Братик

Мысли об Ольге старательно гоню, но это бесполезно. После того вечера прошло пять дней, и мы обходили эту тему, ограничиваясь рабочими моментами. Но она точно ждёт моей реакции. Понял я это, когда наш прекрасный главбух довела мою помощницу до форменной истерики. После этого Аня напрочь отказалась ходить в бухгалтерию. Женя тоже спасовал, вот и приходится теперь мне решать все вопросы с бухгалтерией. Смотрю в очередной раз на свою любовь и понимаю, что выбор делать придётся. Хорошо, что есть мир Дёмки, который стал для меня самым настоящим спасением. В противном случае я бы просто сошёл с ума. А может, я уже?
– Звать его Михаил Красный, но настоящее имя не знаю.
Пару дней, может, из-за общей усталости, мне вообще не снились никакие сны. А здесь только закрыл глаза и сразу оказался в своих грёзах. Сидим в гостиной дома Шафонского и обсуждаем сложившуюся ситуацию. С утра сходили в бывший дом Марии и решили вопрос с покойниками. Представитель слободы особо не вякал, понимая, что они тоже виноваты. Местные решили власти к процессу не подключать, а тела зароют в общей могиле.
Стоящий на коленях с завёрнутыми за спину руками мужичок очень хотел жить. Он уже не был так самоуверен, когда пытался рассказывать сказки, что он отец Глафиры. В общем, мы с ближниками прикинули и решили, что надо самим нанести удар по разбойникам. Ещё месяц и все тати разбегутся по лёжкам. А нам не очень хочется ходить и постоянно оглядываться, ожидая удара в спину. И я больше переживаю за Машу и её дочек, мы отобьёмся от кого угодно.
В комнате также присутствует Мария, которая с ненавистью смотрит на пленника. А она на самом деле очень красивая. Лицо уже не искажено испугом, только синяк на лице портит общую благостную картину. Девчонки сегодня познакомились со всеми жителями усадьбы и помогают Степаниде на кухне. Вроде как успокоились, если это возможно.
Второй пленник был непростым товарищем, да и бойцом искусным. Поэтому мы решили допросить более трусоватого на вид Алексея. Кололся он со всем старанием и сдавал нам банду с потрохами. Ватага некоего Красного недавно начала промышлять на нижегородском тракте, перемещаясь зимой в города. Муж Маши был их связным в Москве, но основные дела у товарищей были ближе к Арзамасу. Сейчас работники ножа и топора располагались в паре-тройке переходов от Москвы, готовясь напасть на какого-то купца, дабы потом уйти в отпуск. Ярмарки и прочие торжища сейчас в самом разгаре, поэтому торговый люд усиленно снуёт по своим делам.
– Давай так, Алексей, – говорю разбойнику через некоторое время. – Поможешь нам взять всех людей твоего атамана, отпущу. Детей ты не трогал, а это для меня главное. Хочешь, побожусь, но думаю, моего слова достаточно. Но и ты сам подумай, если захочешь предать. Умирать будешь очень долго и мучительно.
Какие времена, такие и нравы. В принципе, я бы и в XXI веке не церемонился с подобной публикой. Но у нас же общество типа толерантное и всякие педофилы с убийцами сажаются на какие-то смешные сроки. Их ещё содержат за счёт простых граждан. С ужасом вспоминаю деятельность Приставкина и подобной ему сволочи, когда их комиссия оправдывала откровенных убийц. Здесь всё было проще, хотя преступников частенько толком не ловили. Вот мы и решили помочь пейзанам. На самом деле у меня были и ещё планы, но это уже решим в процессе.
Выдвинулись мы на следующий день рано утром. Арендовали вместительные сани у одного купца. Я изображал купца, одевшись соответственно, а Пахом моего приказчика и возницу. Братья оделись с намёком, что они охрана. Щеголять в казацком одеянии – значит привлекать к себе ненужное внимание. Кони, застоявшиеся в последние дни, бежали резво и под копытами похрустывал снежок. Нынешняя Москва – это немного иной город и не поражает своими размерами, поэтому мы быстро покинули её пределы. Маршрут спланировали заранее и ориентировались на то, что до расположения банды нам четыре или даже пять переходов. Лошадям нужно отдыхать больше людей, поэтому решили не мучить животинок. Запаслись провиантом и вооружились как в более долгий поход, взяв побольше пороха, вдруг будет долгая перестрелка. Разбойники сейчас переместились в окрестности Петушков моего времени, вернее, Новоспасского монастыря, вот и будем накрывать малину на месте базирования.
