Пожиратели миров. 5 том (СИ)

— Мужчины не сплетничают, мужчины делятся информацией.
— Пф-ф-ф… — Катэрия едва надула щёки, сдерживая улыбку. — Как скажешь, Грант. Могу поспорить, они гадают, кто ты и почему находишься на этом празднике. А если они узнали меня, то обсуждают, какая же я распутная девка.
— Откуда знаешь?
Она красноречиво посмотрела на меня.
— Я тоже девушка, Грант. Думаешь, я не сплетничаю? Мы можем пойти и немного потанцевать, если хочешь.
— Я не умею.
— Не умеешь? А как же выпускной, где все танцуют?
— Заучил движения, не более, — ответил я. — Но под такую музыку я вряд ли смогу станцевать. И да, я хотел спросить: если мы находимся во дворце правителя государства, это не значит, что и он должен здесь присутствовать?
— Может будет, а может и нет, — огляделась Катэрия. ­— Наш государь занятой человек, так что не всегда может присутствовать на подобных мероприятиях. Однако его дети вполне могут быть где-то поблизости.
Дети — это старшая дочь, средний сын и младшая дочь. Старшей было тридцать. Зовут Дальсилия и, как мне известно, она уже вышла замуж и имела одного ребёнка. Среднему двадцать один, имя Вальцелав, он холост и учится в университете. Младшей семнадцать, звать Мисси, и она ещё в школе.
Их отцу, государю государства Тринианского был уже шестьдесят один в то время, как государыне было пятьдесят семь. Сейчас он был правителем, однако здесь, как я понял, не было принято сидеть до самой смерти на троне. Обычно, когда наследник был готов, государь уступал ему место и был своего рода наставником, который помогал своему сыну управлять страной. Интересный способ, грубо говоря, позволяющий сыну втянуться, прежде чем всё ляжет на его плечи.
Причём здесь, в этой стране право правления передавалось по наследству. И наследовалось оно не по возрасту, а по полу, поэтому на трон следующим взойдёт не старшая дочь, которая уже имеет свою семью, а средний сын.
Предположу, исходя из банальной логики, что присутствовать будет как минимум, сам сын государя, Вальцелав Максидос, так как он следующий наследник, ему надо показывать себя перед своими будущими подданными. Что касается остальных, то, возможно, их и не будет. Одна уже замужем, другая слишком молода для бала.
— Хочешь увидеть будущего государя? — спросил я.
— Я уже видела его. Один раз. Я приехала в столицу на охоту, так как здесь был сильный прорыв, и работала с Вульфенбергами. И мне удалось издали увидеть его.
— Никогда не думала попытать счастья?
— Выскочить замуж за государя? — она красноречиво посмотрела на меня усмехнувшись. — Не беря мой возраст, я уже как бы… наскакала себе замуж. Возможно, Али бы подошла, но поверь мне, Грант, претенденток, что хотят отдать свою руку ему, их… сотни, если не тысячи. И при всех преимуществах Али, коих много, они будут выигрывать просто из-за своего более высокого уровня.
Если аристократы равны между собой, то это не значит, что они равны во всём. Кто-то будет более влиятельным, кто-то менее, и сразу понятно, на ком будет выгоднее жениться. Даже пример с оружием, где одним можно больше других, говорит о тех невидимых границах, что разделяют аристократов.
­Музыка сменилась, настала небольшая пауза между танцами, позволяющая перевести дух, и подготовиться к новому раунду плясок. Я ждал, когда Барбинери или меня попросят подойти, чтобы наградить за спасение охотников. После этого, возможно, будет возможность невзначай поговорить с собравшимися здесь, найти знакомства…
— Ой-ой-ой, кто это тут у нас спрятался у стола?
…за исключением тех, что мне хотелось избежать, что теперь навряд ли.
Какие люди…
Ты её заметил и не предупредил?
А была бы какая-либо разница, предупреди я? Что, бросился бы бежать от неё?
Тоже верно. Потому что я сразу узнал голос и, оборачиваясь, поздоровался:
— Добрый вечер, госпожа Фоксруд, не ожидал вас здесь встретить, — чуть поклонился я.
