Я обязательно вернусь. Книга 2 (СИ)
Хмурый, предостерегающий взгляд отца.
— Герцог, я рада нашему знакомству. Вы определились с выбором? Вам нужна помощь? — Мой голос звучал ровно и отстранённо, и только отец всё понял, не сводя с меня обеспокоенных глаз.
«…- какой насыщенный день! А вот это удар ниже пояса, ваше высочайшее Величество госпожа Вселенная. Как он похож на Ромку, друга и первую юношескую любовь. Так рано ушедшую за грань. Разбившись на мотоцикле, он остался красивым и очень горьким воспоминанием о другой жизни.»
Я вздохнула.
— Княгиня, восхищён некоторыми ювелирными изделиями вашего салона. Могут ли мне ваши мастера оказать помощь и подобрать гарнитуры с рубинами для матери — благородной донны и маленькой девочки, её дочери. В том одинаковом стиле, который заявлен только вами, — незнакомый голос меня вернул на землю.
Не он.
Голос, другой.
Чужой. И той ласковой смешинки в глазах, как у Ромки. Её нет.
Ещё один вздох.
— Несомненно, — сделав знак месье Ивонн, я попросила его посмотреть остатки в каталоге и поработать с герцогом.
— И, если нужно, мы посмотрим, что осталось в сейфах для исключительных случаев.
Затем ждали, когда доставят особые украшения из хранилища. Выбор герцога был, несомненно, великолепным. Я не задавала лишних вопросов. Для кого это украшение. Отстранённо следила за ситуацией, корректируя её в нужных моментах. Это называется профессионализм. Не правда ли, господа послы?
* * *А что же город всех влюблённых? Что ему до страстей людских? Ровным счётом ничего. Он с восхищением принимал всё новые наёмные суда своего порта. Выстраивая их вкруг, словно многослойным жемчужным ожерельем окружая себя. Восторгаясь такой вот небывалой мощью.
Вечером, советуясь с отцом, я продублировала ту мысль, что пришла перед встречей с испанцами.
— Нам нужно на приём к Дожу. Устройте это. Нам просто необходимо заплатить налоги в казну Венеции. Как можно быстрее. Им очень нужны деньги. А нам просто необходимо быть полезными в данной ситуации. И не забудьте пригласить его с молодой женой на ваше венчание с графиней.
Возьмите приглашение, я подготовила.
* * *Маленькая каравелла «Ля Рашель» послушно встав на рейд в венецианской лагуне, готовилась стать той важной боевой единицей в крупном сражении за чужие земли, которой именно и не хватало для победы этого богатейшего государства. Желая заработать немалое вознаграждение и боевую славу «Ля Рашель» оказалась, несомненно, в нужном месте, и в правильное время. А всё благодаря удачливому помощнику капитана, Андре Мленийе, который считал себя великим и бывалым мореплавателем. И неплохим переговорщиком, кстати. Ведь все последние заказы были результатами его дебатов с заказчиками. Когда-то красивый молодой повеса, а на данный момент суровый мужчина, смущающий взоры юных дам, задался целью вкусить все блага мира, в список которых, несомненно, входили постельные утехи и хорошая выпивка, что так помогали расслабиться после тяжёлых рейдов.
Сейчас же про него ходили слухи на корабле, что в каждом порту у мессира Андре есть возлюбленная, готовая заботиться о любимом. Считающая, что она его единственная и неповторимая и, конечно же, ожидающая его после каждого рейса домой…
Глава 24
Обворожительная Маддалена — живая и остроумная, неутомимая в любви. Вдовушка, наслаждалась утренним покоем в крепких объятиях смуглого мужчины. Её стоны слышали все постояльцы гостиницы, она просто задыхалась от его поцелуев и страсти уже которую ночь.
— Ещё! — Как долго она ждала его приезда…
* * *— Вы знаете, почему я люблю эту таверну, — мессир Андре иронично вздёрнул смуглую бровь, — я сплю с её хозяйкой!
Смех команды был ему наградой за остроумие. Очень меткое, надо сказать. И похабное.
Именно таким Андре представлял себе настоящего капитана каравеллы, которым он хотел стать в будущем. Неутомим в море и любви. Ведь этот мир создан для таких, как он, сильных, умных и жестоких мужчин. А любовь и благородство — это совершенно не для него. Это удел слабаков.
