Ключ от Школы фей (СИ)
Бахтиярова Анна
Ключ от Школы фей
Глава 1. Белая сова
- Нет, нет и нет. Никаких университетов! Вот еще удумала!
Леди Полиана Ройс и по совместительству моя бабушка смотрела строго, а я чувствовала себя, словно ребёнок, стащивший конфеты. Чувствовала себя так, будто, правда, была виновата.
- Но я просто...
- Помолчи, Саманта! Нос не дорос, чтобы спорить со старшими!
Язык чесался напомнить бабушке, что мой нос очень даже дорос. Как и я сама. Меньше, чем через месяц мне стукнет восемнадцать, и я имею полное право поступать, как заблагорассудится. Да только... только...
- С какого перепуга тебе вообще пришла в голову эта странная идея? - не унималась моя единственная родственница, та, что вырастила меня с пеленок. - У тебя уже есть работа. И благодарные клиенты. Без куска хлеба не останешься.
- Да, но...
- Что «но»? - на меня снова посмотрели так, словно я нанесла смертельную обиду.
- Просто подумала, что дополнительная профессия не повредит, - проговорила я, глядя в пол. - Сейчас многие так делают. На всякий случай. Ты и сама не исключение. Разве в родном мире ты не обладала теневой магией? Но всё изменилось вмиг. Тебя сослали к людям, и пришлось стать травницей. Вспомнить ремесло, которому в детстве обучала мать. Оно пригодилось.
Бабушка на это только фыркнула. Мол, ты и сравнила, внученька.
- Тебя никто никуда не сошлет. Твой дом здесь. И работа та, которой я обучила. Точка.
- Да, бабушка, - кивнула я и покинула гостиную, испытывая, может, и не обиду тысячелетия, но горечь однозначно.
Хотя чего я ждала? Улыбок, одобрения? Понимала ведь, что она не придет в восторг. Потому и поступала в университет тайно, сомневаясь, что вообще зачислят. А потом
поставила бабушку перед фактом, что я теперь студентка факультета психологии, и первого сентября меня ждут на занятиях. Разумеется, она взорвалась. А как иначе?
И всё же я не понимала этого ослиного упорства относительно моего будущего. Профессии травницы бабушка обучала меня с раннего детства. Заставляла запоминать свойства растений, а позже измельчать их, правильно сушить и готовить целебные настойки. Благо клиентов у нас, впрямь, хватало. Бабушка не видела меня никем, кроме как своей преемницей. Я не сопротивлялась. Никогда. Однако время шло, и наступило осознание, что мне нужно больше. Например, самая обычная студенческая жизнь с лекциями, экзаменами, тусовками и другими безумствами.
Что до факультета психологии, я выбрала его не просто так. Клиентки, приходя на прием, вечно изливали нам души, ожидая поддержки или даже настоящего психоанализа. И неважно, что травница - не терапевт, дерущий баснословные гонорары за сеанс. Я поднаторела в искусстве слушать расстроенных дам и вставлять время от времени нужные слова. Вот и решила, почему бы не подойти к вопросу профессионально и не обзавестись дипломом. Увы, идею не оценили. Совершенно.
Я добралась до спальни на втором этаже деревянного дома и встала у окна.
- Забудь о студенчестве, Сэм, - велела сама себе, глядя, как ветер перебирает листья осины.
- Это не для тебя.
Я знала, что выполню бабушкино желание. Как делала это всегда, сколько себя помнила. И всё же злила эта вечная страсть контролировать каждый мой шаг. Нет, меня вырастили вовсе не комнатным растением. Я по праву считалась рассудительной и приспособленной к жизни девушкой, даже умела дать сдачи любому обидчику. В прямом и переносном смысле. Однако все главные решения принимала за меня бабушка. И требовала беспрекословного подчинения.
Я подозревала, что дело в истории моего появления на свет. Бабушка опасалась, что я повторю мамины ошибки. И это бесило до сизого дыма из ушей. У нас с покойной матушкой не было ничего общего. Кроме кровного родства. И я точно знала, что не пойду по ее «стопам». Я не столь «увлекающаяся» натура. И уж точно не появлюсь на пороге с ребёнком, рожденным от чужого мужа.