— Я тоже, господин Барбинери. Рада видеть вас на этом вечере и знать, что вас пригласили, так как подвиги надо поощрять. Возможно, наше государство приобретёт очень ценного охотника, — улыбнулась она.
 
Может эта Фоксруд и начал обращаться ко мне уважительно, но голос и манера обращения с прошлого раза не изменились. Ни интонации, ни взгляд, ни улыбка — она видела во мне всё того же парня с улицы, просто сменившего фамилию.
— Какой взлёт, какая крутая карьерная лестница, — продолжала она. — Признаться честно, мне даже завидно немного. А это кто у нас тут? Никак блудная дочь Катэрия из дома Голд?
— Добрый вечер, — слегка поклонилась Катэрия.
— Добрый, добрый… вижу, господин Барбинери не мелочился, и пострел везде поспел, да? — усмехнулась она хитро. — Что ж, раз у нас такая неожиданная встреча, как насчёт одного танца? Дорогая, я украду у тебя твоего будущего мужа? Да? Спасибо.
— Я не говорил, что хочу танцевать с вами, — негромко произнёс я.
— Но тебе придётся, Грант. У меня есть пара вопросов, и ты ответишь на них. Здесь или в другом месте. И я пока предлагаю тебе здесь, поэтому идём и потанцуем, пока твоя подружка здесь постоит.
Было понятно, что Фоксруд всё известно, и насчёт меня она держит всё под контролем. Ей уже известно и про Катэрию, она знала и обо мне, хотя письмо с решением о принятии меня в семью пришло только сегодня. Уверен, что про активную броню и корабль Фоксруд тоже хорошо осведомлена, зная, что конкретно у нас есть.
Вопрос лишь в том, о чём она хочет меня расспросить. О костюмах, так как аналогичные напали на охотников, или про нашу войну. Собственно, это сейчас и станет ясно.
— Грант, иди, — негромко, но настойчиво произнесла Катэрия, но я и без неё понимал, что мне не открутиться.
У Фоксруд была власть от государства, она была в своём праве, поэтому глупо сопротивляться тому, что не можешь остановить. Куда логичнее от него убегать.
— Разрешите пригласить вас на танец, госпожа Фоксруд, — протянул я руку. — И сразу предупрежу, что я не умею танцевать.
— О, это так мило с вашей стороны, — разулыбалась она, одной рукой коснувшись груди, а другую протянув мне. — Я вся ваша на ближайший танец. А вы мой…
Меня сопроводили в центр зала к остальным танцующим, и музыка начала литься со всех стороны. Мы начали танцевать.
* * *
Катэрия проводила Гранта взглядом. Она знала эту женщину, уже видела её один раз и тогда спросила у отца, кто это. Тогда он сказал, что она, по-видимому, из секретной службы государя. А это значит, что у Гранта просто не было права отказывать ей. Она под прямой протекцией их правителя. Любой, кто сделает ей что-то, может считать, что сделал это самому государю.
А за такое не прощают.
Поэтому у Гранта не было выбора, как и у Катэрии, хотя она всё же бы хотела, чтобы первый танец на этом балу был у него с ней. Как-никак, по взаимности или по случайности, но теперь она его невеста.
Катэрия молча наблюдала за тем, как те кружились в танце, после чего отвернулась к столу с закусками. Гранту надо отдать должное, она никогда не обращал внимания на закуски, и только сейчас по достоинству оценила их. Лёгкие и приятные на вкус, пусть и не все, они были хорошим дополнением к балу.
Попутно она искала и бокал с чем-то безалкогольным, однако здесь ей пришлось попросить уже официанта принести что-нибудь. Пить во время беременности она не собиралась.
— А вы… случайно не из дома Голд? —­ внезапно раздался позади женский голос.
Катэрия обернулась к трём девушкам, которые сбились вместе и сейчас разглядывали её, как что-то необычное и интересное. Две были чуть старше неё, а третей было около тридцати, что в принципе и не бросалось в глаза.
— Да, это я, — слегка поклонилась она. — А с кем имею честь…
Многозначительная пауза, и девушки улыбнулись.
— Я госпожа Борзью, — она указала рукой на соседку, — госпожа Флиндер и госпожа Корсакова. Думаю, вы нас не знаете, но мы слышали о вас, госпожа Голд. Вы охотница, верно?