 
Шафонский вначале был категорически против нашей акции, но выслушав историю, проникся и помог с документами. Несмотря на отсутствие вменяемой полиции, контроль над путешественниками осуществлялся. Это карету с каким-нибудь графом никто не тронет. А четырёх вооружённых псевдокупцов в сопровождении мутного типа всё равно остановят. Вот мы якобы ехали по поручению главного врача госпиталя. Шли споро и выдерживали график. Останавливались на постоялых дворах. За Алексеем следили очень внимательно, не оставляя его даже в туалете. Вроде никаких знакомых по дороге он не встретил. Не хотелось бы самим угодить в капкан, всякое может быть.
Вообще, я почитал кое-что о ситуации с разбойниками в Российской империи. Нижегородское направление и окрестности Арзамаса славились достаточно известными личностями, сбивавшимися в весьма крупные ватаги. И у бандитов была поддержка местного населения. Эти самые крепостные весьма охотно снабжали лихих людей продуктами и предоставляли им убежище. Так что всё весьма неоднозначно.
В то, что Алексей встал на нашу сторону, стало понятно после одного разговора.
– Есть у Красного помощник. Держит небольшой гостевой дом недалеко от поворота с тракта. Останавливаются у него там купчишки помельче да прочий подобный люд. Звать его Харлампий, но ребята как-то его назвали Кокорой. Видел я его всего раз, но сразу скажу – непрост он. Страшный человек, – от воспоминаний пленника передёрнуло.
В принципе логично. Нападать на крупные караваны и значимых людей дело опасное. А щипать мелких торговцев вполне себе может прокатить. По словам Алексея, самой ватаге не более двух лет. Вернее, тогда Красный начал её сбивать. В основном она состоит из беглых крестьян и дезертиров. Если действовать грамотно и вдоль всего тракта, то вполне реально остаться незамеченным.
Дорога была достаточно оживлённая в обоих направлениях, и главное – мы не привлекли внимание властей. На последнем постоялом дворе решили определиться с диспозицией, кого атаковать в первую очередь. Углубиться в лес и постараться незаметно подобраться к лежбищу разбойников или сначала прощупать держателя гостевого дома. В принципе мне всё равно. В этом мире я превращаюсь в какого-то отморозка, готового резать глотки и особо не задумываться о последствиях. Будет ли это трактирщик или атаман? Другой вопрос, что первый может оказаться невиновным или быть связанным с властями. Я к этому отношусь спокойно, так как сам в бегах, а вот парней подставлять не хочу. В итоге решили нахрапом брать гостевой дом, а далее сразу двигаться на север в одну из деревенек, где окопались тати.
К дому подъехали ближе к вечеру. Нормальный такой одноэтажный домик, окружённый стеной. Участок не особо большой и, судя по строениям, не рассчитан на много гостей. Пропустили нас без вопросов, ворота открыл плотный такой мужик в зипуне и малахае. Особо ничем не примечательный, обычный местный житель, вот глаза у него уж больно внимательные. Больше похож на охранника или как раз на разбойника. Алексею мы обвязали лицо, будто у человека разболелись зубы. Не знаю, хватит ли такой маскировки.
– Проходите, гости дорогие, – произнёс скрипучий голос из полутёмной прихожей.
Тусклый свет от зажжённых свеч не давал нормально рассмотреть хозяина, который быстро отошёл вглубь помещения. Запахи из избы шли самые разнообразные, но превалировали ароматы еды. Ну, уже хорошо, не похоже на какой-нибудь притон.
– Трое в комнате, двое стоят за стеной. Враги, – вдруг прозвучал в голове голос братика.
А вот этого я не ожидал. Думал, будет время осмотреться и попробовать понять, что за человек хозяин. Ну ладно, начинаем работать по более жёсткому варианту.