- Стоп, а ты еще кто? - я резко подалась вперед и ударилась лбом об оконное стекло.
И неудивительно. На другой стороне улицы на фонаре сидела... сова. Белая сова!
В мегаполисе? Серьезно?
Безумие! Сущее безумие. Пусть на нашей улочке под старыми деревьями прятались двухэтажные дома, со всех четырех сторон их теснили высотки.
Я зажмурилась, выждала пару секунд и снова посмотрела на фонарь.
Ничего. Никаких сов или других птиц. Ни обычных, ни экзотических.
- Померещилось, - прошептала я и отправилась в «лабораторию» заниматься приготовлением целебных настоек для постоянных клиенток.
Первый сентябрьский день прошел, как любой другой, ничем не запомнился. Разве что я была молчаливее обычного. Старалась поменьше открывать рот, чтобы не поругаться с бабушкой. А в голове так и крутились картины, как я сижу вместе с другими студентами в аудитории или гуляю после лекций по городу. Но я торчала дома. Занималась травками и настойками, общалась с разговорчивыми клиентками, ни словом, ни делом не показывая, как сильно недовольна.
Однако дни шли за днями, и постепенно я успокоилась. Приняла, как данность, что студенчества мне не видать. Лишь в снах из ночи в ночь я видела себя у доски, рисующей незнакомые странные символы. Да не в привычных джинсах и свитере, а в белой блузке, красной кофте, синем галстуке и плиссированной юбке в красно-синюю клетку. В весьма нетрадиционном для меня «наряде», надо признать. Вызывали вопросы и символы. Сплошные линии: прямые, волнистые и изогнутые, соединяющиеся и перекрещивающиеся. Они казались мудреными, но в то же время невероятно знакомыми, будто я знала их раньше, но забыла.
Странно? Еще как!
Впрочем, настоящие странности начались в начале октября. В день моего восемнадцатилетия. Большую часть дня я провела дома, общаясь с гостями - нашими общими с бабушкой знакомыми. А вечером упорхнула на свидание. С парнем, которого видела второй раз в жизни и не особо доверяла. Зачем? Наверное, захотелось особенного праздника. Будто я такая, как все вокруг, и у меня есть настоящая личная жизнь.
И зря упорхнула, само собой.
.. .Его звали Дэрил. Мы познакомились летним днем, когда я бесцельно бродила по улицам, наслаждаясь хорошей погодой. Мегаполис почти опустел. Насколько это вообще возможно для огромного города с вечными толпами на дорогах и летающими автомобилями в небе. Я просто шла по тихому переулку, ела мороженое и думала о всяческих глупостях, вроде романтических книг и фильмов.
Он просто спросил дорогу. Уже странность, не правда ли? Сейчас никто не спрашивает направление, у каждого есть личный навигатор в телефоне. Но оказалось, что этого самого телефона у Дэрила нет в помине. Он его потерял, а новый купить не успел. И это была вторая несуразность. Заказать агрегат можно в любом автомате, которые, как грибы, «росли» на каждом шагу. Причем, заказать в кредит, а расплатиться позже. Дроны доставят покупку в течение получаса максимум.
Сама не знаю, почему я разговорилась с парнем. Наверное, было в нём что-то такое, особенное, притягательное: глубина малахитовых глаз, умопомрачительная улыбка и легкий налет таинственности. Не успела я оглянуться, как мы оказались за столиком уличного кафе у реки и проговорили до вечера. О чем? В основном обо мне. Я, которая обычно не откровенничала даже с хорошо знакомыми людьми, заливалась соловьем. Поведала столько всего, что сама пришла в ужас. Дэрил слушал очень внимательно, зато о себе почти ничего не рассказал. Только то, что прибыл в город недавно и еще толком не успел обустроиться. А еще, что очень хочет продолжить наше знакомство.
Я оставила ему номер телефона. Он свой по понятным причинам дать не смог, но обещал позвонить утром, чтобы договориться о новой встрече. Но так и не объявился. Ни на следующий день, ни через неделю, ни через месяц. Звонок накануне дня рождения застал врасплох. Дэрил извинился, сказал, что вынужденно уезжал из города, но вернулся и, если я не слишком сильно его ненавижу, готов искупить вину.