Граф Рысев 8 (СИ)

— Нет, — Игнат покачал головой. — Ребята даже малую вылазку успели сделать. В паре километров их точно нет.
— Вели седлать лошадей. Быстро, Игнат! Фыра, похоже, на засаду нарвалась. Я сейчас умоюсь и поедем. Поедем вдвоём. Пошевеливайся!
— Твою мать, — выругался Игнат и побежал к лестнице, на ходу проверяя оружие, которое всегда было при нём.
— Женя, — ко мне подошла Маша. — Ты в состоянии куда-то ехать? — она обхватила меня за талию, придерживая и давая необходимую мне опору. С другой стороны шёл молчаливый Мамбов, готовый в любой момент подхватить, если я начну заваливаться.
— Да, сейчас откат от резкого разрыва связи пройдёт, уже проходит, — ответил я, чувствуя, как постепенно перестаёт кружиться голова. — Надо поторопиться, Маша.
— Умывайся, — сказала Маша, когда мы зашли в выделенную нам комнату, к которой примыкал санузел. — Я тебе одежду приготовлю. У тебя вся рубашка в крови, не надо тварей запахом свежей крови привлекать.
— Угу, — я стащил рубаху, бросил её на пол и пошёл к умывальнику. Олег за нами в комнату не зашёл, зато уже через минуту вбежала запыхавшаяся Вика.
— Вот, — и она сунула мне в руку пару портальных свитков. — Я как знала, что могут пригодиться. Они настроены на площадку в двух метрах от ворот этого поместья. В само поместье не получилось настройку сделать. Защита не пропустит. С вами точно никто больше не поедет? И почему вы машину не возьмёте?
— Потому что машина не везде может проехать, в отличие от лошади. Может быть, нам придётся в лес углубиться, — я повертел в руках свитки. — Спасибо.
— Брось, — Вика махнула рукой. — Когда Олег забежал и начал тебя материть, намекая на то, какой ты упрямый, и что нас всех обманули, и твоим покровителем вовсе не рысь является, а баран… В общем, я даже не сразу поняла, что ты куда-то только с Игнатом собрался. А когда поняла, то вот… — и она указала на свитки. — В бою от меня толку мало, но хотя бы с отходом я могу тебе помочь.
— И всё-таки спасибо, — я аккуратно положил свитки в карман, крепко поцеловал сжимающую кулачки Машу и быстро вышел из комнаты.
Всё произошло слишком быстро, поэтому до многих ещё не дошло, что случилось, и куда мы с Игнатом сорвались, словно на скипидар случайно сели.
Дорога была свободна, и очень скоро мы пустили лошадей в галоп. Мы неслись по дороге, но меня всё равно не оставляла мысль, что опаздываем. Лошади так разогнались, что даже не сразу сообразили, что у них на пути беснуется тварь. Я успел выскочить из седла, заметив, что Игнат сделал то же самое. Сделали мы это вовремя, потому что лошади встали на дыбы и точно сбросили бы нас, если бы мы не подстраховались.
Площадка возле дороги была вытоптана и залита кровью. Тел не было видно, и я на мгновение подумал, что мы опоздали. Но тварь бесновалась и уже готова была сойти с тропы, чтобы бежать по кровавым следам, уходящим в лес, и это говорило нам о том, что Фыра успела сбежать. Но почему так много крови? Она ранена?
— Игнат, держи лошадей! — крикнул я, формируя привычные меч и кинжал, пропитанные зелёным ядом паучихи.
Думать дольше не было ни времени, ни желания. Призвав дар, я с ходу залепил твари в морду сгустком чёрного пламени и тут же упал, покатившись по земле, пропуская над собой выпущенные шипы. Тварь заверещала и закрутилась на месте, но я в два прыжка очутился рядом с ней. Меч вошёл прямо в распахнутую пасть, а кинжал я вонзил в голову напрямую, целясь между плотными щитками.
Я быстро отскочил, чтобы не попасть под удар агонизирующей твари, оставив меч с кинжалом в её теле. Тварь начала затихать. Вот она вытянулась на земле, а по её телу пробежала судорога.
— Игнат, добей! Быстро! — заорал я.
Егерь тут же сообразил, что от него требуется. Он отпустил успокоившихся лошадей и подбежал к ящеру, на ходу вытаскивая кинжал. С трудом перевернув огромную тушу, Игнат вонзил кинжал в незащищённое бронёй брюхо твари, вспарывая его, добираясь до сердца. Тварь дёрнулась в последней раз и затихла теперь уже окончательно.
