Отброс (СИ)

Уже в другом, каком-то глухом месте меня выгрузили и бросили возле дороги. Когда эти двое мужчин отошли, я увидела стоящего на расстоянии от меня незнакомого парня, который наблюдал за этим. Он был, наверное, примерно моего возраста, с русыми волосами и высокомерным выражением на его симпатичной чертовой морде. По которой так хотелось ударить, если бы я могла шевелиться.
— Теперь ты знаешь, что нельзя трогать чужих истинных, правда, Ассоль? — произнес он, пока я пыталась дрожащими потяжелевшими руками стереть кровь с лица, льющуюся из носа. — Я даже скажу напоследок тебе больше, чем она: верни Эша на место, или я помогу твоему отцу уйти из жизни.
Даже не дождавшись ответа, он развернулся и ушел в машину. Спустя минуту она завелась и уехала, оставив меня лежать тут. На обочине.
Моя большая-большая ошибка. Надо было оставаться с этим ненормальным альфой, чем бы мне это не грозило.
Я закрыла глаза, потому что сил не оставалось даже держать их открытыми. И думать больше было неохота. Просто хотелось немного поспать, чтобы стало лучше.
Сон пришел почти сразу же, и я провалилась в спасительную темноту, в которой хотелось остаться навсегда, потому что было так хорошо и спокойно. Впервые за последние дни.
Только что-то постоянно пыталось вырвать меня из нее. В какой-то момент стало очень холодно, но я все равно попыталась уснуть обратно.
А потом я почувствовала, как кто-то схватил меня за руку. Это ощущение было навязчивее, чем другие и игнорировать не удалось.
Нехотя открыв глаза, я увидела над собой знакомого доктора, который не так давно отчитывал Эша. Я опустила взгляд вниз и поняла, что он сейчас закреплял пластырем “бабочку” от капельницы на моей руке.
— Очнулись, Ассоль Моне? — услышала я голос этого доктора. — Молодец, не сбегайте больше от нас в обморок. Сейчас прокапаем кое-что и вам станет намного легче.
Что-то светлое мелькнуло сбоку.
— Ассоль! — ко мне бросилась Рейч, встав с другой стороны кровати. Ее глаза были красными и распухшими, явно недавно полными слез. — Что за гребаная неделя! Как ты? Я чуть не умерла, когда мне позвонили. Сначала подумала, что насчет папы, и он все… Но сказали, что еще и ты в больнице. — она уронила голову на мои ноги. — И Тая тоже чуть с ума не сошла.
На этих словах она, под мой удивленный взгляд, сползла на пол с легким стуком.
— Рейч? — я смогла разомкнуть пересохшие губы.
— Ваша сестра не могла к вам подойти, утверждая, что на вас метка какого-то альфы. — будничным тоном прокомментировал доктор. — Мы сделали вам УЗИ внутренних органов, все в порядке. На томографии тоже ничего не увидели. У вас удивительно крепкий организм, судя по синякам на теле. Как самочувствие, голова не кружится?
— Немного. — ответила я, прислушавшись к себе. — И подташнивает.
— Это сотрясение. Пока постарайтесь находиться в покое и не уходить из больницы хотя бы пару дней.
Надо же. Я слушала его, чувствуя себя… никак. Было как-то наплевать на себя. Я еще легко отделалась. Пока они меня пинали ,я думала, они сломают мне все, что можно.
Затем промелькнули другие мысли. Скорее всего, в ближайшее время сюда заявится полиция, чтобы взять показания. Что же им сказать? Надо придумать, потому что правда не подойдет. Полиция ничего не сделает истинной Эша. Альфам и омегам многое прощается, что связано с их инстинктами. И если она скажет, что избила меня из-за инстинктов, учуяв запах своего альфы на мне, ее оправдают, выписав всего лишь смешной шраф. На мне много отметок Эша, так что доказательства есть.
Я не могу рисковать отцом после угроз того парня.
И потом как мне поступить? Попросить помощи у Эша? Но это его истинная. Что он ей сделает? Если она добьется встречи с ним, а судя по ее настрою, добьется рано или поздно, его защита превратится в смерть моей семьи.
Остается только семья Адриана. Они не последняя семья в этом городе, поэтому мне придется попросить у них защиты, рассказав все. Как можно скорее, чтобы эти ублюдки ничего не успели сделать отцу.
И я даже не побрезгую пойти к семье гребаного Алекса. Они настолько презирают альф и омег, что наверняка знают, как с ними бороться. Мне плевать, я выйду за него замуж, если потребуется. Я просто так устала и хочу мирной жизни. Для своей семьи.
  
