Место в жизни (СИ)

Где-то недалеко послышался волчий вой, и кобыла заметно занервничала, пригарцевывая и сдвигаясь боком к краю дороги, которая обрывалась резким склоном.
— Воу, воу. Успокойся, девочка, — дернув поводья в противоположную сторону, Артур похлопал лошадь по шее и настороженно посмотрел в сторону звуков.
Кобыла всхрапнула в ответ и пошла быстрее, вынужденная все равно заметно притормаживать по воле наездника. Уровень ее беспокойства рос, а значит зверь подбирался ближе. Решив не дожидаться нападения, Морган вынул револьвер и предупреждающе выстрелил в воздух.
Громкий звук подхватился эхом и разнесся по округе, теряясь среди деревьев. Кобыла взбрыкнула и заржала, но Артур сдавил ее бока, не позволяя скинуть себя.
Выстрел отпугнул волков, но продолжая движение, мужчина еще не раз слышал их призывный вой и даже заметил несколько капканов недалеко от дороги, по которой ехал.
Наконец удача улыбнулась ему — сбоку, как и ожидал Морган, обнаружилась узкая тропа с поломанными ветками, которую нельзя было бы заметить смазанным взглядом. Она уходила вверх, извиваясь недалеко от тонкого горного ручья, тянувшегося ледяной прохладой.
Решив разведать путь пешком, Артур оставил лошадь у ручья и снял с седла двустволку. Применять ее на Хэммише он не собирался, но в случае нападения волков ружье было бы не лишним.
Следующие полчаса он внимательно шел по петляющей тропе, выведший в итоге к небольшой горной возвышенности. Здесь капканов стало больше, а кое-где, в уже подсохшей земле, сохранился отпечаток копыта. Осторожно идя по следу дальше, Артур приметил углубление в скале, прикрытое ветками, и кострище.
Скрывшись за деревом, он немного подождал, но так и не услышал никаких звуков, свидетельствующих о том, что кто-то находился рядом.
Держа револьвер наготове, мужчина пробрался внутрь.
Пещера была чуть больше, чем казалась снаружи и явно была уже неплохо обжита. Глаза не сразу привыкли к полумраку, но он успел разглядеть спальный мешок, тюк с вещами, даже сколоченный из ящиков стеллаж, на котором вперемешку валялись закрытые и открытые консервы, пачки сигарет, несколько карточек и патроны. Там же примостился масляный фонарь, но включать его Артур не стал, не желая привлекать постороннее внимание столь явным свидетельством вторжения.
Но кое-что Морган обнаружил спустя минуты в самом дальнем затемненном углу.
Мальчишку, затаившего дыхание и вжавшегося спиной в холодный камень.
И судя по всему ему было страшно. Округлившиеся глаза на перепачканном лице мгновенно заслезились. Размазанные соленые дорожки высохли на щеках, но сейчас могли обновиться влагой.
Ужас, страх, вспыхнувший в расширенных зрачках, выплеснулся наружу вместе с всхлипом. Но только всхлип оказался наполовину задушен кляпом, который вставили ребенку в рот.
Лесли Буну было на вид не больше десяти лет. Сын Джорджи Буна, умершего четыре года назад от воспаления легких и Амелии Кэмвил, ставшей вдовой на короткое время. Отчим, Джек Корнэл, работал на лесопилке и, конечно же, не мог заметить отца Лесли.
Но мальчик не жаловался — его не били и никак не выказывали неприязнь. Хотя и было видно, что его меньшую сестру Джек любит намного больше. Но самого мальчика это не волновало. Джек брал его порой на охоту на птиц, объяснял и показывал, как работать по дому и правильно латать старую крышу дома.
Это утро мало чем по началу отличалось для мальчишки: он снова шел на лесопилку к Джеку. Лесли прогуливался по дороге, остановился у небольшого ручья, чтобы напиться и…
Разве мог он знать, что следовало бежать? Невольно увидев Нильса Хэммиша у противоположного берега, Лесли поставил под угрозу пребывание бандита в его тайном логове.
Зажмурив глаза, мальчик постарался сжаться ещё больше. Лесли был уверен, что это Хэммиш, который рванул утром к нему и поймал за шиворот. Он не смог убежать, а потом оказался здесь.