* * *— Любимый! Я так мечтала о тебе… Вспоминая тебя каждый день и особенно бессонные ночи. Андре, не останавливайся… Ещё!
Он ласкать её округлые плечи… и грудь…. Позволяя многое своим рукам, губам, и мыслям. Совершенно не встречая отпора, чувствуя полное согласие своей партнёрши. На всё. Не было нежности. Забыл, что это такое. Страсть. Желание. Жажда!
— Я люблю тебя, милый… Я хочу тебя!
Задыхаться в его поцелуях, утопая в его запахах, она была самая счастливая на свете последние две недели… Ни о чём не думая, забыв про весь мир… А он всё сильнее и быстрее входил в неё… Делая её разум своим. Навсегда. Утоляя свою жажду. Похожий на зверя, неутомимого и голодного, который будто хотел насытиться на всю оставшуюся жизнь.
— Андре!!!
Под утро их тела переплетались в истоме, тёмные волосы смешивались на пуховых подушках. Скромные лучики утреннего солнца не решались заглянуть в комнату через плотные портьеры, боясь потревожить сон любовников.
Она любила стоять перед ним обнажённая, в лучах утреннего солнца Венеции. Невзначай, совершенно бесстыдно, проводя рукой по соскам красиво очерченной груди. Отводя чёрные локоны за спину. Подставляя себя всю его взгляду. Ловя его. Утром. Гибко выгибая спинку. Одеваясь и медленно, скользящими движениями уходя за ширму. Оборачиваясь, глазами, обещая ему так много. Будто авансом. На следующую ночь. Возбуждение накрывало сознание. Увиденные прелести опять заводили.
— Не сегодня, милый. Ты же обещал пойти со мной посмотреть княжеское венчание. Вся Венеция будет там. Невеста — испанская графиня, говорят она, была первой красавицей при дворе короля Франциска и отвергла очень много предложений руки и сердца, влюбившись в Князя. Я хочу прогулять новый наряд, что купила в очень модном салоне и серьги, те самые с бирюзой. Собирайся.
— Ты проводишь нас вместе с синьорой Луизой, с соседкой? Будешь нашим сопровождающим? Её муж сегодня очень занят.
Синьора Луиза, соседка, что с пожилым мужем держит недалеко пекарню. Он был с ней весьма учтив. Всегда. Но её муж! Полный осёл, к тому же ещё и ревнивец. Как же хотелось новых ощущений. Новых женщин и страстей. Он представлял их вместе, двоих — в его постели… И страсть кружила голову. Такой опыт! Он хотел его.
* * *В пошивочной жила наша маленькая тайна: свадебное платье графини Жанны делла Гутьеррес. Мадам Жанна его ещё и не видела. Платье было из плотного натурального шёлка цвета крем — айвори совершенно новой модели. Забежали так скажем вперёд на целый век, и пошили ей пышное платье с длинным шлейфом. Рукава и декольте были отделаны воланами из кружева, которое плели только наши мастера из шёлковых нитей. Впереди на юбке была вставка из такого же шёлка, но вся вышитая удивительным рисунком из прекрасных алых роз, переплетённых с изумрудной листвой. Такая же вышивка была на лифе, донна Бланка очень постаралась. Мы с Адорией помогали ей вечерами. Вышивка лифа была украшена огранённым горным хрусталём. Эти стразы, преломляя многочисленные лучи, и лучики горели бриллиантами, и всё благодаря правильной огранке. Был жёсткий кружевной воротник в форме стоячей ракушки, украшенный жемчугом и хрусталём.
Наши мастера ювелиры делали прекрасную диадему и обручальные кольца под её гарнитур из рубинов и жемчугов.
Мастерские донны Анны работали над новым именным кружевным веером «Княгиня Жанна», что тоже было большой новинкой, он складывался и крепился на руке. Парфюмер Рене, восторгаясь красотой будущей княгини, создал нечто невероятное. В этом аромате была вся Жанна и её любовь к фиалкам Тулузы.
К венчанию нам всем отшили одинаковые наряды цвета тех самых роз, что были на вышивке свадебного платья.
Как я уже упоминала, мы заранее отослали пригласительные листы дожу и его семье. Наша арка в саду была вся украшена живыми цветами. Три гондолы в голубых атласных балдахинах с золотой тесьмой ждали нашего выхода, это было роскошно и дорого.