Измена. Предательство (не) прощается

И когда мы уходим, я чувствую, как украдкой бросаю взгляд на дверь с табличкой. Точно, как школьница.
12 
Глава 12
Настя
Утро было всё таким же серым и туманным, но в моей голове царила ещё большая неразбериха. После недавнего визита в больницу с Машей, я чувствовала себя немного спокойнее, но теперь настала очередь разобраться со своим состоянием. Утренние недомогания, слабость и странное ощущение в животе начинают серьёзно пугать.
  
Гастроэнтерологический кабинет встречает меня приятной обстановкой. Пастельные стены, тихая музыка в коридоре и приветливый администратор создали иллюзию спокойствия, которой я сейчас так нуждаюсь
— Настасья Сергеевна? — звучит голос медсестры из-за двери.
— Да, это я, — откликаюсь, вставая с кресла.
Меня проводят в кабинет. За столом сидит женщина лет сорока, с собранными в строгий пучок волосами и проницательным взглядом. Её табличка на столе гласила:Елена Андреевна Корчагина, врач-гастроэнтеролог.
— Присаживайтесь, Настасья Сергеевна, — кивает она, делая записи в карточке.
Я сажусь, чувствуя лёгкое напряжение.
— Что вас беспокоит?
— Утренние недомогания, — скрещиваю руки на коленях. — Тошнота, слабость. Иногда кружится голова. Аппетита практически нет, а если и есть, то тошнит ещё больше.
Елена Андреевна кивает, внимательно слушая.
— Это продолжается сколько времени?
— Да, несколько недель.
— Понятно. А боли в животе?
— Нет, ничего острого. Только лёгкий дискомфорт, особенно по утрам.
Она о чём-то задумывается, быстро что-то записывает в карточке, а потом поднимает взгляд.
— Ещё какие-то симптомы? Может быть, резкая усталость, изменение вкусовых предпочтений?
Я замялась.
— Да, пожалуй. Не могу объяснить, но недавно почувствовала, что совершенно не переношу запах кофе. Хотя раньше любила.
Врач слегка улыбается, но тут же возвращается к серьёзному виду.
Елена Андреевна откладывает ручку и встаёт, указывая на кушетку в углу кабинета.
— Ложитесь, пожалуйста, — говорит она с профессиональной учтивостью.
Я поднимаюсь и направляюсь к кушетке, стараясь не выдать волнения. Ложусь на спину, слегка задрав рубашку, как велит врач. Её холодные руки касаются моего живота, но движение их уверенное и аккуратное.
— Больно? — спрашивает она, чуть надавливая на область слева.
— Нет, — отвечаю, следя за её сосредоточенным лицом.
Она перемещается к правой стороне.
— А здесь?
— Тоже нет.
Елена Андреевна бормочет себе под нос, словно отмечает что-то в своей голове, но ничего больше не спрашивает. После нескольких минут осмотра она выпрямляется.
— Хорошо. Теперь садитесь.
Я послушно поднимаюсь и возвращаюсь на стул, но она жестом останавливает меня.
— Покажите язык, — просит она, указывая на себя.
Слегка смущаясь, я высовываю язык. Она внимательно осматривает его.
Я вытираю ладони о джинсы, чувствуя, как напряжение немного спадает, но вопросы всё ещё остаются.
Елена Андреевна садится за стол, снова делает записи, затем снимает очки и внимательно смотрит на меня.
— Настасья Сергеевна, по вашему описанию и результатам осмотра я не вижу признаков серьёзного гастроэнтерологического заболевания. Но, учитывая ваше самочувствие, я рекомендую сдать дополнительные анализы.
— Какие именно?
Она вытаскивает лист бумаги, быстро пишет направления и ставит подпись.
— Общий анализ крови и биохимию. И, чтобы исключить другие причины ваших недомоганий, сделайте тест на ХГЧ.
— Тест на ХГЧ? — повторяю я, чувствуя, как холодок пробегает по телу.
Елена Андреевна кивает, заметив мою реакцию.
— Да, чтобы исключить или подтвердить беременность. Утренние недомогания, тошнота и изменение вкусов — частые симптомы на ранних сроках.
Я молчу, сжимая в руках выданные направления. Слова врача звучат нереально.
— Но... Это вряд ли возможно, — наконец выдавливаю я.
