Место в жизни (СИ)

Рыжая кобыла, более откормленная, внезапно навострила уши: заводила ими, приставая на дыбы и недовольно заржала. Возможно, она, как и её четырехногие собратья, испугалась тянущего запаха мертвечины, крови. И, несомненно, волка.
— Эй-эй, угомонись, — натянув поводья, Данко похлопал лошадь по холке и вновь подтолкнул ее в бока, заставляя идти вперед.
— Почуяла волков? Отлично. Мы уже битый час, то останавливаемся, то идем неизвестно в каком направлении, — недовольно забурчал себе под нос Карл, поднимая голову к небу и кривясь на набежавшую серость, — Того и гляди еще дождь пойдет.
И правда, буквально через несколько секунд первые капли упали на полы его шляпы. Благо сильного дождя облака не предвещали. Карл громко и страдальчески вздохнул.
— Волки не ходят протоптанными дорогами, мистер Донован. Но будь вы менее озабочены пропуском обеда, но чаще спускались к земле, то увидели, что мы вышли на след погони. Здесь была стая, и она гнала лошадь, — на исходе молчаливого терпения прокомментировал Артур, — Думаю, мы уже недалеко.
— Интересно, почему это не могли быть собаки и простой проезжающий… — скептический хмыкнул Карл в ответ и натянул рукава куртки ниже к запястьям.
В самом начале пути он показал все свои охотничьи знания и указал на совершенно другую тропу, более близкую к Кейптауну, более близкую и к ранчо Эрла.
Но нет — ценный груз знаний, переданных ему его отцом, действительно промышляющего при жизни охотой — был никому не нужен и мерк перед выводами этого напыщенного типа непонятно откуда явившегося в их город.
Тропа потянула их верх из полу оврага, а затем вильнула кустистым поворотом. Дождь продолжал накрапывать, но часть его попала на свежую листву, которой спешили принарядиться деревья после суровой зимы. Влажный чавкающий звук грязи под копытами быстро начинал действовать Карлу на нервы, стоило ему по неосторожности уловить его четче, чем прочий окружающий шум.
За поворотом уже все лошади дали знать о своем беспокойстве. И гадать о причинах на этот раз не приходилось.
— Смотрите, — Данко дернул за поводья, боком разворачивая заржавшую, разнервничавшуюся кобылу, — Вон там. Это…
Мексиканец прищурился, указывая на тушу, лежавшую к ним крупом чуть глубже в лес от проезженной тропы.
— Одна из лошадей Эрла. Он не врал…
Отряд остановился, а Артур ловко спешился и привязал поводья своей лошади к ближайшему дереву. Отодвигая ветки, подмечая надломленную их часть, он направился к находке.
Следов было много, как и крови, отгрызенных ошметков шкуры и мяса. Однако в лошади осталось еще много того, чем могла поживиться стая, а значит они должны были время от времени возвращаться. И сторожить свою добычу.
Осматриваясь вокруг, переступая оставленные следы на комьях грязи с вырванной травой, мужчина присел на корточки и вытянул руку, собирая загустевшую кровь с одной из рваных ран. Заметив совсем свежие укусы, Артур склонил голову на бок и поджал губы. Затем поднял голову и осмотрелся вокруг на уровне глаз.
— Волки где-то рядом. Мы спугнули их.
— Почему?
— На лошади еще много мяса. Они не оставили бы свою добычу без присмотра. И, судя по всему, долго гнали ее, чтобы убить недалеко от логова.
Лошадь Карла кружилась и яростно обмахивалась хвостом, не прекращая ржать и испуганно водить ушами. Толстяк пытался справиться с ней как мог, но та поддавалась плохо, лишь чаще переступая копытами и поднимая выше ноги.
— Может они… Чтоб тебя, дрянь… Просто устали за ней гнаться и подвернулся вариант убить ее! Черт подери, успокойся!
Артур бросил на него непродолжительный взгляд и поднялся, перетирая кровь на перчатке между пальцами. Надвинув шляпу чуть вперед, скрывая лицо от мелких капель, он постарался различить среди следов наиболее свежий.
— Может быть. А может быть и нет.
Выцепив нужный, Морган убедился, что он уходил в сторону, с которой они показались, так что вполне вероятно…
— За нами наблюдают. Советую держать ружья наготове, джентльмены.
