Братик
Глава кавалькады был на роскошном кабардинце вороной масти. Одет он был в зипун с золотой вышивкой, на бедре висели богато инкрустированные ножны, за поясом пистолет. В общем, несмотря на молодость, товарищ явно большая шишка и выглядел весьма эффектно. Внимательно осмотрев нашу орду, он ощерился и произнёс:
– Любо мне видеть, что по первому зову сразу откликнулось столько молодых казаков! У нас наконец-то появилась возможность уничтожить хана Крымского и заодно взять большой дуван [8].
Не знаю, что сильнее возбудило народ – возможность уничтожения давнишнего врага или его ограб-ления. Для приличия сделал лицо попроще и поорал вместе со всеми. Далее пошли уже организационные вопросы. Постановка на довольствие, распределение, где нам жить до начала похода. Когда все бюрократические формальности были решены, и мы выдвинулись к месту базирования, я решил уточнить кое-что у напарника.
– Пахом, я так понял, это наш атаман? А чего казаки так бурно его встретили?
– Это же сам Иловайский [9]! – восторженно воскликнул казак.
Глава 9
Мы с Пахомом не стали останавливаться вместе со всеми в нескольких больших куренях, которые выполняли аналог казарм. Не хотелось жить в забитом под завязку помещении. Во-первых, никто не отменял различных насекомых, начиная c клещей и заканчивая обычными вшами. Во-вторых, я даже боялся представить, какие запахи исходят от десятка парней, проведших несколько дней в дороге. Не уверен, что они и раньше толком мылись, а сейчас потом шибало покруче, чем от коней. Страшно представить, как пахнут их портянки. Деньги есть, даже более чем достаточно. Уточнял я здесь местные расценки, если не покупать оружие или коня, то на мою наличность можно прожить год, а может, больше. Как вариант, продать одну из сабель, всё равно из меня рубака никакой.
Дал задание напарнику подыскать недорогое и чистое жильё, где можно перекантоваться ближайшие три дня. Тот сразу метнулся, обещая договориться с какой-то Ульяной, которая сдаёт угол приезжим. Я же продолжал с интересом наблюдать за местными. Народ посплетничал и начал постепенно расходиться по своим делам. Поймал на себе пару заинтересованных женских взглядов. А чего? Мы с Дёмкой просто красавцы. На хуторе было небольшое зеркало с ручкой, отделанное какой-то костью. Попросил у хозяйки и нормально рассмотрел своё здешнее лицо. Светлые волосы, голубые глаза, отнюдь не деревенский вырожденческий типаж, а вполне себе благородные черты лица. Если взять в расчёт чистую кожу, то вообще самый настоящий красавчик. Меня тогда ещё посетили мысли, что не всё так просто в происхождении братика. Может, кто-то из его родителей барские дети. В этом времени с этим делом просто, повалял молодую крестьянку, дал за неё в приданое корову и выдал брюхатую замуж. Улучшил породу, так сказать. А можно просто попользоваться и сплавить без всякой компенсации. Да и частенько среди слуг в поместьях встречаются дети дворовых, подозрительно похожие на отпрысков хозяина.
Братик уловил ход моих мыслей и радостно заскакал, выражая полное согласие с моими выводами, что мы самые настоящие красавцы. Вопросы происхождения его мало волновали. Я улыбнулся и подмигнул одной из молодух, активно стрелявшей глазками, и получил в ответ улыбку. Мазнул взглядом по неприятному такому казаку. Лет тридцати, вроде одет нормально, но уж больно он смахивает на крысу. Мелкие черты лица, весь какой-то дёрганый и смотрит исподтишка. Может, приревновал к одной из дам, кто его знает. А вообще, он похож на мелкого и дешёвого гопника из моего времени.
Тут прискакал Пахом и подтвердил, что можно остановиться в местном хостеле. Разместили нас в скромной пристройке, которая зимой, наверное, выполняла функции кладовки. Небольшое окошко, забранное какой-то мутноватой плёнкой, тем не менее давало достаточно света. Две лежанки, табурет, подобие вешалки, грубо сколоченный сундук – вот и вся обстановка. Питаться договорились у хозяйки, коней тоже разместили в её сарае.
