Щит

Николай Васильевич замолчал, обвел взглядом притихший зал. Тишину можно было потрогать рукой.
– Сколько вам времени нужно на размышления? – спросил генерал, кашлянув в кулак.
– Кто идет? – тут же поднялся, проскрипев неаккуратно отодвинутым стулом Мстислав, один из близнецов, вечных заводил, проказников, а заодно и братьев неугомонной Нежданы.
– Я иду, – ответил воевода. – Куда я от вас денусь. Ну и вы, кому не страшно головой вперед в прорубь махануть.
– Я с тобой, – тут же отозвался Вашко, – что ж я отца брошу, что ли?
– И мы, пожалуй, пойдем, раз на нас надеются, – хором высказались близнецы, все трое. Не уловить звонкий голосок Нежданы было невозможно.
Зал взорвался, отозвавшись общим одобрением. Отказников не было…
Серый улыбнулся про себя. Другого результата и не ожидал. Успел изучить воспитанников за шестнадцать лет. Из списков вычеркивали не только не справляющихся с нагрузками. Старались отделить и тех, кто мог испугаться, подвести, а то и предать, польстившись сиюминутной выгодой. Бочкой варенья и ящиком печенья…
– То есть все готовы? – подытожил генерал, в отличие от воеводы не скрывающий довольной улыбки. – Прекрасно! Верил в вас, ребята. Значит, идет воевода Серый и пятьдесят дружинников…
– Пятьдесят один, – поправили Кубенина.
– По списку пятьдесят человек, – удивился генерал, снова опустив глаза в документ, который, впрочем, при желании мог бы воспроизвести по памяти. Но порядок должон быть, – и одна девушка, – уточнил он. – Но посылать девчонку… – Кубенин мотнул головой, всем видом показывая свое, мягко говоря, отрицательное отношение. – Там мясорубка. Хуже любой «горячей точки». Наташа остается.
– Товарищ генерал, – снова встал Мстислав, – отпустите сестру. Ей без нас не жизнь. Да и нам без нее – тоска смертная. Не подведет она. И в подготовке никому не уступает. Вы же знаете.
Дружинники одобрительно зашумели. Неждану любили. Опекали немного, то да. Впрочем, исключительно как знак внимания, не нуждалась девушка в опеке.
– Вам что, совсем не жалко ее? – подключился профессор. – В столкновения латной конницы? Под хазарские сабли? Под греческий огонь? Девчонку?! Наталья, ну сама подумай!
Неждана поднялась со стула и пошла вперед, к президиуму. Упрямо наклонив голову и начиная слегка раскачиваться, словно «заводясь» перед схваткой.
– Во-первых, я давно уже не Наталья, – разнесся по залу язвительный голосок, когда девушка остановилась возле начальства. – Наташка надзирателей в детдоме шваброй охаживала. А я уже шестнадцать лет как Неждана. Сейчас без швабры обойдусь.
– Ножом запорешь? – усмехнулся генерал. – Как свиней?
– Зачем? – совершенно искренне удивилась Неждана. – И так справлюсь. Пальчиками, к примеру, через глазки мозги тупые достану. И пальцы оближу, – и скорчила свою самую, как ей казалось, страшную физиономию.
Зал хохотнул.
– А облизывать зачем? – поинтересовался Кубенин.
– Чтобы остальные боялись, – разъяснила девушка. – Психологическое воздействие на противника. Но дело не в этом. Вот вы за меня беспокоитесь, Николай Васильевич? А скажите, что будет со мной в большом мире? «Дубраву» ведь прикроют. Вот, например, хулиганы в подворотне нападут?
– И что, не отобьешься? – усмехнулся Кубенин. – Или побрезгуешь пальцы облизывать?
– Отобьюсь, товарищ генерал, – нежно пропела Неждана. – И не побрезгую. А вы меня от тюрьмы спасете? За убийство ведь сажают!
– Так не убивай!
– А вы нас учили как раз убивать… Да и потом, за переломы тоже сажают, – девушка мило улыбнулась. – Нет, я верю, и от срока отмажете, и в обиду не дадите. Но ведь я красивая, ко мне часто приставать будут… Зачем вам это? А если не спасете, то чем в тюрьму, так лучше в прошлое… Или моя задача – всех преступниц по тюрьмам перебить? – Неждана замолчала, выжидающе глядя на начальство.
Начальство молчало. Воевода посмеивался в усы. Кубенин уже по ходу речи был уверен, что сейчас начнет ржать и дружина, но… Парни не смеялись. Не только близнецы, вся дружина смотрела на него. Они все на стороне вздорной девчонки. И готовы отказаться выполнять приказ ради своего единства. Черт, развели тут демократию.
 
