Цена светлой крови
Мысль о Чени словно заставила видения двинуться вперед - девушка и крепость за ее спиной исчезли, вместо них раскинулся океан, п в его лазурных водах Джумин увидел пять кораблей под разноцветными парусами. Потом картины замелькали стремительно, с нарастающей быстротой: бухта с черепами и скелетами шо-камов, лизирская саванна и поселок чернокожих дикарей, извилистые фиорды Иберы, рыжеволосые воины на вороных лошадях, строительство города - кажется, Лондаха (Джумин узнал его по приметным мостам через Тейм), битва па ступенях храма - опять сражались одиссарцы и тасситы, а в гавани, за широкой площадью, пылал трехмачтовый драммар. Осыпались пеплом его паруса, рушились стройные мачты, горела палуба из розового дуба, умирали мореходы, но еще гремели метатели, били ядрами в атакующий флот, не пускали в гавань чужие галеры.. Где и когда случился этот бой было неведомо Джумииу, но он вдруг преисполнился гордости и торжества, будто сам рубил тасситов у храмовых ворот, пронзал их копьем или стоял на горящей палубе у раскаленных бронзовых метателей. Все на свете имеет свою цену, как сказано в Священных Книгах; за плащ из шерсти платят серебром, за полные житницы - потом, за любовь - любовью, за мудрость - страданием, за жизнь - смертью... Что-то великое свершалось в тот день в битве у храма, и за жизнь платили как положено - честной смертью.
Досмотреть, чем кончи лось сражен не, Джум пну не пришлось - лязгнули засовы, стукнула дверь, и он вышел из транса. В камере шелестели голоса:
- Он сидит так весь вечер и всю ночь, господин...
- Не взял похлебку...
- Нe ел и не пил...
- Господин не должен гневаться, что его позвали...
- Может, он болен, может, умирает...
- Мы не знаем, что делать... Господин запретил с ним говорить...
- Господин сказал: звать, если будет странное...
- Господин не сердится на своих слуг?..
Джумин открыл глаза. Перед ним стоял батаб - тот самый, из Росквы; в уши ему шептали два служителя- туванну, а за широкой батабской спиной маячила в коридоре стража. Выглядел батаб не лучшим образом: левая рука на перевязи, глаз заплыл, бровь рассечена. Когда он шагнул к пленнику, стало заметно, что двигаться ему нелегко - похоже, с ребрами тоже не все было в порядке.
Не поднимаясь с пола, Джумин осмотрел своего похитителя, усмехнулся и промолвил:
- Она обещала тебе неприятности? Ну, ты их получил. И, думаю, еще получишь!
* * *
- Он не прилетел, досточтимый, - произнес целитель Ират, глядя на встревоженное лицо Нцклеса Джумы. - Перед посадкой в Шанхо он беседовал с Рикаром, сказал, что будет в Куате на следующий день. Но его нет.
- Возможно, задержался в Инкале? Осматривает город?
- Исключено. Я связался с обоими портами, китайским, где его видели, и арсоланским. Он спешил, нанял небольшое судно с вертикальным стартом, чтобы сесть в Инкале, дозаправиться и прыгнуть через горы в Куат. Но его корабль в Инкале не появился.
Лицо Никлеса на небольшом экране было величиной с ладонь, но Ират видел, как он обеспокоен. Его тоже мучила тревога. Ханайский банкир переживал за родича, а у целителя причин для терзаний имелось больше, целых две: первая - Джумин исчез, вторая - свой долг он не исполнил. Долг заключался в том, чтобы охранять Джумина, и был для него делом чести, не говоря уж о том, что к своему подопечному он питал самые теплые чувства. Шесть лет назад, когда старый Катри Джума обратился к своим бритунским компаньонам, те выбрали Ирата - и не только потому, что он единетвенный целитель в семье банкиров и предприниматей. Он был силен и ловок, служил в войсках Бритайи, как полагалось младшему сыну, владел любым оружием и вполне годился на роль тайного телохранителя. Но это, как и его лекарский дар, не являлось главным; со временем он понял, что у Катри был иной расчет, более топкий и глубокий. Джумин нуждался в друге или, если угодно, в наперснике, а таким мог стать лишь мужчина примерно того же возраста и сходного нрава, с живым умом и нерушимым понятием о чести. Так что Ират мог гордиться, что выбор пал на него - в их многочисленном семействе было десятка три младших сыновей и племянников.
- Какие у тебя предположения? - спросил Никлес, нервно поглаживая щеку.
