С чистого листа (СИ)

— Стажёры второго года обучения, — важно ответил Анненков, отчего наш собеседник немного поник, понимая, что он допустил промах, а разговор не заладился с самого начала.
— Вам бы фруктов или овощей полезных в рацион добавить. Раз студенты, значит, целители, ибо у нас других академий для одарённых в округе не водится. Сами должны понимать, насколько важна здоровая пища.
— А если мы повелители стихий и в Дубровск на выходные приехали? — не унимался Ярик, окончательно ломая шансы договориться. Что же, придётся вмешаться и красиво продавать свои услуги, иначе рыбка сорвётся.
  
— Фёдор Иванович! А я вас сразу узнал! — начал я, говоря чистую правду. — Вы ведь хозяин той самой фермы, где мы сочные яблоки в том году покупали. Как же она называется…
— «Закромок Печкина», — пробасил мужчина.
— Точно! — просиял я, потому как в памяти Николая не осталось этой информации. — Вам, кстати, на ферме помощь целителей не требуется? Там ведь физический труд в цене, а он связан с травмами. Мы, к слову, не против попрактиковаться в целительстве и с навыками у нас всё в порядке — стажёры ведь в больнице работают, так что можем оказать посильную помощь.
— Да не помешало бы, что уж там! — покачал головой мужчина. — Сейчас самый сезон, работы валом, а работать некому. Я вот и сам спину сорвал, еле держусь.
— Хорошего целителя вам надо, — подкинул я идею.
— Надо! Да когда мне в больницу ехать, если с утра до позднего вечера на ферме? Вот батенька ваш в любое время дня и ночи был готов помочь. Золотой человек! Вы бы заглянули ко мне, а я в долгу не останусь. С деньгами у меня пока худо, урожай ведь только начал зреть, но в долгу не останусь!
Анненков едва слышно хмыкнул, пытаясь сдержать смех, но я даже бровью не повёл.
— На днях непременно загляну и решу вашу проблему, — пообещал я.
— Вот и славно! — просиял мужчина. Видимо, боль в спине здорово ему допекала.
Фёдор Иванович умчался искать покупателей, а я выдохнул. Первый контракт уже есть, хоть и не особо выгодный, но вечер уже прошёл не зря. Теперь бы ещё с кем-нибудь договориться на лечение в частном порядке, и можно считать вечер продуктивным. На роль семейного целителя я пока даже не замахивался — не тот уровень у стажёра, но случайная подработка пригодится.
— Ну что, довольна твоя душенька? — с издёвкой поинетерсовался Анненков. — Будет у тебя целый мешок лука. Или репы. Что там у этого Печкина на ферме растёт?
— И это в хозяйстве пригодится, а целитель должен быть готов помогать всем, кто страждет, — закончил я цитатой из какого-то старинного учебника, которая удачно пришла на ум.
Ничего, это сейчас приходится вот так крутиться, а через пару лет ко мне в очередь будут выстраиваться, чтобы попасть на приём. Так уж устроено ремесло у целителя, что признание приходит с опытом и далеко не сразу, а с порядочным количеством хороших отзывов от пациентов. Эффект сарафанного радио никто не отменял.
Анненков толкнул меня локтем в бок и кивнул в сторону, указывая на нашего сокурсника, который проходил стажировку в нашем отделении.
— Посмотри, как Завьялов вырядился. Никак пытается что-то кому-то доказать. Интересно, он дом заложил, чтобы такой костюм купить, или подписал вечный контракт?
— Меня другое интересует: что Дёмушка забыл на этом вечере?
Дементий Завьялов был зажатым парнем, нерешительным и немного бестолковым, что не раз играло с ним злую шутку. Между собой мы называли его Дёмушкой, потому как на Дементия он явно не тянул по характеру.
Мне было искренне интересно что этот парень делает здесь. Ищет с кем договориться о частной практике помимо больницы? Вряд ли. На дамского угодника он тоже не тянет, да и красоваться ему нечем. Дорогущий костюм хоть и производил впечатление, но денег у Завьялова не водилось.
