Отброс (СИ)

Господи, интересно, где же я соврала?
---------
в эту книгу тоже компенсирую продки за время болезни, как в другой)
Тем более тут начинается моя самая любимая часть))
  
38
 
— Винтер. — снова предупреждающе произнесла я, когда он опустил взгляд на мои губы, пока я мысленно ругалась на него. — Я сказала тебе, что…
— Укуси меня. — просто произнес он, перебив. И когда я резко и возмущенно выдохнула, он снова поцеловал меня.
В этот раз он делал это достаточно медленно. Иногда и вовсе останавливаясь, будто бы подразнивая меня и провоцируя все-таки исполнить угрозы куснуть его за язык. Но, черт, хотя я была до этого решительной, все-таки я не нашла в себе достаточно злости на этого альфу, чтобы сделать ему больно.
Даже то, как он удерживал меня своими руками, наверняка выглядело слишком провокационным со стороны, не говоря уже о манере его поцелуя. Я успела попробовать поцелуи с парнями, и они были разными - от слишком невинных, до достаточно настойчивых и умелых, но эти два… слишком откровенные. Просто слишком. Во всем.
Когда-то я совершенно запретила себе думать об Эше, как о чем-то большем, чем друг, заперев еще даже не зародившиеся эмоции и чувства в ледяной плен навсегда. Но под силой желания этого альфы, которое он выплескивал на меня, лед начал идти трещинами, став внезапно слишком хрупким. Огонек скользнул мне в сердце, заставив его потеплеть.
Это плохо.
Я изо всех сил уперлась в тело Эша, испугавшись того, что я начинаю ощущать, отталкивая его, но внезапно раздался странный треск. Моя рука намокла.
Это отвлекло альфу. Эш прервал поцелуй, задумчиво отстранившись и посмотрев на себя, и я тоже опустила взгляд.
Черт.
Стакан с растаявшим льдом в моей руке треснул, пока я пыталась отпихнуть альфу. Оставив на одежде Эша мокрые пятна.
Винтер молча стряхнул капли с себя. Я, приложив руку ко рту, смотрела на это безобразие. Я залила часть его футболки и штаны. Выглядело очень неаккуратно, и я отмерла, сказав:
— Я предупреждала, что мне надо выкинуть стакан.
— Разве? – прикрыв глаза, произнес он. Затем выжал низ футболки, задрав ее и показав немного своего тела. Я в этот момент задумчиво уставилась на него. Просто ужасно так думать о своем несчастном друге, которому осталось недолго, но он мог бы в самом деле осчастливить собой свою истинную, будь она хорошей.
Затем мой взгляд опустился ниже, на мокрые штаны.
…Если, конечно, он укоротит себе достоинство…
Нет, я не уверена в счастливой жизни его истинной.
И, надеюсь, Эш не будет выжимать при мне штаны. Пожалуйста.
Я опомнилась от этих ужасных мыслей только когда почувствовала на себе пристальный взгляд альфы. Вскинув свой взгляд, я ощутила, что краснею, потому что у Эша было выражение лица, которое мне сложно описать, но от него мне стало стыдно.
— Ты - развратный альфа. — выдохнула в панике я. И заметила, как уголки его губ приподнялись. Он смотрел на меня все с тем же высокомерным выражением, сообщающим о том, что он в курсе, что я подумала недавно. — Я скажу твоему врачу, чтобы он предложил тебе другие подавители.Возможно, они будут работать лучше.
— Про развратность мне говорит та, кто только что смотрела мне ниже пояса? — усмехнулся Эш, иронично посмотрев в сторону, словно чтобы больше меня смутить.
— Уймись. — шикнула я, отворачиваясь от этого ухмыляющегося чертового альфы.
Затем я направилась к магазину, надеясь, что он обойдется без дальнейших подколов. По дороге выкинула сломанный стакан в мусорку. Пока я стряхивала мокрые ромашковые лепесточки с руки, Эш приблизился ко мне сзади, и в отражении витрины я заметила, как это животное наклонилось и примеряется к моей шее, отчего у меня вырвался крик:
— Эш Винтер!!!
Резко обернувшись я зло посмотрела на него, пока он выпрямлялся.
— Пф. Теперь вся округа знает, что я здесь.
— Отлично. Может ,на людях ты постесняешься себя вести подобным образом. Не трогай мою шею, надоедливый альфа.
  
