Связанная (ЛП)

— Я нашла все, что могла, — сказала Ансет из-за спины Кетана.
Кетан обернулся и увидел приближающуюся сестру по выводку. В дополнение к своему боевому копью она несла пару маленьких зазубренных копий, а на одной из ее нижних рук болтались сумки Айви и Ахмьи. Он шагнул ей навстречу, чувствуя, как с каждым шагом, удаляющим его от пары, сжимается его сердце.
Ансет поставила сумки и копья рядом с остальными припасами, которые были брошены по прибытии племени. Затем она подняла нижнюю руку, протягивая ее Кетану ладонью вверх.
Нож Айви лежал в руке Ансет рукоятью в сторону Кетана. Инструмент выглядел там таким крошечным, таким незначительным — как будто он был не более смертоносным, чем иглы, которыми юным Кетан воображал, что убивает монстров.
Он потянулся за ножом, но прежде чем успел схватить его, резкое рычание вернуло его внимание к пещере.
Рекош бросился в пещеру, его длинные когтистые пальцы потянулись к Диего. Келли и Лейси с криком отпрянули от врикса, но Диего остался на месте, несмотря на блеск страха в его глазах.
Одна из рук Рекоша схватила Диего за комбинезон как раз в тот момент, когда Уркот встал перед высоким вриксом, остановив выпад Рекоша, обхватив двумя толстыми руками ткача за талию.
Раздались вздохи и ругань. Несмотря на то, что только пятеро людей были в сознании, Кетан не мог сказать, кто какие звуки издавал, только то, что они были потрясены и напуганы.
Кетан подбежал к ним, его тонкие волосы встали дыбом. Только когда он приблизился, он увидел, что рубашка Ахмьи была разрезана, обнажая ее грудь. Этот багровый след тянулся по ее животу и под маленькой грудью: виднелись более дюжины крошечных ран, которые, несомненно, до этого были скрыты положением ее тела. Из некоторых из этих ран торчали шипы.
Отверстия в носу Диего раздувались от его тяжелого дыхания, но его взгляд был тверд и не отрывался от взгляда Рекоша.
— Отпусти его, Рекош, — прорычал Кетан. Его мышцы гудели от напряжения, а в животе образовался плотный, тяжелый комок. У него не было желания причинять вред своему другу, но он также не допустил бы, чтобы с Диего что-то случилось.
— Я не буду смотреть, как другой мужчина вот так прикасается к ней, — с рычанием сказал Рекош. Он подался вперед.
Уркот хрюкнул и расставил ноги шире, лишив Рекоша возможности дотянуться еще дальше.
— У тебя нет на нее никаких прав, — Кетан положил ладонь на протянутую руку Рекоша, стараясь, чтобы его прикосновение было как можно более твердым, но не угрожающим. — И он не предъявляет никаких прав.
Рекош повернулся лицом к Кетану, в его багровых глазах плескались боль и вина.
— Это мое дело — заботиться о ней. Чтобы компенсировать свою неудачу.
Напряжение, потрескивающее в воздухе, было достаточно ощутимым, чтобы кожа Кетана покрылась неприятным жаром. Его сердца бешено колотились, и он чувствовал присутствие Айви прямо за спиной, чувствовал, как его собственные неудачи давят со всех сторон.
— Скажи ему, что это просто для того, чтобы залечить ее раны, — спокойно сказал Диего. — Я просто пытаюсь ей помочь.
Кетан передал сообщение Диего, хотя и предположил, что Рекош уже хорошо понял, что сказал человек.
— Это должен быть мой шелк, чтобы перевязать ее раны, — прохрипел Рекош. Скованность его тела дрогнула.
Когда Кетан пересказал Диего слова Рекоша, человек покачал головой.
— Ничто из его задницы и близко не подойдет к этим порезам.
Кетан опустил подбородок, указывая на одно из одеял под Ахмьей. Оно было шелковым.
— Как ты думаешь, откуда это?
К удивлению Кетана, Диего усмехнулся.
— Черт. Ты меня подловил.
Рекош фыркнул и посмотрел на Диего прищуренными глазами. Медленно — очень медленно — он отпустил одежду человека. Уркот осторожно оттолкнул Рекоша, и он выпрямился, как только выбрался из-под низкого потолка.
