Пожиратели миров. 5 том (СИ)

— Думаю, мы очень похожи, — не стал отрицать я. ­— По сути, мы все одни и те же убийцы. Не знаю, сказала и вам Финисия или нет, но она умеет определять их по ауре. Она ассоциирует это с запахом. И моя аура очень похожа на их, пусть и в разы слабее.
— Она упоминала, — кивнула Марианетта. — Финисия рассказала, что ты приходил к ней и расспрашивал о том, что в действительности случилось и почему она получила свободу.
— А вам она рассказала о своём заключении?
— Естественно. Ведь я её мать, — приобняла сильнее Финисию Марианетта.
— И вас это не смущает? Тот факт, что я могу оказаться одним из них?
— Ну… мой небольшой опыт и внутреннее чутьё подсказывает, что, как бы то ни было, ты не один из них, — улыбнулась она мягко. — Обидно получить пулю. Ещё обиднее так и не увидеть дочь умерев. Но всё обошлось. Я сомневаюсь, что ты хотел подобного. Я ведь так или иначе нужна тебе.
Ну тот факт, что я рассматриваю её как инструмент достижения определённых целей, Марианетта понимает. По крайней мере, не дура, что уже радует.
— Вы понимаете, что с ней пытались сделать? — решил уточнить я.
­— Переселить душу? Как бы это странно ни звучало, но Финисия именно это и рассказывала.
— Думаю, это наиболее точное научное объяснение — переселение души в чужое тело, — кивнул я. — Его проводят в семнадцать—девятнадцать лет, когда организм человека ещё слаб для сопротивления, но крепок, чтобы пережить операцию. У вашей дочери редкий дар сопротивляться этому. Это и спасло её. Другим везёт меньше.
— Это ты хотел выяснить? Переселили ли в неё чужую душу?
— Да. Я уже сталкивался с этим и не раз. Ваш сын, его похитители как раз для этой операции и ждали, пока он повзрослеет, чтобы сделать то же самое. Ваша же дочь… ей как раз исполнилось девятнадцать, и они взялись за дело.
Марианетта прижала Финисию ещё крепче, отчего та что-то промычала и заворочалась.
— Самый первый вопрос, который я хотел задать — зачем кому-то могла понадобиться дочь? — спросил я.— Нет, даже не так. Ваша дочь была с чем-то связана, ради чего вместо неё хотели поставить другого человека?
— Связана?
— Может она была помолвлена? Или с кем-то слишком тесно дружила?
— Я… не могу так сказать, если честно… — покачала она головой.
— Или может причина в вас?
— Ну причина-то явно в нас, — её улыбка стала печальной.
Почему я уверен, что дело именно в дочери: если им нужна была эта семья, то они бы убили всех мужчин, а старшую дочь под угрозой смерти родных заставили выйти замуж за своего человека, который и стал бы главой дома. Если нужно захватить дом, есть более быстрые и простые способы, чем вот так долго внедрять человека. А желай они избавиться от Барбинери — уничтожили бы их полностью.
Может они хотели незаметно для всех заставить дом перейти на их сторону, а не так открыто? Тогда надо было решать вопрос с Марианеттой, так как она так или иначе будет главным препятствием, как глава после мужа. Например, попробовать вселить в неё демона. Или под страхом смерти её детей просто заставить делать что скажут, так как, когда я её встретил, она была именно той, кто подчинился бы беспрекословно.
А здесь они хотели под шумок вернуть в семью дочь. Вернуть демоном. Она бы не смогла управлять домом сразу — мать жива. Убила бы мать? Так почему сразу этого не сделать, а к дочери не приставить своего человека? Значит важна не семья Барбинери, а именно дочь. И дело явно не в её способностях, которые естественное оружие против демонов.
Что знает дочь, чего не знает никто другой? Вернее, не так. Что может сделать дочь, чего не сможет сделать никто другой?
— Поговорите с дочерью, — попросил я. — Выясните, что именно в ней такого особенного, почему её хотели захватить. Может она знает кого-то? Общается с кем-то? Или быть может ещё что? Расспросите. И я могу осмотреть её комнату?
— Да-да, конечно, Грант, если это поможет тебе.
— Благодарю вас, — кивнул я. — Есть ещё несколько вопросов, которые нужно решить как можно быстрее. Первый — нам нужна плата. Знаете, как для компьютеров. Надо, чтобы её где-нибудь распечатали. Я подумал, что у вас, как аристократки, есть связи или знакомства. Может где-нибудь на заводе можете попросить?