— Эта молодая совсем, — заметил егерь, вырывая из сердца макр и на мгновение закрывая глаза. Его качнуло, а когда он открыл глаза, я увидел, что они блестят, словно Игнат пару стопок накатил без закуски. — Третий уровень. До четвёртого ещё не добралась.
  
— Я заметил, — ответил я, всматриваясь в кровавые следы, уходящие в сторону леса. — Во-первых, она тупая. Даже зачатков разума здесь не было. Во-вторых, осталась на свою беду здесь. Ну кто ей виноват? Никак не могла оставить мысли о вкусной упитанной кошечке? Да и справился я с ней довольно легко. В прошлый раз гораздо сложнее пришлось. Игнат, хватит кайфовать. Иди сюда! — рявкнул я, и егерь помотал головой, стараясь прогнать остатки эйфории. — Что с этими следами не так?
— Они парные, — Игнат схватил чистый снег и протёр им лицо, чтобы окончательно прийти в себя. — Или наша Фырочка внезапно раздвоилась, или здесь прошли две рыси. И одна гораздо крупнее. Ох ты ж… — протянул он, и я поднял голову, проследив за его взглядом. — Ваше сиятельство, Евгений Фёдорович, меня так накрыло, и сейчас мерещится всякое, или я действительно это вижу?
Не знаю, что видел он, но я на всякий случай протёр глаза. Картинка никуда не делась. Из леса показалась Фыра. Она тащила тело крупной рыси, вцепившись ей в загривок. Ноша была тяжёлой, и кошка часто останавливалась, а то и вовсе начинала двигаться задом, чтобы протащить безжизненное тело ещё пару метров.
— Фыра, — я бросился к ней. Услышав мой голос, она замерла, а потом отпустила свою ношу и бросилась ко мне, завывая на одной ноте. — Игнат, помоги!
Но мой помощник уже сам бросился к крупному телу, лежащему на снегу. Там, где Фыра его тащила, остался кровавый след. Опустившись перед рысью на колени, Игнат принялся её осматривать.
— Это кот. Ещё живой, но вот-вот откинется, — коротко ответил он на мой невысказанный вопрос. Я же с трудом удерживал запрыгнувшую ко мне на руки тушку. Фыра ныла и пыталась вылизывать мне лицо. И я никак не мог опустить её на землю, чтобы хотя бы осмотреть, потому что она сразу начинала выпускать когти.
— Успокойся, — мне наконец удалось сгрузить её на снег. Быстро осмотрев Фыру и найдя несколько неглубоких ранений, слегка придавил её к земле, чтобы немного снять охватившее рысь возбуждение. Она была так рада, что мы пришли, и что теперь всё будет хорошо, что никак не могла успокоиться и жутко мешала мне. — Фыра, успокойся! Мы не сможем помочь твоему приятелю, если ты не утихомиришься. И нам пора убираться отсюда.
— Я возьму его, — сказал Игнат, поднимаясь и снимая с себя куртку, чтобы укутать кота, которому холод точно на пользу не шёл.
— Садись в седло, я помогу, — Игнат кивнул и взлетел в седло. Я же укутал кота его курткой и с трудом поднял на руки крупное поджарое тело. Водрузив его перед Игатом, я повернулся в сторону твари. Тушу надо обязательно забрать. У нас впервые появился шанс исследовать этих зверюг, чтобы выявить все их уязвимые места, и я не собирался эту возможность упускать.
— Как думаешь, выдержит, если я волоком за собой потащу? — спросил я у Игната, который прижимал к себе кота, поглаживая его по голове.
— Должна, — немного подумав, ответил Игнат. — Шкура-то, что у того дракона.
— Хорошо, тогда трогай потихоньку, я догоню, — Игнат кивнул, а я размотал верёвку и принялся быстро обвязывать хвост дохлого ящера, а второй конец приматывать к луке седла.
Игнат тронул бока своей кобылы, послав её рысью, стараясь не трясти свою ношу. Я же, удостоверившись, что всё привязано крепко, вскочил в седло.
— Иди сюда, — позвал я Фыру, которая наконец-то успокоилась и теперь сидела, молча наблюдая за моими действиями.
Рысь сразу сообразила, что я от неё требую. Взлетев в прыжке, она запрыгнула в седло, заставив лошадь заржать и попятиться. Всё-таки местные лошади не обучены так, как наши. Покачав головой, я похлопал её по шее, успокаивая.
— Давай потихоньку, поехали, — пробормотал я, слегка отпуская поводья. — Рысью.