Место в жизни (СИ)

Джонни зашелся в истеричном скулеже.
Бросаясь в сторону, чудом успевая к своей поклаже — одному ящику — он принялся судорожно рыться в поисках патронов. Его пальцы тряслись, как и губы. Он боялся. Он понимал, что ружье нужно перезарядить быстрее.
— Сейчас… Сейчас… ну же, где вы, черт вас подери!
На землю падали вещи. Коробок спичек, пачка с табаком, завернутые в ткань ломтики жаренной оленины и хлеб. Большая кирка с тяжелым стуком ударилась о землю. Нашарив пачку с патронами, он выдернул её и упал на колени.
— Черт, черт, черт…
Рванув слишком сильно, Джонни подтянул к себе ружье. Патроны рассыпались по земле, покатившись в разные стороны. Нашарив сразу два, он попытался вставить их и перезарядиться. Взгляд метнулся вверх, выискивая незнакомца.
— Я убью тебя! Сука! Я убью…. Убью…!
Полысевший затылок блестел при свете костра, Джонни громко шмыгнул носом, из его глаз текли слезы. Сипло дыша, истерично шипя, он пытался зарядить ружье. Но у него не получалось. Пальцы не слушались.
— Ах ты, сукин сын! — удар сапога выбил ружье у Клетвича из рук.
Болезненная хватка пронзила плечо и рванула вверх, навстречу обрушившемуся на лицо кулаку.
Артур бил со всей силы. Удар за ударом, еще и еще раз, приподнимая за ворот ссыкливого ублюдка; вымещая всю свою злость и ярость. Джонни еще пытался хватать его за руки, царапать запястье, но после третьего удара стал терять сознание от боли и страха.
— Ты застрелил… моего… коня! Я тебе… черт возьми… и не собирался ничего делать! — занося окровавленный кулак в очередном замахе, Артур встряхнул старателя, смотря на перемазанное кровью и грязью морщинистое лицо.
Глаз Джонни уже заплывал, нос был сломан, губы разбиты, а выбитый зуб мелькнул где-то на языке, когда мужчина издал очередной вскрик.
Отбросив Клетвича на землю, Артур сел сверху и схватился двумя руками за его шею, сдавливая изо всех сил. Тело под ним задергалось в новой попытке отбиться, но шансы были абсолютно не равны. Джонни не мог нанести ни одного достойного удара, не мог скинуть с себя незнакомца, не мог закричать, не мог дышать. Кадык вдавился внутрь, воздух заканчивался, рот открывался все шире, а из него вырывался затихающий хрип.
Лицо его убийцы наконец осветилось пламенем костра, и в нем не было ни жалости, ни удовольствия от происходящего. Артур плотно сжал губы и хладнокровно выдавливал из мужчины жизнь. Борьба продлилась недолго, и когда Джонни закатил глаза, а его тело обмякло, Морган с чувством приложил труп затылком об землю.
— Сукин сын. Арх!
Поднявшись, встряхивая руки и оглядываясь по сторонам, он вновь чертыхнулся. Лошадь старателя все еще ржала, нервно перебирая копытами и натягивая поводья, которыми была привязана к дереву. Близость смерти пугала ее, запах крови витал в воздухе.
Артур вернулся к своему коню и присел на корточки, смотря на рану и проводя рядом с ней рукой. Кровь еще сочилась, шея была теплой, но открытые глаза затянуло пеленой.
— Прости, дружок. Мне очень жаль…- тихо и хрипло проговорил Артур, прикусывая внутреннюю сторону щеки, — Чертовски жаль…
Посидев с ним еще полминуты, мужчина поднялся и, перешагивая труп, подошел к горному ручью. Смыв кровь с рук, Морган подобрал несколько веток и подбросил их в костер. А затем принялся обыскивать лагерь старателя.
Ничего особо примечательного не нашлось, но патроны, тоник и бутылка с виски и джином никогда не бывали лишними. Вынув из припрятанного в сумке мешочка золотой самородок, Артур поднес его к огню и внимательно рассмотрел.
— И все из-за этого? — хмыкнув и покачав головой, мужчина убрал самородок в карман. Затем наполнил свою сумку едой, выпил кофе и перекусил подогретым куском оленины, время от времени бросая взгляд на застывшее тело Джонни Клетвича.