– Но и это не все, товарищ генерал, – продолжала Неждана после затянувшейся паузы. – Представьте, что потребуется соблазнить князя Игоря? Или Святослава того же? Не Заслава же к нему посылать, медведя нашего перекормленного? У князя от такой любовницы все на полшестого упадет и в жизни не поднимется. А то и удар хватанет!
– Да и я себя не пойму! – заворчал Заслав, тут же начав оглядываться в поисках шутников, не упускавших любой возможности позубоскалить над здоровенным, но простоватым парнем.
– Ты хоть пробовала князей соблазнять, Роксолана доморощенная? – спросил воевода, в упор глядя на и не думающую стесняться девушку.
– Так Заслав тоже не пробовал, – парировала Неждана, – а все одно мне с князем сподручней будет. Да и насчет тренировки… Пятьдесят парней есть, и времени вагон с маленькой тележкой. Надо, так потренируюсь!
– Неждана, кончай балаган! – прищурился Серый.
– Можно и без балагана, товарищ воевода, – девушка вытянулась по стойке «смирно». – Аргументы следующие: к жизни во внешнем мире я не приспособлена. Буду постоянно вляпываться в дурацкие ситуации с непредсказуемым исходом. Это раз. Второе. Все зачеты по подготовке я сдала по мужским нормам. То есть шансы на выживание в том мире имею такие же, как ребята. Третье. Иногда в делах разведки женщина может быть полезней мужчины. И плюс дополнительный меч. То есть шансы экспедиции на успех повышаются.
– Какой к херам собачьим лишний меч?! – возмутился Кубенин. – Против толкового мужика ты и секунды не протянешь. Не равняй тех бойцов с нашими неумехами. Серый, ты чего думаешь? – повернулся генерал к воеводе, не замечая ропота зала, возмущенного «неумехами». Что поделаешь, каждый присутствующий считал себя минимум на голову выше тогдашних воинов…
– Я еще вчера сказал, – откликнулся воевода. – Если помните, товарищ генерал…
– Помню, – поморщился Кубенин. – Сам ты, Волошин, дурак, вот что сказать хочу, если такую гадюку берешь под личную ответственность. А вы, товарищ поляница, – обратился генерал к девушке, – еще разок нормативы сдадите. На моих глазах. Тоже мне, заслуженный мастер спорта по бою на швабрах…
* * *
– И зачем это было нужно, товарищ генерал? – вопрос прозвучал жестко. Даже сердито. Совсем не так должен спрашивать подчиненный у начальства. Тем более самого высокого начальства. Но в конторе человек, идущий старшим на задание, имел право на такой тон. Особенно, когда задание не предусматривает возврата. – Вчера же все решили. Или за ночь наука победила, и все будет иначе?
– Не победила, – ответил генерал, – но… Понимаешь, воевода, баба есть баба! Вот пусть под угрозой половой дискриминации упрется и поработает над собой.
– Перед смертью не надышишься, – проворчал профессор. – Шестнадцать лет тренировалась, полгода ничего не изменят.
– Ничего. Хоть малость, а прибавит. Может, эта малость ей жизнь спасет. Или другому кому.
– Так вы не собирались ее оставлять? – уточнил Волошин.
– Нет, конечно! – усмехнулся Кубенин. – Сам знаешь, что здесь будет. Точнее, не будет…
– Все-таки, не будет?
– Скорее всего, – пробурчал Артюхин.
– Так может… – начал Сергей.
– Не может, – жестко прервал подчиненного генерал. – Не может…
 
Кордно, маломисто [5] Хотенево, лето 782 от взятия Царьграда, травень
 
Самобег [6] Буривой оставил дома. Мелькнула мысль проехаться, но лишь мимоходом. Ему еще не приходилось бывать в Хотенево после прокладки ветки подземки [7]. Хотелось глянуть на новые станции глазами пешехода, а не пялясь сквозь слюду [8].