела поговорить с сыном до того, как он увидит Оуэна. Она знала, как двигаться тихо, когда ей нужно, а физическая работа, которую она выполняла, укрепила ее ноги и спину. Би остановилась перед спальней Джека. Оттуда не доносилось ни звука. Она толкнула дверь, но обнаружила, что комната пуста. Она задержалась на мгновение, рассматривая прекрасную спальню Джека и все вещи, которые могли бы принадлежать Саймону, если бы она сделала другой выбор.
Но Би не испытывала гнева. Он давно исчез. Было только принятие и, возможно, некоторое сожаление. Все же их с Саймоном жизнь нельзя было назвать легкой.
Би не слышала, как Оуэн подошел к ней сзади, а потому, почувствовав его прикосновение к своему плечу, она развернулась и подняла кулаки, готовая защищаться.
– Ну ты даешь, Оуэн. – Она затаила дыхание. – Ты напугал меня.
Он посмотрел на нее сверху вниз. Она медленно опустила руки. Это оказалось тяжелее, чем должно было быть.
– Что ты на самом деле здесь делаешь, Би? – спросил он. – Чего ты хочешь? Денег? Потому что если это так, то…
– Нет, мне не нужны твои дурацкие деньги, – отказалась она, хотя и не могла отрицать, что почувствовала искушение. Финансовая помощь облегчила бы многие ее проблемы. Но она на собственном горьком опыте усвоила, что если ты начинаешь убегать от трудностей вместо того, чтобы по-настоящему их решать, то потом уже просто невозможно остановиться. А она хотела остановиться.
– Я здесь, чтобы увидеть свою сестру. Разве этого недостаточно?
– Я тебе не верю.
– Можешь верить во что хочешь, – отрывисто бросила она.
– Она счастлива, Би. – С укоризной посмотрел на нее Оуэн. – Ей потребовалось много времени, чтобы почувствовать себя таковой. И я не позволю тебе снова отобрать это у нее.
– Я не хочу ничего у нее отбирать, – отрезала она. – И никогда не хотела. Если бы это было так, я могла бы давным-давно забрать все что угодно. Или ты забыл об этом?
  
Глава семь
 
Антония
Четырнадцать лет назад
«Можно ли считать медикаментозную терапию подходящим методом управления поведением мальчиков, являющихся носителями М-гена?»
(Скотт, М., Хардисен, Дж., Али, М.С., Оксфордский университет)