- Он исчез по пути в Инкалу, над Океаном Заката, - промолвил Ират. - Думаю, катастрофы с его кораблем не случилось, даже уверен в этом. Он жив, досточтимый. Его похитили.
Никлес кивнул.
- И я того же мнения. Зря он не взял охрану!
- Какую? - произнес Ират. - Напали в воздухе, а тут телохранители бессильны.
- Я мог бы послать с ним целую воздушную флотилию... мог связаться с людьми в ОТА, чтобы дали надежный эскорт...
- Сожалеть об этом поздно. У нас теперь другая проблема.
- Согласен. Надо выяснить, где он. - Никлес помолчал. - Есть идеи?
- Да. Я поговорю с коллегами, прежде всего - с Аранной. Пусть вспомнит каждое слово их беседы... Вдруг Джумин что- то заметил по дороге в Шанхо и поделился с Рикаром.
- Что еще?
- Среди нас двое Летающих в Пустоту, Амус и О’Паха. Они могут связаться со своим Очагом. Не исключается, что район исчезновения Джумина был под наблюдением заатмосферных станций. Если просмотреть их записи...
- Это я сделаю сам. Я жертвую Очагу миллионы чейни ежегодно. Мне ответят быстрее, чем простым пилотам. Еще, Ират?
- Надо проследить путь Джумина до Шанхо. Он приземлился в Роскве - не случилось ли там чего-то необычного? Он летел на двух воздушных кораблях - с кем?., кто был среди пассажиров?., что может сказать экипаж?.. В Шанхо он нанял пилота-бихара... Что за человек этот Илмет?.. Надежный и честный или продажный?.. Вернулся ли он из полета или тоже пропал?..
- Разумное предложение. - Никлес кивнул. - Мои люди этим займутся и перешлют тебе всю информацию. Это все?
- Пока все, досточтимый. - Целитель сделал паузу. - Все, если ты не скажешь мне, почему его могли похитить. Я был с ним много лет и я его охранял, но от какой опасности? Я этого не ведаю... и, кажется, он тоже. Это тайна вашего Дома... Но сейчас любые сведения были бы полезны.
Никлес снова кивнул.
- С этим я тоже согласен. Знал бы, сказал... Но не все тайны были открыты мне предками.
- Но что-то ведь тебе известно, досточтимый? Что-то такое, о чем я даже не догадываюсь? Ведь Джумин твой брат, и его прежняя жизнь проходила на твоих глазах!
- Известно, хвалю твою проницательность! - признался Никлес с тяжелым вздохом. - Первое: он не мой брат и происходит не из нашего Дома. И второе: он мне дороже брата, так что я сделаю все, чтобы его разыскать и спасти. - Лицо Ник- леса на экране вдруг преобразилось - теперь читались на нем гнев и решительность. - Все, понимаешь, Ират! - выкрикнул он. - Все, не считаясь с расходами! Любой выкуп дам, клянусь светлым оком Арсолана! Если нужно, кровь свою пролью! А не возьмут денег или крови, найму сеннамитов, норелгов, из- ломщиков, целую армию подниму! И сотру вонючих скунсов из памяти мира!
- Но в этом мире больше не воюют, - только и смог пробормотать Ират. Он был потрясен - не только признаниями Ник- леса, но и яростью, что слышалась в его словах. Таким целитель его не видел, хотя за прошедшие годы они беседовали не раз. Воистину сказано, не гневи того, кто богат и знатен, ибо его рука длинна! Знать бы только, куда дотянуться этой рукой... где Джумин, который хоть и не брат Никлесу, а дороже брата...
Никлес уже успокоился. Заметив это, целитель спросил:
- Если Джумин тебе не брат и даже не родич, то кто же он? У каждого человека есть прошлое, и от него тянутся нити к событиям нынешних дней. Что ты знаешь о его прошлом, досточтимый?
- Ничего. - Собеседник Ирата покачал головой. - Я не ведаю, кто он, и не знаю ничего такого, что могло бы помочь нам в розысках и не сбить с верного пути, отправив, скажем, в Хинг или еще дальше. Поэтому я умолчу о фактах незначительных и странных, которые не понимаю сам. Может быть, мой отец имел для них объяснение, а дед знал наверняка, но меня, как я уже заметил, в эту тайну не посвятили. Так что, Ират, поговори со своими приятелями, с этим Аранной, и подумай, что еще нам стоит сделать, а я обращусь в Очаг и еще прикажу, что проследили путь Джумина.