АНАФЕМА: Свобода Воли. ТОМ 1 и ТОМ 2. (ЧАСТИ VIII и IX) (СИ)
— Так записано в твоём личном деле.
— Кхм… мне не нравится. Я не девочка.
— Да? Ну твоё право быть кем захочешь. Как к тебе в таком случае обращаться? — невозмутимо улыбнулась мне врач, продолжая что-то отмечать у себя на планшете.
«Класс! Значит меня зовут Катя. У-у, суки…!» — в этот момент хотелось голову себе разбить от стыда. Ведь именно там находился мозг, что придумал себе подобную судьбу.
— Зовите меня… — вот тут пришлось задуматься. А как себя теперь называть? Имя «Азраил» скорей всего не прокатит, хотя они себя как только не называют… Или всё же…? Нет, не стоит. Бог просил действовать инкогнито. — Зовите меня Владимир.
— Хорошо, Владимир. А обращение использовать в мужском роде?
— А что здесь есть какие-то варианты?
— Конечно! Мужское, женский, средний, множественный…
— Стоп-стоп, хватит, — сразу прервал я словоблудие жен… кем оно там является под халатом? От этой мысли меня вообще чуть не стошнило, — Давайте… мужским. — выдавил я наконец из себя пару слов, пытаясь отдышаться и сдержать желудок. Приступ рвоты был самым настоящим!
— Хорошо, Владимир. Как ты себя чувствуешь?
— Нор… — в горле неожиданно защипало — всё-таки и правда едва не блеванул. Ужас! — Нормально… только…
— Что? Есть какие-то жалобы? — хоть голос женщины(?) и лучился заботой, глаза её были холодными и расчётливыми, как и выражение лица. Было видно, что спрашивает она это лишь в рамках работы. Да и плевать на неё! Хоть чёртом лысым пусть будет, лишь бы дело своё знала на совесть.
— Я ничего не помню. Совсем, — я не стал изобретать велосипед, когда понял, что памяти моего носителя во мне нет ни капли. После попытки самоубийства и клинической смерти почему бы и не отговориться неожиданной амнезией? В конце-концов я и правда нихрена не знал из прошлого этого… Кати. Если всё обойдётся — это будет только в плюс, поможет оправдать странности в поведении нового меня. А коли запереть попытаются в психушке, будем думать отдельно. Как только удастся восстановить контроль над силами, вернуть мой верный «Сиг» и двух фамильяров из рода рогатых демонов, выберусь из любой задницы!
— Доктор? — скосила взгляд серьёзная голова в комбезе.
— Амнезия? Странно… Отравление было сильным, но рвотный рефлекс помог организму прийти в себя — нашли его уже в постели, в сознании. Правда мы зафиксировали остановку сердца, но была ли клиническая смерть не уверены… Но это на первый взгляд, — врач ненадолго нахмурилась.
— Вы же уверяли, что обследование было комплексным! — тотчас встала в позу моя то ли родственница, то ли опекун.
— Успокойтесь, Альбина, для обследования нейромедиаторов головного мозга потребуется отдельная процедурная! Мы не могли сделать этого в универсальном модуле.
— Это вообще входит в нашу страховку? — тотчас насторожилась женщина.
— Разумеется, нет. Серебряный полис не покрывает столь углублённое обследование нашего продукта.
— Нет, это нам не подходит! — замотала Альбина головой, — Вы сказали, что в остальном с ней… с ним всё в порядке, так?
— В общем и целом он здоров. Причин для опасений я не наблюдаю — во всяком случае физиологического характера. Если, конечно, не считать неоконченный курс гормональной терапии, — обе женщины уже стояли лицом к лицу, откровенно забив на моё присутствие. Но я не возражал — дополнительные обследования мне были нужны как третья нога. Всё шло туда… куда надо шло, в общем.
— В таком случае мы на этом и остановимся. У меня нет свободных средств для детального обследования — это слишком дорого! Поставьте диагноз, возможный в рамках тех тестов, что вы уже сделали, и покончим с этим.
— Да, но если он…
— Я прослежу, чтобы попыток суицида более не было! Корпорации «Лазарь» не о чем волноваться. Я могу подписать свои обязательства на этот счёт, с освобождением компании-производителя от ответственности, если случится рецидив. Устроит ваше руководство такой компромисс? — пожилая женщина сложила руки под грудью, встав в весьма твёрдую позицию. Походу и правда дело грозило вылиться в серьёзные расходы.