— И кто? Стая белок? Волки не нападают днем, это всем изве…
Осадив лошадь, Карл громко выругался. Красные пятна тянулись от шеи вверх к его лицу, свидетельствуя о том, с каким трудом толстяк удерживался в седле. Лошадь была слишком напугана: водила ушами, то и дело привставая на задние ноги и издавая ржание с хриплым нахрапыванием.
— Давай, ковбой, успокой свою гребаную лошадь. Ты же у нас мастер по укрощению норовистых кобылок, Карл. Хватит распугивать живность! Из-за тебя мы никого не выследим, — усмешка наползла на лицо Данко, который пытался охватить взглядом как можно больше местности.
В отличие от остальных мексиканец не захватил шляпу, отчего чувствовал себя мокрой крысой: волосы липли ко лбу, тонкие капли сползали ручейками по загорелому лицу.
— Мистер Морган, если стая недалеко, значит логово близко. Раз уж эти твари так зачастили в наш город, то наверняка устроились поближе к легкой добыче.
Джеймс, до этого момента хранивший молчание, приподнял за козырек свою шляпу. На протяжении всего их «путешествия» он старался держаться сзади и наблюдать. По большей части — за поведением Артура Моргана. Ходивший ранее разве что на оленей, Фостер не мог похвастаться обширными знаниями в поведении волков. Но следя за тем, как Артур всматривался в лес, в землю, как спешивался и разбирал следы, присев на корточки, как разглядывал кустарник, находя мелкие клочки шерсти и углублялся за тем на время прочь от тропы — шериф уже не сомневался в правдивости слов об охотничьем ремесле мужчины.
— Следы зубов на туше свежие?
Чуть приподнявшись в седле, Фостер взглянул на разорванное брюхо лошади. Следы недавней трапезы отличались слабо сочащейся кровь и цветом мяса — не это ли был показатель?
Шериф собрался спешиться и взять под уздцы Норда, как…
— Джеймс, слева! — Данко выхватил ружье и выстрелил.
Грохот выстрела, точно гром, прокатился по влажному горному воздуху. Эхо ему вторило. Мелькнувший серый силуэт исчез среди деревьев. Лошади заржали ещё громче. Джеймс едва смог ухватиться за седло и гриву Норд, когда тот вскинулся и шарахнулся в сторону.
— Данко, мать твою!
Стиснувшие кожаные ленты поводьев пальцы начинало покалывать от напряжения. Сдавив коленями бока жеребца, Фостер осадил его.
— Какого черта…?!
— Волк! Я увидел его, шериф, эта тварь… Я должен был в него попасть!
Указывая в сторону выстрела, мексиканец оскалился, не опустив ружья. Неодобрительные взгляды со всех сторон, однако, заставили его озадачиться.
— Зато теперь мы убедились, что эти серые дьяволы здесь и…
— О да, и ты их спугнул, мой благородный друг Данко. Ты, а не моя пугливая кобылка Нэнси. И кто из нас идиот, а?
— Блять, я должен был попасть… Закрой рот, Карл!
— Мистер Морган. Как опытный охотник, скажите, из нас четверых идиот — я, шериф или этот мексиканский неуч, палящий во все живое? Теперь мы можем смело возвращаться домой, вряд ли получится найти хотя бы белку или зайца.
Карл был прав.
Тому, в кого стреляли, было страшно.
Он, затаившись сверху, скалился, высунув язык, чувствуя, как шерсть становится дыбом. Пуля, черканувшая совсем рядом с его плечом, ударила в ствол дерева. Отлетевшая щепка попала по его хребту и заставила ускорить бег.
Страшно.
Ему было очень страшно.
Молодой волк клацнул зубами и взвыл, зная, что этот вой донесется и будет услышан всей стаей. Что его услышат и эти двуногие существа. Но он успеет предупредить своих об опасности.
Влажная земля, грозившая превратиться в жижу, скользила. Лапы перемазались в грязи.
Влетая на поляну логова, зверь упал брюхом на землю и заскулил. Ползком подобравшись к вожаку, он продолжал бояться. Вся стая очнулась от его воя и встревожилась. Все ждали решения вожака.
Вскинув к небу морду, испещренную шрамами, самый большой и матерый завыл. Клич его подхватили другие, и стая ринулась вперед.
За протяжным воем, разошедшимся по объятому мелким дождем лесу, наступила тишина. Только капли дождя ударяли по свежей листве, веткам, шляпам и плечам четырех охотников, двигавшихся по следу.