Граф Рысев 8 (СИ)

Петрович последовал за мной, а уже за ним переглядывающиеся егеря. Им подробности никто не докладывал, но они, как и я со старшим егерем, чувствовали напряжение. Во дворе лежали законсервированные, но не убранные на склад туши. Видимо, Игнату было слишком некогда ими заниматься. А парочка, стоящая посреди двора, выглядит очень даже органично. Я оценивающе осмотрел их. Да, красивая пара. Жаль, что так получилось.
— Вот как знал, что что-то здесь может произойти. Просто местом одним чувствовал, — и я возобновил движение, покашляв в кулак, чтобы привлечь к себе внимание прежде всего Игната.
— Ничего не было, — глухо сказал Игнат, прямо глядя на меня. — Я пока соображаю, к чему эта интрижка могла бы нас привести.
— Ну у тебя и выдержка! — я искренне восхитился своим помощником. Потому что мне в моё время этой выдержки не хватило, но я не жалею ни об одной минуте, проведённой с Машей. — У нас у обоих был хреновый расклад, — добавил я задумчиво, подходя к тушам тварей. Что-то привлекло моё внимание, и я склонился над одной из них. Ага, способ её упокоения весьма оригинален и отличается от классических. — Всё-таки в магии воздуха гораздо больше изящества, возможности и коварства, — проговорил я, присаживаясь на корточки и рассматривая засохшую розовую пену в раскрытой пасти твари. — Даже немного обидно, что мне достался непредсказуемый, капризный и прямолинейный огонь.
— Я с ним не справляюсь, — ответил Игнат, подходя ближе. — Не могу рассчитать силы.
— Это приходит с опытом, — я поднялся на ноги, глядя на него предельно серьёзно. — Почему ты сорвался? Ни за что не поверю, что ты не смог бы себя контролировать после этих трёх макров.
— Не знаю, — он зачерпнул в руки снег и протёр им лицо. — Три года назад в Ямске был праздник. День урожая, кажется. Сергей Ильич дал моей сотне выходной. Там много девчонок было. У дворянок есть тупая традиция переодеваться в простые платья и приходить на этот праздник. Идиотки! — он невесело усмехнулся. — Но зато мы все остаёмся настороже. У тех, кому восемнадцать не исполнилось, перстня-то родового нет. И как во время праздника разберёшь, кого тискаешь? В общем, мне эту куклу тогда показали. Я её ненавязчиво опекал. Просто держал в поле зрения, чтобы не вышло чего, — он замолчал. — Мы больше никогда не встречались. Но, Евгений Фёдорович, Светлана знает моё имя. Похоже, ей меня тоже тогда показали, и она…
— И она тебя не забыла, — закончил я за него. — Отвратительная история, — добавил я и скривился. — Просто ужасная.
— В общем, почему-то на меня это обстоятельство подействовало, и… Я не хотел сдерживаться, вот в чём дело, — Игнат невесело усмехнулся.
— Это как раз понятно. Кстати, в том, что я видел, девица проявляла куда большую активность, — я, прищурившись, смотрел на него, а потом снова перевёл взгляд на тушу. — Где твой передатчик? — внезапно спросил я, а Игнат вздрогнул от такого перевода разговора.
— Как это где? — Игнат протянул руку и коснулся чистой кожи за ухом. — Вот чёрт! Я, похоже, его потерял, когда гнал сюда, чтобы эту дурочку шакалы на ужин не пустили.
— Угу, и даже не заметил. Весна, мать её! — промычал я, обдумывая со всех сторон посетившую меня только что мысль. — Раньше, да и сейчас иной раз, чтобы закрыть все вопросы между двумя родами, играли свадьбу.
— Я всего лишь егерь, — осторожно напомнил мне Игнат.
— Да, и это слегка угнетает. Потому что ты… Вот что, — я в который раз посмотрел на тушу. — Сейчас мы Светочку приводим в чувство, отвозим к сёстрам, а завтра мы все вместе едем в Ямск. Маша будет отличной дуэньей. При ней они не забалуют. А мы с тобой сядем на поезд и поедем в Новосибирск.
— Зачем? — Игнат нахмурился, глядя на меня.
— За надом, мать твою! — рявкнул я. — Игнат, не тупи, соберись уже! В Новосибирске есть храм всех богов, а они мне должны. Все должны, и ещё ни один не рассчитался, включая нашу красотку, — я невольно сжал кулаки, потом сбавил тон и продолжил. — Ты уже перерос своё звание, да и ПроРысева тоже. У нас сейчас до хрена поместий, и надо уже создавать младшие ветви Рысевых из лучших представителей клана, раз уж мы сами большого потомства не имеем.
  