Заерзав, кусая кляп, Лесли всхлипывал. Слезы прорвались: мальчик и так практически не различал черты лица приближающегося силуэта, а оттого расплакался еще больше. Веревки больно натирали запястья и щиколотки, ссадины по всему телу болели, но больше всего болела скула, по которой его ударили. Несколько раз он хорошо получил от Нильса, когда просил отпустить его и клялся, что ничего не расскажет. Но Лесли бросили на пол в пещере как мешок, а когда мальчишка попытался убежать — ударили и связали. Хэммиш обещал его прирезать или продать, как продают рабов, по его словам, в некоторых городах: «Всем нужна прислуга. А ты, щенок, может и выльешься мне в долларов пятьдесят».
Вот и сейчас Лесли дрожал, как лист на ветру. Ему было страшно. Так страшно, как никогда в жизни.
«Черт возьми. Ублюдок».
Подойдя к мальчику ближе, Артур приподнял раскрытые ладони, придерживая револьвер двумя пальцами. Он мельком обернулся назад и прислушался, пытаясь понять, не подходит ли кто-то к пещере.
— Не бойся, приятель. Я тебя вытащу отсюда, — еще раз оглянувшись, Морган убрал оружие обратно в кобуру и достал нож, присаживаясь на корточки перед парнишкой, — Сейчас я развяжу тебя, а затем мы уберемся отсюда. Ладно?
Он говорил шепотом и внимательно слушал каждый звук. Лесли продолжал всхлипывать. Ему всегда говорили, что мужчины не плачут. Но сейчас, смотря на незнакомца, принявшегося перерезать веревку на его ногах, он не мог сдержать рвущийся плач.
Наверное, это и помешало Артуру услышать чужое приближение. Но заметить подкрадывающегося со спины Хэммиша, удалось Лесли. Глаза мальчика округлились от страха, и он дернулся назад, истошно замычав.
— М-м-м…ннн-г-х!
Артур приподнял голову на звук, но не успел понять, в чем дело.
Нильс не мешкал. Камень в его руке с замахом опустился на голову Моргана. Удар вышел крепким — тысячи болезненных вспышек взорвались в виске, перед глазами поплыло, а затем потемнело. Артур завалился на бок, пытаясь удержаться в сознании. В этот же момент на руку, в которой все еще был нож, наступил грязный сапог и придавил пальцы. Пришлось отпустить рукоять и сдержать болезненный стон, когда чужая нога отбросила нож в сторону, чиркнув мыском сапога по руке, раздирая в кровь пальцы Артура о камни.
— Ты еще какого дьявола у меня забыл?
Нильс схватил чужака за грудки и перевернул на спину, оскалив желтые гнилые зубы. Сам он был похож на покоцанного жизнью медведя с кудлатой бородой, в скатавшейся проеденной молью меховой накидке.
— Можешь считать дьяволом меня самого, — сдавленно проговорил Артур и швырнул ему в глаза каменную крошку, зачерпнутую с пола пещеры.
Яростно взвыв и отшатнувшись от неожиданности, Хэммиш слепо заморгал, закрывая лицо одной рукой, а второй замахиваясь для нового удара камнем.
Артур воспользовался его заминкой и через силу поднялся, уворачиваясь от удара. Нильс проломил бочку и застрял в ней рукой, но, выпустив камень, через две секунды уже оказался свободен. Жмуря глаза и скалясь, он вынул из-за пояса нож, делая выпад в сторону Моргана. Артур выхватил револьвер из кобуры, но Хэммиш бросился прямо на него, не дав времени на выстрел.
Снеся и без того еще с трудом стоявшего на ногах мужчину к стеллажу, похититель выбил револьвер у него из рук. Банки консервов с металлическим стуком посыпались на пол, мешаясь под ногами. Нож Нильса оказался у горла Моргана, но мужчина ударил лбом ему в переносицу, а затем перехватил за запястье, выкручивая кости почти до хруста и направляя лезвие в сторону от себя.
— Аргх, сукин сын!
Взревев, Хэммиш брызнул слюной; кисть прострелило яркой вспышкой боли. Перехватывая второй рукой незнакомца за плечо, он напрягся всем телом и постарался вбить противника затылком в стену. Но чертов стеллаж мешал ему. Тогда цепкие пальцы исчезли с плеча, и сильный кулак прилетел прямо в открытый бок Моргана.
Быстро повторяя удар, Нильс стремился попасть в ребра и вырваться. Артур сдавлено охнул и выпустил выкрученную руку Хэммиша из захвата. Нож рассек воздух резким движением вниз, норовя порезать Артуру грудь и живот. Так бы и случилось, но горе-стеллаж, сбитый из подгнивших дощечек, чудом проломился, позволяя мужчине отшатнуться назад.