— Раньше ты была не против укуса за шею. Что-то случилось, Ассоль?
Сколько иронии было в его словах. Резко отвернувшись, чтобы скрыть свое снова покрасневшее лицо, я толкнула дверь в магазин.
Потому что до этого он был на сто процентов моим другом. Иначе я не могла его воспринимать. Я снисходительно отнеслась к его заскокам, пытаясь ему помочь вернуться на путь истинный, но то, что он творит, уже переходит все границы. И мои границы он… отодвигает. Это самое беспокоящее.
В магазине я взяла два ромашковых чая - для меня и для этого дурацкого альфы, но оплатить на кассе не успела - это сделал Эш.
Затем я вернулась за столик, за которым сидела, и альфа последовал за мной, будто бы ничего смущающего между нами и не было.
Я пила чай через трубочку, слушала тишину и ощущала ночной холод, касающийся ног.
Мы сидели с альфой недалеко друг от друга, как в прежние времена, когда я еще училась в школе.
Я украдкой посмотрела на его профиль. Вспоминает ли он сейчас тоже прошлое?
Может, если подтолкнуть его к этим воспоминаниям, он перестанет делать такие странные вещи?
Обычно мы говорили. Но какие сейчас у нас общие темы?
Я раньше поддерживала его. Мы делились всякими трудностями иногда… Господи ,как нелегко пытаться придумать темы для разговора, когда кого-то давно не видела.
— Послушай. — начала я, посмотрев на альфу. — В тюрьме было очень тяжело?
Эш покосился на меня.
Это была неприятная тема и мне стало страшно, что она может разозлить его, особенно, когда он отвел взгляд и мрачно посмотрел куда-то вдаль.
Затем он отстранил трубочку из-под чая ото рта.
— Очень. — ответил он, и я жалобно приподняла брови. Очень? А он продолжил задумчиво: — Иногда я думал что сотру руку.
Я моргнула. Что?
Мои брови вернулись в обычное состояние и лицо окаменело, когда у этого животного мелькнула легкая усмешка на губах, а я догадалась, о чем он сказал.
— Винтер.. — прошипела я, пока он закрыл рот ладонью, видимо, чтобы скрыть любые следы издевательского веселья. — Я не об этом спрашиваю!
— Пф. Мне запомнилось это. Слышал, что в других тюрьмах заключенные иногда за определенную сумму заказывают себе омег. Но там, где я был, подобного не существовало. Гон был просто ужасен. Было нелегко осознавать, что мне придется провести всю жизнь так.
Я сидела, прикрыв полыхающее лицо рукой. Разговор ушел не в ту степь, на которую я рассчитывала. Теперь я буду думать, что он этими руками обхватывал мое лицо. Очень неудобно.
— Это все ужасно. Но я спрашивала про другое.
— Про что?
— Я слышала, что в этой тюрьме издеваются над заключенными.
— А. – расслабленно произнес он. — Надо мной пытались, но с тех пор, как я убил их, от меня отстали навсегда, накинув еще срок.
— Хорошо, что к тебе больше не лезли. — выдохнула я. Было плохо, что такое вообще произошло, но меня успокоило, что Эш не сильно пострадал. И вышел из тюрьмы. Хотя, до этого меня в дрожь бросало от того, что он сделал, перед тем, как попасть туда. Это было полным безумием. Поэтому меня немного напугало, что он как-то умудрился покинуть тюрьму.
Я неуверенно снова разомкнула губы:
— Можно спросить? Зачем ты сделал… то, из-за чего тебя посадили? Ты всегда казался мне спокойным и уравновешенным, поэтому я была в ужасе, когда услышала об этом. — я замолчала, подбирая слова. — Ты убил столько человек. Точнее, это были альфы и омеги. Почти две семьи. За один вечер. Это так, или это ошибка, как и с моим изнасилованием?
Я ждала ответа, глядя на Эша, но он молчал. В тишине было только слышен шелест травы, по которой прошелся ночной ветерок.
— Закроем тему, Ассоль. — внезапно произнес он, а я обиженно и резко выдохнула.
— Тоже мне. А еще другом назывался.
— Мы никогда не были друзьями.
Да? А я считала его другом. Он повторял эту фразу уже второй раз, но если в первый я думала, что он говорит ее из-за обиды, то сейчас, слышать ее - все равно что ножом по сердцу.