Хотелось спать, но два свежих трупа могли привлечь внимание диких зверей, а отбиваться от волков или медведя у Артура не было особого желания.
Передохнув около часа, заправившись еще одной чашкой кофе, Морган принялся собираться.
Лошадь старателя уже успокоилась, хотя стоило Артуру к ней приблизиться, как она начала отходить в сторону, прижимая уши, и всхрапывать.
— Тшшш, тише, девочка, тише, — ковбой подходил к животному медленно, приподнимая раскрытую ладонь.
В другой было зажато овсяное печенье, которым Морган собирался быстрее расположить кобылку к себе.
— Смотри, что у меня есть.
Приблизившись и встав у морды лошади, мужчина протянул лакомство, позволяя понюхать и его и себя. А затем уже погладил мощную шею, слегка похлопывая по ней.
— Ну вот, молодец. Будем дружить, а? — дав кобылке еще одно печенье, Артур похлопал ее по спине и принялся осматривать потертое седло.
Оно было значительно хуже чем то, в котором ездил Морган, а потому в лагере пришлось задержаться чуть дольше, чем он рассчитывал.
Рассвет Артур встретил в дороге, размеренно покачиваясь в седле. Время от времени мужчина свешивал голову в дреме, но просыпался от ударов о ветки, когда лошадь сходила с пути, чувствуя расслабленность поводьев. В конце концов сдавшись, Артур отъехал подальше и поставил палатку, в которой благополучно проспал до обеда.
***
«Никогда не понимал стремления людей перебираться в большие города. Куча разодетого народа, строящего из себя невесть что, и постоянная шумиха, из-за которой не слышно собственных мыслей. Трубы заводов выбрасывают вверх черные столбы дыма, застилающие небо и отравляющие воздух.
Смотря на разбитые сады и парки, скучаешь по нетронутой природе.
По свежему воздуху.
По возможности видеть ночью звезды…
Чем больше я оглядываюсь по сторонам, тем отчетливее понимаю, что наши мечты о диком Западе обратились в прах.
Свободы остается все меньше. Бандиты превратились в бизнесменов, прикрывающих свои преступления новоиспеченными законами и бюрократией. И люди благодарят и боготворят их, не замечая, что у них отбирают и как. Мы хотя бы убивали и грабили честно…
Возможно ли, что малые города еще не поражены болезнью цивилизации?»
Закончив запись, Артур поднял взгляд на виднеющийся в отдалении крупный город. В нем он пробыл с пару недель, заводя знакомства для прибыльного дельца. Потому что для начала новой жизни ему нужны были деньги, а за золотой самородок выручка вышла не слишком большая.
Быть одному оказалось чертовски непривычно. Ведь сперва у него была банда Ван Дер Линде, потом Сэди и Джон Марстон с семьей, за которыми приходилось присматривать вопреки приказам Датча, после он жил в индейском племени и тоже прикладывал силы для общего блага. Теперь же Артур был сам по себе, и это ощущение… вызывало растерянность.
— Эй, мистер Морган, — окликнули его из-за спины, — Дилижанс мистера Спенсора на подходе.
— Отлично, парни. Отлично, — убирая записную книжку в сумку, Артур встряхнулся.
Оседлав лошадь, он натянул черный шейный платок на лицо, достал ружье и подъехал к густой поросли деревьев, за которой устраивалась засада. С ним было еще двое — закоренелый грабитель Грег Питти и молодой парень Майкл Риперс.
Мистер Спенсор был преуспевающим торговцем с прекрасной женой, которой очень не нравились его похождения на стороне. Узнав про молодую любовницу, к которой окончательно собирался уйти ее муж, Хлоя Спенсор решила обратиться к людям, умеющим разрешать подобные проблемы.
Выяснив, что мистер Спенсор заключает сделку по покупке загородного дома, Хлоя передала информацию о том, когда и каким путем его дилижанс с большой суммой денег будет проезжать к назначенному месту. Уговор был простым — миссис Спенсор становится вдовой, а налетчики забирают себе все деньги, причитающиеся за дом.
— Едут, — пробормотал молодой Риперс, снимая с предохранителя револьвер и готовясь выскакивать на дорогу после первого выстрела Моргана.
Впереди показалось два охранника на лошадях и извозчик. Позади них никого не было, так что задача и правда была не сложной. Взяв на мушку одного, Артур метко выстрелил мужчине в голову.