 
— Ну… я не сильна в этом, — честно призналась она. — Но думаю, не надо быть аристократкой, чтобы договориться о таком.
— Думаете?
— Уверена.
— Ладно, хорошо, — я сделал в голове пометку. — Тогда следующий вопрос. Вы можете сделать меня Барбинери в самое ближайшее время?
Вот здесь Марианетта удивилась не на шутку.
— Тебя?
— Да, вы же предлагали, вот я и согласился.
— Нет-нет, я просто удивлена, что ты так внезапно загорелся желание стать аристократом, Грант. Частью моей семьи, — но судя по улыбке, она была очень довольна моей просьбой. Прямо, кажется, стала чуть больше. — В чём причина?
— Вот тут появляется третий и четвёртый вопрос, Марианетта, — вздохнул я. — Так случайно вышло, что я похитил Катэрию.
— С-случайно? — заморгала она. — Погоди, Катэрию Голд? Из дома Голд?
— Да. Она сейчас в комнате под охраной.
— Но как? Откуда? И главное, зачем?
— Я хотел её спасти. И дело в том. Что случайно я похитил не только её, но и Джеферсон Голда.
— Ох ты ж б… кхм-кхм, то есть я крайне удивлена, признаюсь честно, — медленно произнесла Марианетта, глядя на меня неверующим взглядом. Ей потребовалось секунд десять, чем собраться с мыслями. — Я… я хочу узнать, каким образом ты случайно похитил их обоих, Грант.
— Дело в том, что Катэрия беременна…
— Катэрия? Она беременна? — кажется, сегодня Марианетта наудивляется на всю оставшуюся жизнь.
— Да.
— Бедная девочка… вернее, это радостная новость, но мне что-то подсказывает, что это произошло без ведома отца, ведь она ещё не замужем. А… ты случайное не знаешь, от кого? — подалась она вперёд, светясь женским любопытством.
— Я знаю его лично, — нехотя признался я.
— И кто это?
— Я.
Она как склонилась ко мне, так и замерла всё с тем же выражением лица.
— Грант, Катэрия беременна от тебя? — медленно переспросила она.
— Да.
— И ты похитил её вместе с отцом?
— Да.
— Грант, ты хочешь развязать войну?
— Нет.
— Так… — она помассировала себе виски, пытаясь собрать всю полученную информацию. — Так, хорошо, я понял. Грант, давай-ка ещё раз, расскажи мне с самого начала. С того самого момента, как Катэрия начала носить под сердцем твоего ребёнка и до момента с похищением.
Подумав, что скрывать особо нечего, я начал свой длинный рассказ. Начал прямо с того момента, как мы начали взлёт, и одна девушка откровенно презирала предупреждающие жёлтые надписи на главном экране, посчитав, что аристократке не пристало обращать внимание на подобные мелочи. Следом о нашем падении, о её просто шедевральной помощи, которая закончилась потерей моего зрения, небольшой операции, а под конец отравлением газом и нашим сексом.
Потом я рассказа всё, но уже со слов самой Катэрии, как она не смогла провести аборт, а после как все об этом узнали, и отец её выгнал из дома. Закончил я самим похищением.
— Поэтому сейчас он сидит у нас под охраной в подвале, а мне нужна ваша помощь.
— Так… — задумчиво протянула Марианетта. — Мне кажется, что что-то слегка не сходится, Грант. Возможно потому, что ты не сказал, в чём заключается четвёртый вопрос, о котором ты упоминал.
— Да, четвёртый. Мне нужно кольцо.
— Кольцо… так, погоди-ка… — начала она понимать. — Ты хочешь…
­— Я хочу сделать предложение Катэрии.
Марианетта замолчала, глядя на меня удивлёнными глазами. Я не мог понять, какие эмоции в ней сейчас играют.
— Я… поздравляю тебя, Грант, — наконец произнесла она. — А она согласна?
— А у неё есть выбор?
— Погоди, — нахмурилась Марианетта. — Тебе не кажется, что это слегка некрасиво по отношению к ней?
— Речь не о том, красиво или нет. Мы оба под ударом, и сейчас уже нет времени разбираться, что чего хочет. Иначе ей аборт сделают, у нас война будет. Если она хочет спасти своего ребёнка, то ей придётся чем-то поступиться.