Я обязательно вернусь. Книга 2 (СИ)
Спустя четыре часа решила, что пора закрывать салон. Работа многих месяцев, очень многих мастеров! Я боялась, что весь товар уйдёт за несколько дней. У меня в голове не вмещалось, как такое возможно! Ведь цены на всё были не маленькие, мы изучили местный рынок, налоги и подати. Вчера я взвинтила цены ещё на пятьдесят процентов! Какие деньги тогда крутятся в этих семьях? Они не вкладываются в земли, и дворцы, часто их просто арендуя. У них нет такой возможности. Живя на застроенных уже островах, новые дома не построишь. Земля в дефиците. Получается единственное вложение это в драгоценности и наряды, и это показатель их статуса. Все готовились к ежегодному карнавалу, собираясь блеснуть.
Или они живут одним днём, или богаты до безумия.
Надо будет сегодня ещё раз поднять цены, найти предлог для этого! Я анализировала происходящее вокруг, как компьютер. Не побоюсь этого сравнения.
Вот маркиза Анна-де Аулестия стоит и смотрит на опустевшие полки своего магазина. Затем расстроенно опустив голову, вздыхает:
— Я не оставила себе парфюм, всё распродано, — нахмурив брови, грациозно присела от усталости на диванчик, пришло какое-то опустошение. Не хотелось думать о продолжении этого дня. Финансовый анализ всего произошедшего, вот что её ждало через несколько часов. Открылась входная дверь, мужчина подошёл и присел рядом.
'… — почему так вольно? Это видит высшее общество Венеции. Они помолвлены? Нет!
Маркиза, дорогая, что происходит'?
— Я подумал, что вы расстроены, будете к вечеру, — граф Ричард Бошан склонил голову в поклоне.
Уставшая маркиза Анна смущённо улыбалась.
— Ваша светлость, разрешите… поднять вам настроение, — сказал граф и протянул ей маленькую коробочку в серебре. Я узнала её. Узнали все присутствующие. Флакончик, с прекрасным обликом прятался внутри коробочки, в складках нежного шёлка.
— Я подумал, что в такой суматохе вы забудете о себе.
Удивлённая, ничего не понимающая, она взглянула на него. Их глаза встретились, и они долго не разрывали взгляд. Непозволительно долго!
— Вы примете от меня подарок, госпожа Анна, можно я буду вас так называть? Ваша светлость?
Женщина, грациозно склонив головку, набок ненадолго задумалась о чём-то.
— Вы уверены граф? — прошептала женщина, опустив глаза.
Он не давал ей возможности подумать, закрыться снова в свой холодный панцирь и отстранится. Взял тихонько за руку, погладил её и вложил в неё дорогой подарок. Она рассеянно держала подарок. Какая-то мысль не давала ей покоя.
— Какой аромат, не правда ли? Как я могла забыть про себя.
— Я всегда буду помнить о вас, любить и лелеять свою французскую лилию. Я не могу жить без вас маркиза.
Благородная француженка удивлённо не сводила глаз с англичанина. Почему этот мужчина так говорит с ней?
— Я не готова это слышать, граф. Не заставляйте меня менять мнение о вас.
Маркиза встав, не прощаясь, удалилась в смежное помещение, оставив графу, подаренный им же парфюм, который остался лежать на маленьком столике.
Мужчина же с прищуром рассматривал удивительные розы, которые мы разместили в салоне. Да. Те самые, что из посольства Англии, что принесли сегодня утром.
Я наблюдала за ними, меня скрывала колонна, его отражение в зеркале говорило мне о многом, и…
Я не верила! Он лгал!
— «Было жаль смотреть, как вы уходите», — так написано в той записке, что предназначалась… Кому? Для кого были эти розы?
Липкая паутина, коконом обвиваясь вокруг нас, могла стать удавкой. Надо закрыть салон и всё обсудить. Интуиция подсказывала, что это только начало. Приём дожа, вчерашний день, сегодняшнее утро, это звенья одной цепи!
Встревоженный взгляд донны Адории встретился с моим взглядом — недоверчиво настороженным и напряжённо отстранённым. Мы слишком хорошо знали друг друга, она всё поняла. Я опустила веки, будто разглядывая кольцо с сапфиром на среднем пальце. Потирая охранный браслет, ещё раз глянула на Донну.