Мой предшественник приблизительно понимал достаток каждой семьи, благодаря чему я мог составить мнение об окружающих людях. Тот же Митрофанов откровенно красовался, выставляя своё положение напоказ. Думаю, этот званый ужин был предназначен для того, чтобы дать возможность хозяину лишний раз похвастать своей состоятельностью, а заодно совершить несколько крупных сделок в неформальной обстановке. Вот почему здесь был и оркестр, и столько гостей. В другое время меня бы ни за что не пригласили сюда, но сейчас мы с Анненковым, как и многие остальные приглашённые, были здесь для массовки, чтобы создать видимость празднования с размахом и произвести впечатление на влиятельных гостей. А вот, к слову, и они. Я заметил троих мужчин, которые вежливо общались с хозяином дома и с огорчением узнал в одном из них Вельского. Что этому типу нужно здесь? Неужели Митрофанов хочет заманить его в один из своих коммерческих проектов?
Да, должен признать, этот тип знает толк в простых с виду, но эффектных костюмах. Вельский был одет в тёмно-зелёный пиджак и брюки в крупную клетку, из кармана торчала цепочка от часов, а в руках покоилась трость с золотым набалдашником. На высокой худощавой фигуре этот наряд смотрелся действительно эффектно.
В целом, я заметил одну характерную закономерность для нарядов гостей: те, кто был более состоятельным, отдавали предпочтение простым, но утончённым костюмам хорошего качества, а обычные люди наоборот старались выделиться и выряжались, словно новогодние ёлки. Мы с Анненковым были, пожалуй, исключением из этого правила.
— Гляди, это же Лия!
Анненков схватил меня за рукав и потащил в сторону, а затем кивнул в сторону массивных колонн, где под ручку с темноволосым мужчиной лет сорока стояла молодая стройная брюнетка, в которой я узнал свою одногруппницу, проходившую стажировку с нами в одном отделении больницы.
— Подумать только, она общается с Потехиным! Гляди, как она обвилась вокруг его руки!
— Яр, не шуми! Со стороны твоё поведение выглядит неподобающие, — одёрнул я друга. — Ты ищешь девушку на одну ночь, Лия ищет богатого покровителя, другие заключают взаимовыгодные сделки. Здесь у каждого своя охота, которой лишний шум не пойдёт на пользу.
— Что же, раз ты не собираешься мне помогать, пойду искать одинокую скучающую красотку, чего и тебе желаю. Молодость — она ведь не навсегда, нужно успеть воспользоваться этим чудесным временем.
Ты ещё будешь рассказывать мне о молодости, щегол? Да я целую жизнь прожил, и сам кого угодно могу научить. Да, наделал много ошибок в прошлой жизни и не собираюсь допускать их в этой, но в то же время, не собираюсь прожигать эти ценные годы на случайных барышень, с которыми могу больше никогда и не увидеться. Или ещё чего хуже — встречаться на улице и стыдливо отводить взгляд. Молодость для того и дана, чтобы направить неуёмную энергию на познание мира и создание основы всей последующей жизни: карьеры, семьи и уютного гнёздышка.
Анненков оставил меня одного, а я не успел и шагу ступить, как меня заметили.
— Николай!
Вельский окликнул меня, и я застыл на месте, скорее, от того, что не ожидал от него подобной наглости. После всего, что натворил, он ещё имеет наглость обращаться ко мне?
— Вы подумали над моим предложением? — спросил он таким тоном, словно вчера вечером не его люди пытались прикончить меня.
Что за мерзавец! Подумал ли я? Лучшим ответом был бы удар с правой в челюсть этому самодовольному типу. Но сейчас я не могу себе этого позволить. На каком основании я наброшусь на врага своей семьи? У меня нет никаких доказательств, которые могли бы разоблачить негодяя. Да, Анатольич свидетель, но его слова вряд ли сгодятся, ведь он наш работник, а значит, заинтересованная сторона.
  
Нет, нельзя действовать так открыто. Местная знать любит игры разума, намёки и продуманные ходы. Физическое воздействие — это крайняя мера, либо логическое завершение, символизирующее победу, но никак не импульсивный и даже безрассудный шаг.
— Понимаю ваше желание начать собственную практику, — продолжал напирать Вельский. — Но вы ведь не будете отрицать, что опыта и квалификации у вас недостаточно? Я же предлагаю вам перейти в мою клинику сразу после стажировки, где вы сможете работать плечом к плечу с лучшими врачами нашего города, набираться практики и оттачивать своё искусство.