— Вы хотите, чтобы я… — Игнат так на меня уставился, что я даже осмотрел себя. Да нет, с одеждой вроде всё нормально.
— Я хочу, чтобы ты получил перстень и принёс вассальную клятву как глава побочной ветви основного рода Рысевых, что тут непонятного? — я поморщился. — У князя должно быть больше вассалов, чем наши три калеки и Лебедев. Если я упрошу Рысь пойти на это, а ей нет причин упираться, всё-таки она от этого только сильнее станет, то тогда подумаем, кому ещё перстни раздать со сменой фамилии на Рысев. С дедом надо ещё обсудить, но он точно против не будет. У него и так голова болит, кем все эти поместья с неплохими наделами заселять. Да и большой плюс нам будет. Наличие вассалов сделает наши притязания на княжество более существенными.
— Ваше сиятельство… — Игнат продолжал смотреть на меня шальным взглядом.
— Ой, не смотри на меня так, а то я передумаю. Потому что знаешь, в чём состоит главная проблема? — он отрицательно покачал головой. — Я лишаюсь помощника, вот в чём! И это меня ничуть не радует, знаешь ли.
— Ваше сиятельство, девочка в себя пришла, хочет с вами поговорить, — на крыльцо вышел Петрович.
— Хорошо, — я сразу же направился ко входу в дом. Так даже лучше. Сейчас переговорим, и я выясню, что она думает по этому поводу. Уже взявшись за ручку, я повернулся к Игнату. — Да, коту имя дай. А то кот да кот, как-то это несерьёзно.
  
Глава 22
 
Игнат вышел из конюшни, ведя под уздцы своего жеребца и коня Светланы. К нему подбежал Петрович.
— Ну и кашу ты заварил, — он покачал головой, забирая у него Ворона. — Не припомню, чтобы проблемы слуг решались подобным образом. Сейчас ребята из кожи вон будут лезть, чтобы получить перстень.
— Я его ещё не получил, — стараясь говорить ровно, ответил Игнат. — Вполне может так получиться, что я не выйду из Храма всех богов живым.
— Такое, конечно, тоже нельзя исключать, но ты будешь не один, а с Евгением Фёдоровичем. Он же сам хочет похлопотать за тебя. Думаю, что он и за других сразу же похлопочет, чтобы лишний раз туда не возвращаться.
— Не понимаю, почему он решил начать подобную практику именно с меня? — Игнат уткнулся лбом в шею своего коня. Тот фыркнул и переступил с ноги на ногу.
— Потому что никто, кроме тебя, таких фортелей в ближайшее время не отмачивал, — усмехнулся Петрович. — Он художник и видит вот так. А в упрямстве Рысевы тем баранам фору дадут. Да ещё и Фырочка с котом твоим загуляла. В конце мая котята должны на свет появиться. Вот тоже головная боль начнётся.
— Да, парни передерутся за котёнка, — Игнат усмехнулся. — Ну, меня-то из очереди можно, наверное, вычеркнуть. Вроде кот не собирается больше убегать. Надо, правда, имя ему дать. Как думаешь, какое подойдёт?
— А что тут думать? — Петрович внимательно смотрел на своего лучшего воспитанника. — Не корове имя подбираешь, здесь не угадаешь. Предлагай, что могу ещё посоветовать? На какое отзовётся, так и назовёшь. Коты, они дюже своевольные. Ну тут достаточно на вас, на охламонов, посмотреть.
— А мы-то причём? — Игнат выпрямился. — Мы хорошие.
— А когда спите, так вообще только девкам умиляться, — Петрович перевёл взгляд на крыльцо. — Так, готовься к выезду, хватит болтать.
Игнат повернулся и увидел, что из дома вышла бледная Света. Следом появился Женя, на ходу натягивая перчатки. Девушка сбежала по крыльцу и сразу же подошла к своему Ворону. На Игната она старалась не смотреть. Евгений же подошёл к своему пока ещё помощнику.
— Я связался с дедом. Мы обговорили варианты, и он пришёл к тем же выводам, что и я. Уже сейчас юристы клана Рысевых составляют вменяемый брачный договор. Свинцовых уведомили, что оставшиеся в поместье девушки переходят под нашу юрисдикцию, — сказал Женя громко и повернулся к Светлане. — И, да. Наличие перстней у вышеупомянутых девушек является обязательным атрибутом. Без него сделка аннулируется. Клану Рысевых нужны одарённые дети, с хорошим магическим потенциалом, который может дать перстень их родителей. Так что ничего личного, Светочка, — добавил он, гадко усмехаясь.