Уилл и Коул стояли неподалеку с широко раскрытыми глазами и неуверенными позами, в то время как Келли и Лейси смотрели на врикса со своих мест на полу пещеры, испытывая не меньшее беспокойство, чем мужчины. Ансет и Телок тоже были поблизости, их взгляды были настороженными.
 
Кетан держал Рекоша за руку, пока они оба не оказались снаружи и Уркот не отпустил ткача.
Диего окликнул Келли и Лейси и возобновил свою работу как ни в чем не бывало.
Руки Рекоша сжались в кулаки. Он стоял, склонив голову, погруженный в нехарактерное для него молчание, переполняющие его эмоции вытекали из него с большей готовностью, чем кровь из ран.
— Сядь, — сказал Кетан, ударив передней ногой по одной из ног Рекоша. — Я осмотрю твои раны.
С молчаливой неохотой Рекош подошел ближе к разбросанным припасам и опустился на землю.
— Ансет, Телок, — Кетан посмотрел на них. — Мы должны остаться здесь на ночь, но запах крови силен. Позаботьтесь о нашей защите.
С тихими словами согласия они принялись за работу, используя ветки и колючие кусты, чтобы перекрыть подходы к пещере.
— Лейси, давай, сними повязку Айви, — сказал Диего. — Обработай ее раны.
Кетан сделал глубокий, обжигающий вдох и застыл совершенно неподвижно. Эти люди не причинили бы вреда его паре. Они помогали.
Они помогали.
Ничего хорошего не выйдет, если он ворвется в пещеру и оттеснит Лейси в сторону. Ничего хорошего не выйдет, если он будет настаивать на том, чтобы помочь Айви в одиночку.
Двое мужчин-людей, стоявших снаружи пещеры, смотрели на раненых женщин. Уилл, казалось, был в состоянии испуга, но выражение лица Коула было более жестким — мрачным и решительным, хотя и немного бледным. У него было лицо человека, который переносил трудности, который заставил себя пройти через страдания и боль, но который не привык видеть невинных, страдающих от жестокости жизни.
— Коул, Уилл, — сказал Кетан, привлекая их внимание к себе. — Разведите огонь. Маленькое пламя, — он несколько раз прошелся вдоль входа в пещеру, прежде чем постучать передней ногой по каменному полу. — Здесь.
Уилл моргнул и сглотнул.
— Огонь? Да. Хорошо, — он кивнул сам себе. — Огонь. Мы можем это сделать.
Коул несколько мгновений хмурился, глядя на Уилла, прежде чем его взгляд ненадолго переместился на Ахмью.
— Да. Без проблем. Давай, э-э… посмотрим, есть ли там что-нибудь достаточно сухое.
Когда двое мужчин начали свои поиски, Кетан почувствовал знакомое и настоятельное желание приблизиться к Айви. Другое влечение, более глубокое и свирепое, побудило его очистить окружающие джунгли от угроз, напитать корни кровью всего, что было хотя бы немного опасно для его пары. Его ярость не утихала с момента столкновения с Зурваши несколько дней назад. Битва с Когтями и Клыками на Острие Иглы не утолила его ярости; она требовала дальнейшего выхода.
По крайней мере, в этом вриксы и люди мало чем отличались друг от друга — они лучше переносили трудности и беспокойства, когда могли чем-то себя занять.
Ты скоро проснешься, моя Найлия, и я буду держать тебя в своих объятиях, пока не погаснет солнечный огонь.
Еще каких-то два полных восьмидня назад Кетан никогда бы не доверил безопасность своей пары никому, кроме себя. Ему было трудно сделать это даже сейчас, после того, как он прожил с этими людьми несколько дней, после того, как работал, охотился и выживал бок о бок с ними. Но он не мог игнорировать полученные уроки.
Он не мог сделать все в одиночку. Никто из них не мог сделать это в одиночку. И все же, когда дело доходило до пары, заявленной или нет… вриксы всегда были в состоянии войны со своими собственными инстинктами. Точно то же испытывал Кетан с того момента, как разбудил Айви и взял ее как свою.
Сталкивались ли люди когда-нибудь с подобной борьбой?
Кетан хмыкнул, потряс рукой, чтобы унять затяжное покалывание, вызванное ядом, и направился к Рекошу.
Рекош не поднял глаз, когда Кетан опустился рядом с ним. Одна из его нижних рук лежала на согнутых передних ногах, в то время как локти верхних рук опирались на верхние суставы ног. Его сгорбленная, напряженная поза делала его тело с длинными конечностями неестественно изогнутым.