Зато у Ульяны на подворье была баня. Пусть маленькая, куда входишь, согнувшись в три погибели, и топится по-чёрному. Но мы с Пахомом сразу решили, будем париться. Но сначала занялись конями, тоже не самый лёгкий процесс. Благо мне помог Колька, двенадцатилетний сын хозяйки. Распрягли, почистили, натёрли мазью потёртости на коже. Натаскали воды, залив её в деревянную бочку для бани и поилки нашим животинкам. А затем приступили к процессу помывки. Напарились от души. Я хорошенько отскоблил себя золой, стирая трёхдневную грязь. Также заставил нормально помыться Пахома и Кольку, который составил нам компанию. Надо чего-то решать с мылом, как-то не очень мне нравятся местные моющие средства.
Чистые и довольные, в свежих рубахах, отужинали простой местной снедью. Сразу обратил внимание, что тут в основном ели кашу и рыбу. Дёмкин желудок на подобную пищу реагировал положительно, а я особо не привередничал. Далее выпили взвара из ароматных травок и пошли спать.
С утра интенсивно потренировались, позавтракали, и я начал расспрашивать Пахома о ситуации с торговыми рядами в городе. Следом задал вопрос о предстоящем дальнем походе и возможных трудностях. Торговля здесь не только имела место, но и процветала, хотя городок постепенно утрачивает своё былое значение. Пальму первенства перехватывает Ростов. А вот с походом всё сложнее. Двинемся мы немного окружным путём, и только до Днепра предстоит отмахать вёрст пятьсот. С учётом того, что идти будем по летней степи, а не вдоль рек, то переход будет тяжёлым, в том числе для коней. Хотя трава ещё не высохла и корм для животных будет, но с водой могут возникнуть проблемы. Деваться всё равно некуда, значит, будем готовиться и слушать советы бывалых казаков.
Местный базар производил приятное впечатление своим многолюдьем и ассортиментом товаров. Торговля кипела вовсю, даже военные действия не повлияли на её интенсивность. Как объяснил Колька, которого мы взяли в качестве гида, оптовая торговля шла возле порта, а здесь в основном были лавки и навесы. Шум, гвалт, выкрики на разных языках, пестрые наряды. Откуда-то доносился запах жареного мяса, от соседнего навеса пахло копченой рыбой. Дёмка радостно запрыгал и начал комментировать совершенно новую в его жизни картину.
– Николай, – говорю нашему гиду, – мне нужен продавец перца и вяленого мяса. Так что давай не зевай и помогай искать.
Долго бродить не пришлось. Несколько мешочков специй купил у коренастого и усатого купца в халате, похожего на перса. Хотя кто их разберёт, может азер, хотя такой нации вроде ещё нет. Цены, скажем так, немаленькие, но терпимые. Мясо, похожее на бастурму, купили у самого настоящего татарина или ногайца. Я в местных раскладах разбираюсь не очень, но намешано здесь столько всего, что вникать очень долго. Есть дружественные татары с ногайцами, которые живут в собственных станицах и стойбищах. В поход они ходят против своих собратьев вместе с казаками и не видят в этом ничего зазорного. Это меня уже на обратной дороге просвещал Пахом.
Бастурма оказалась хороша. Съели прямо в лавке несколько кусочков. Вообще, местные натурпродукты – вещи весьма спорные. Тот же хлеб на вкус не очень, каши тоже на любителя. Рыба мне нравится, курица нет, а мясо толком ещё не пробовал, кроме вяленого. Продавец упаковал нам покупку в мешок. Казы тоже у него купили, хотя сейчас и не сезон для этого продукта. Очень жарко и скотину забивают осенью. Потому и цена получилась немалая, судя по тому, как округлились глаза моего напарника и последовавшим эмоциональным торгом. В других лавках приобрели нательное бельё, несколько брусков мыла, тканей типа бинтов, иголки, нитки, решётку для жаровни, небольшую сеть и ещё кое-какие мелочи. На выходе с базара у опрятной с виду тётки взяли пирожки с рыбой и сразу их съели. После поедания местного фастфуда довольные двинули в сторону дома Ульяны.