Она смотрит на меня спокойно, но с ноткой понимания.
—Анастасия Сергеевна, лучше исключить все возможные причины, чтобы точно понять, в чём дело.
Я киваю, чувствуя, как на меня накатывает волна растерянности. Елена Андреевна возвращает мне карточку и протягивает руку.
— Спасибо, — отвечаю я, с трудом вставая и направляясь к выходу.
Дверь за мной закрывается, а я всё ещё ощущаю тяжесть её последних слов. Анализ на ХГЧ? Это шутка? Как это может быть правдой?
В голове снова начинают крутиться воспоминания о последнем времени. Я вспоминаю дни и недели после развода. Все те моменты, когда казалось, что жизнь невозможно собрать по кусочкам.
Но сейчас я должна сделать ещё один шаг. Взять направление, пойти в лабораторию и дождаться результата.
Я почти машинально направляюсь к лаборатории, но ноги словно налились свинцом. Мысли путались, эмоции разрывали меня на части. Беременность? Нет, это не про меня. Как это возможно? Мы с Андреем уже давно... Да и вообще, он ушёл. У него теперь другая женщина. У них, кажется, тоже ребёнок будет. А я? Я осталась одна. У меня только Маша...
У двери в лабораторию я замираю, пытаясь привести себя в порядок.
— Всё будет хорошо, — шепчу сама себе, как когда-то говорила Маше.
Вдох – выдох. Стучусь и вхожу внутрь.
— Направление? — спрашивает медсестра.
— Вот, — протягиваю ей лист бумаги.
— Настасья Сергеевна, да? — уточняет она, сверяясь с направлением.
— Да, — киваю я, стараясь держаться спокойно.
— Утром что-нибудь ели?
— Нет.
— Присаживайтесь, сейчас возьмём кровь.
Я опускаюсь на стул, закатываю рукав и отворачиваюсь, когда игла касается кожи. Обычно я не боюсь вида крови, но сейчас... сейчас мне тяжело от чего-то другого.
— Готово, — медсестра аккуратно заклеивает место прокола и улыбается. — Результаты будут готовы к вечеру.
— Спасибо, — благодарю я и направляюсь к выходу.
13 
Настя
Я спускаюсь по ступеням клиники, стараясь не смотреть ни на кого вокруг. Направления в руке немного помялись, и я нервно поправляю их, как будто это поможет мне собраться с мыслями. Очередное "может быть беременна" гулко отдаётся в голове, и я не знаю, что делать дальше.
— Анастасия? — раздаётся голос, заставляющий меня вздрогнуть.
Я оборачиваюсь и вижу знакомое лицо. Это тот самый хирург, который осматривал Машу пару дней назад. На нём тёмно-синяя куртка поверх рубашки, а на лице дружелюбная улыбка.
— Доброе утро! Вы меня помните? — спрашивает он, подходя ближе.
— Конечно, — киваю, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее. — Вы же осматривали мою дочь.
— Точно, — улыбается он шире. — Как она?
— Уже лучше, спасибо, что спросили.
Он кивает, окинув меня внимательным взглядом.
— Вам плохо? Вы выглядите... — он запинается, словно подбирая слово.
— Уставшей? — помогаю ему, натянуто улыбнувшись.
— Я бы сказал, обеспокоенной, — мягко уточняет он. — Вам точно не нужна помощь?
— Нет-нет, всё в порядке, — поспешно отвечаю. — Просто немного... напряжённый день. Я тут тоже к вашему гастроэнтерологу пожаловала.
— Понимаю, — соглашается он, сделав паузу. — Вы на машине?
— Нет, на такси.
— Могу подвезти, если хотите.
— Спасибо, но я... сама справлюсь, — отказываюсь, чувствуя, как волнение внутри усиливается.
Он смотрит на меня пристально, но без навязчивости. Затем, кажется, принимает моё решение.
— Тогда, может быть, хотя бы выпьем кофе? Здесь недалеко есть хорошее кафе.
— Эм... — я колеблюсь, глядя на часы. — Даже не знаю...
— Всего пять минут, — улыбается он ободряюще. — Иногда хороший кофе может спасти весь день.
Его голос звучит так убедительно, что я неожиданно для себя соглашаюсь.
— Ладно. Но только пять минут.
— Супер, — он жестом показывает дорогу, и мы идём бок о бок.