Я устало закрыла глаза, пока доктор меня осматривал.
И резко чуть не подпрыгнула на постели, когда дверь с грохотом открылась, распахнув глаза.
О, чертов альфа. Зачем так пугать больного человека?
Эш стоял в дверях, как дьявол, только что покинувший ад, и в его золотых глазах полыхала такая ярость, что даже я ощутила страх, хотя куда уж было страшнее, чем сегодняшний день.
— Эш Винтер. — так же спокойно произнес врач, будто видел спиной, и будто сюда не ворвался взбешенный альфа, который направился ко мне и к нему. — Изволь покинуть помещение, здесь есть омега.
— Завались. — прорычал Эш. Остановившись возле меня, он резко сдернул остатки простыни и скользнул взглядом по телу. Я мрачно подумала, что он тот еще сукин сын. Вообще-то, я голая. Мне перед доктором-то неудобно, а теперь на меня пялятся двое.
А еще я вспомнила про Рейч и с тревогой посмотрела на глаза Эша. Черт, у него опять что-то с подавителями. Лучше бы сестре не показываться, и, надеюсь, он не пойдет искать омегу по запаху. Я все еще помню, как из-за течки Таи он набросился на меня на парковке, перепутав.
Он внезапно перевел на меня взгляд, который просто обжег этой рвущейся из него разрушительной силой. Дикой и звериной, польностью безумной. Как же хорошо быть не омегой. Иначе я бы уже упала замертво от этого взгляда.
— Кто? — задал он единственный вопрос. В тоне неприкрыто звучала угроза.
— Не помню.
— Ассоль. — он наклонился к моему лицу, но его перебил врач:
— Винтер, это твоих рук дело? — он потрогал укусы на мне, и я почувствовала ,как краска заливает мое лицо против воли. Альфа перевел на них взгляд и выпрямился, свысока глаза на врача, как на его личного врага.
— Да. Проблемы?
— У меня-то нет. И где ты ее еще покусал, кроме здесь?
— Везде. Что-то имеешь против?
Я заметила ,как доктор закатил глаза. Совершенно не по-врачебному.
— Кому-то пора принять подавители. Зайди в процедурный, тебе что-нибудь накапают. Ассоль Моне необходимо немного отдохнуть, так что свои вопросы задай немного позже. Я не трону ее, не переживай. И дай выйти отсюда омеге.
Альфа еще какое-то время сверлил его очень нехорошим взглядом, а потом, все же, развернулся и вышел из моей палаты. Я ощутила ,как после него остался потрескивающий напряжением воздух.
Доктор почему-то задумчиво посмотрел на мое тело. Потом что-то достал из чемоданчика, который принес с собой.
— Я возьму у вас немного крови, если позволите.
— Конечно. — я бы хотела пожать плечами, но все болело.
Он воткнул мне иглу в вену на другой руке, и сцедил в пробирку кровь. Затем залепил ваткой и пластырем, и выпрямился.
— Спасибо. — произнес он. — И отдыхайте. Я зайду попозже проверить вас. — затем он посмотрел куда-то под кровать и добавил: — И насчет вашей сестры - через какое-то время отойдет и вылезет. Так что не переживайте. Отправьте ее домой, скорее всего, ваш альфа снова захочет вернуться к вам.
“Вылезет”? Как мило. И я оценила скрытую иронию в словах “ваш альфа”.
— Хорошо, — произнесла я, и доктор, кивнув, ушел, закрыв дверь.
  
45
 
Я осталась отдыхать. Рейч вскоре поднялась с пола, и хотела поговорить, но я попросила ее пока уйти и зайти через пару дней. До тех пор, пока не выветрится от меня хотя бы часть запаха.И я боялась, что Эш правда вернется.
Вскоре зашел доктор и убрал капельницу, а я заснула, потому что стало действительно полегче. Боль успокаивалась, поэтому сон был приятным, словно теплое одеялко, а не тем смертельным забытьем, в котором я поступила сюда.
Проснулась первый раз я поздно вечером. За окном было темно-синее небо и теплый свет фонаря, проникающий в палату. Не понимая, почему я очнулась именно сейчас, все еще чувствуя потребность во сне, я повернула голову, и сильно вздрогнула.