«Какого хрена меня называют продуктом? Я что, клонированный⁈» — неожиданно моё сознание догнало очень яркая, но запоздалая мысль! Это меня не то чтобы расстроило, скорей удивило. Нет, в 2100-х годах явно прогресс должен шагнуть сильно вперёд по сравнению с началом 21-го века, но не до такой же степени, чтобы клонировать людей как серийный продукт. Да и этические соображения никуда не должны были деться. Религии опять же бдят. Или всё куда хуже, чем я себе представляю?
Вскоре парочка о чём-то договорилась, исчезнув из поля зрения. Минут через десять капсула пришла в движение, в шею меня укололо пару раз тонкой иглой, вкидывая порции лекарственных средств, и купол над головой начал отъезжать в сторону.
Похоже приём у врачей окончен. Выходит вчера это был не спецназ и не группа ликвидаторов, а такая скорая помощь местного разлива? Или это мне персонально такие привилегии выдали после попытки… Кати… отъехать самостоятельно? Фу, блядь! Аж самому противно от своих мыслей.
Кабинет был небольшой, четыре капсулы и пара прозрачных стульев из какого-то пластика, стены белые, окон нет. На входе уже стоит та самая женщина, всё в том же комбезе. Выражение её лицо имело весьма недовольное, как и раньше, но больше всего просматривалась усталость. Под давящим взором карих глаз я выбрался наружу, одетый в какую-то странную пижаму, с непривычки, правда, чуть не навернувшись — ноги подкосились. Тело работало всё ещё с перебоями. Выправив положение, с едва заметным усилием начал передвигать ноги в сторону ожидающей меня особы.
— Ты помнишь меня? — оглядев меня с ног до головы, взгляд женщины чуть потеплел. Тяжко выдохнув, она опустила сложенные под грудью руки.
— Нет, сударыня. Я даже себя не помню… Где мы? Какой сейчас год?
— Сударыня⁈ Это ещё что за анахронизм? Похоже и правда голову ты себе повредил изрядно, — покачав головой, женщина ещё сильнее расстроилась, — Две попытки суицида, похоже, не прошли для тебя бесследно… Ладно уж, значит начнём всё с начала. Меня зовут Альбина Колбина, я твоя… мать. К сожалению, не совсем родная. Тебя вырастили из генетического материала моего отца, по моему заказу, внеся множество изменений и улучшений. В основном связанных с зубами, ускоренным заживлением тканей, повышенной выносливостью и мышечной силой, ну и красоте твоей тоже досталось.
— То есть я клон, — спокойно констатировал я странный факт. Неужели мир Земли и правда изменился за сто лет настолько, что женщины покупают себе детей. А роды теперь что, вообще не в почёте?
— Технически. В общем и целом ты мой родственник. Любой тест покажет родственностью связь на 99%. Да и записан юридически ты как моя… мой сын.
— Моя?
— Ты не так давно решил сменить пол. Полгода мы на эту тему копья ломали. Ты даже документы сменил, заставляя всех обращаться к себе как к девушке, а после и вовсе из дома сбежал. Я всё никак отвыкнуть не могу… — грустно улыбнулась мне мать, — Так что в электронном свидетельстве о «рождении» ты записан как Катя, человек женского пола. А вообще до сих пор поражаюсь, какая я была дура, отдав тебя в корпоративную школу! Думала, наследника себе выращу, дело передам… желала дать тебе самое лучшее. А они… А! — плотно сжав губы и махнув то ли на меня, то ли на неких «они», женщина развернулась на выход. Мне же не оставалось ничего, кроме как последовать за ней. К счастью, дальше находился тамбур, где располагалась сумка с одеждой и какими-то вещами. Лифчик, как ни странно, там тоже был, при том вполне классический. Поглядев на него с брезгливостью, и на остальную… одежду, понял что нижнее бельё моя грубая душа точно вытерпеть не сумеет. ведь и трусики здесь были вполне себе женские! Благо хоть брюки были в наличие, и можно было скрыть отсутствие нижнего белья.
Альбина помогла мне сорвать с себя одноразовую медицинскую одежду, тактично отвернулась пока я натягиваю на себя весь этот цветастый ужас, и даже обула, когда у меня возникла заминка с новомодной электронной застёжкой ботинок. Слава всем богам этот «Катя» не носил каблуки!