— Простите сеньоры, на этот момент коллекция требует обновления. Мне необходимо проверить наличие именно этих моделей на складах. Завтра будут поставки новых нарядов. Я буду с радостью ожидать вас. Строгий голос виконтессы раздался в зале и дал её помощницам и всем присутствующим в салоне команду остановиться. На сегодня больше ни один золотой не поступит в кассу.
Мадам Жанна, с вежливой улыбкой объявила о закрытии графского ювелирного Дома. Сообщая восторженным и огорчённым венецианцам о том, что салон завтра их будет ожидать с нетерпением в полдень, обязательно с обновлённым ассортиментом.
* * *Подсчитывая выручку, сверяла её с записями графини Жанны и списками своих ювелиров. Где они вели учёт проданных изделий. От одного из них, почтенного и солидного человека я узнала, что дож Венеции Франческо Молин отличный военачальник, дипломат, и правитель в ближайшее время, собирается развязать в очередной раз военные действия с Османской империей за обладание Критом. Мой коллега беспокоился за поставки драгоценных камней и золота с Востока.
Что же так всё валится на нас. Мы все зависим от этих поставок. Неприятности преследуют нас с самого того момента, как мы посетили дворец правителя. В море будет неспокойно. Пираты и турки. Да от них отбоя не будет! Вот почему такой ажиотаж сегодня на ювелирку. Люди боятся держать на руках деньги. Вкладывают их в основном в крупные бриллианты и изумруды, чуть спокойнее в сапфиры и рубины. Дела.
Решили все ценности и выручку из торгового зала вынести в хранилища ювелирной мастерской. Сейфы там были замурованы прямо в стены, и открыть их могла только я, зная алгоритм набора цифр. Окна и двери были защищены тюремными решётками.
Там же закрыв все двери, уйдя в дальнее помещение мастерских, выставив охрану, устроили своеобразное совещание.
* * *Притихшие дамы смотрели с ожиданием. Понимали, выручка салона хорошая, просто отличная. И это только за один день. И всё же, они чувствовали мою тревогу. Совершенно не зная в полном объёме, что вчера произошло. Привыкшие доверять мне, они готовы были услышать и понять причину моих беспокойств. Князь и месье Жак застыли возле окон безмолвными статуями.
— За последний месяц, как я поняла, мы все скомпрометированы в глазах венецианской аристократии, — не ожидали, удивились, изумились.
— И всё это сделано преднамеренно!
Я была эмоциональна. Дамы замерли в напряжении от моих слов.
— Вы разве не понимаете? Вначале виконтесса Бланка, «подарившая» свой платок воздыхателю, и получившая в подарок дорогой перстень. Его преследования и серенады по ночам, о них говорят все соседи.
— Затем это подношение утром. Несколько огромных корзин роз! Кому? Да хоть кому. Неважно. Так не ведут себя лорды с благородной испанской сеньорой или английской леди! Так обхаживают дам полусвета актрис и певичек! И опять на глазах у всех соседей. А это самый дорогой квартал города. Не забывайте! Только ленивый синьор этого города не говорит о нас. За что мы принимаем такие подарки?
— И последний штрих, сегодня! Флакон дорого парфюма на глазах у многих покупателей, неуважительное поведение лорда Ричарда Бошан к вам, маркиза. Сложите всё в единую цепочку!
— Вчера к нам в дом проник незнакомец, тот, что преследовал нас на гондоле, помните виконтесса? Хорошо, что мы его вовремя задержали и привлекли к этой ситуации Дожа. Зачем он пытался заговорить с графиней, схватив её за руку? Он провоцировал Князя. На что? На дуэль? Но нам не нужны неприятности. Мы должны в конце месяца покинуть страну с деньгами, которые сами заработали. Заплатив налоги и подати.
Донна Бланка стала белее мела.
— Донна Анна, что вас связывает с графом? Вы влюблены?
Маркиза отрицательно качнула головой, остановившимся взглядом наблюдая за мной.
— Вы не задумывались, на что готов ради вас этот человек? Готов ли оставить двор Англии, своего короля, службу в посольстве? Мнение всего света, свою семью ради вас и вашей дочери? Ведь приехав за ним ко двору короля Генриха, в чужую страну, придётся, что-то кому-то объяснять и доказывать. А может быть, через вас хотят достать Франциска? Вы не задумывались о политике этих двух враждебных государств? Зачем вам это? Опять-грязь. Зачем вам эти ухаживания? Ведь вы очень достойная и дорогая женщина, не распутная, верная и красивая. А теперь ещё и мать. Вы никогда не должны этого забывать, у вас есть кем рисковать.