Старшая школа Йокай 2 (СИ)

Рассказывать друзьям про покоящегося на дне морском Ёрмунганда я не стал. А ведь они с олгой-хорхой были близкими родственниками. Северную скотину предки помогали упокаивать в рамках профилактики Рагнарека, но это была уже совершенно другая история.
— А что с ним дальше стало, с тем, который на всю пустыню? — осторожно уточнила лисичка.
— Вроде умер от голода, — печально развел руками я и рассказал теорию про питательную массу, которая требуется для прокорма одной сильно увеличенной единицы живой природы. Как только массы недостает, особь предсказуемо вымирает.
— Не то чтобы мне его жалко, — подытожила Томоко. Все были солидарны.
Перейдя пустыню по еле заметной темной тропинке, мы увидели ровно то, что описывали погранцы. Среди степной травы и потрескавшейся кое-где земли стояло большое хозяйство, зеленым пятном выделявшееся на местности. Огромный белый забор с кое-где облупившейся краской был сплошным. У ворот стояли два охранника, вооруженных тяжелыми секирами. На металле сияла какая-то гравировка повышенной пафосности.
— Ко-тян, а что у них с оружием? — Уэно пыталась совместить прочитанное много лет назад с увиденным сию секунду.
— Не знаю, каким нужно быть ушлепком, чтобы вооружить парней вот этим, — я недоумевал вместе с ней. — Абсолютно не монгольская штука, ее в основном использовали пешие воины. Кавалеристу топор без нужды. В Монголии пешком так-то не ходят, здесь секира одновременно и анахронизм, и дурость.
Пока я болтал, наметанный глаз пытался опознать вид, к которому принадлежали охранники. Кажется, они, как и владелец поместья, были савдагами, но помельче.
— Хана-кун, выдай план, пожалуйста, — я присел на песок в тень небольшого куста, чтобы не отсвечивать.
— Только после того как ты мне скажешь, в чем слабое место савдагов, или как их там, — отозвался крысенок.
Я задумался.
— Именно о савдагах я знаю мало, кроме разве что одного факта: они пользуются энергией земли. Для внешней энергии есть три цикла. Созидательный сейчас нас не интересует. Разрушительный выглядит так: фаза дерева разрушает фазу земли, земля разрушает воду, вода разрушает огонь, огонь разрушает металл, металл разрушает дерево. Смягчающий — так: земля смягчает энергию огня, огонь смягчает дерево, дерево смягчает воду, вода смягчает металл, а металл смягчает землю.
Все задумались.
— А озвучь все-таки созидательный цикл, — кажется, Томоко в голову пришла какая-то идея.
— Фаза дерева создает или питает фазу огня, огонь создает фазу земли, земля создает металл, металл создает воду, а вода создает дерево.
— Яснее не стало, кроме того, наверное, что огнем их жечь не надо, — сделала вывод Уэно.
Мы ломали голову еще пятнадцать минут.
Томоко молча начала доставать из сумки переносные ведра. Мы наблюдали.
Она не выдержала первой.
— Народ, надоело же. Предлагаю сделать самое простое. Этот забор под напряжением?
Мы пришли к выводу, что однозначно нет.
— У этого забора есть ров с крокодилами?
Мы пришли к очередному выводу, что вряд ли.
— Ну хотя бы чем вооружен хозяин этого великолепного сада?
Я внезапно вспомнил:
— У него ружье, заряженное серебряной солью.
— Константин, — закатила глаза великанша. — Даже если это эпическая супермегауберубийственная соль, ты что, нас не поднимешь из мертвых?
Я не нашелся, что ответить.
— Так что, Кавагути-кун, хватит греть мозги, бери-ка ведра, давайте обойдем эту ограду, перекинем через нее двоих. Тебя, поскольку вор ты лучше прочих, и… — Томо оглянулась, — Уэно, поскольку она умеет создавать мороки. А потом выбирайтесь с вишней, ну или мы вас достанем оттуда.
— Это должна быть вишня, растущая по несколько деревьев в одном гнезде, мохнатого внешнего вида и мелкая ярко-красная? — уточнила Уэно.
— Всё так, — согласился я.
— Томоко права. Привяжи-ка к нам свою чудо-веревку на всякий, и мы пойдем, — план казался ей рабочим.
Почему такая простая мысль, что ничего не нужно усложнять, не пришла в голову мне самому?
Уэно навела мираж. Кавагути легко вспрыгнул на высокий забор. Лисице он тоже не показался достаточным препятствием.
 
Мы с Томоко остались внизу, бдительно оглядываясь. На нас тоже был лисий морок, мы визуально сливались с забором. Всё должно было пройти вполне нормально.
Я слышал шелест веток. Обычный шум обычных деревьев в обычном саду. В жизни бы не сказал, что там что-то вообще происходит.
Длинный голый хвост, свесившись через забор, опустил нам в руки два первых ведра с вишнями.
Серьезно, так просто?
Я накрыл ведра. Дело пошло.
Знакомый хвост подавал нам последние два ведра. Я прилаживал крышки, когда на меня упала Уэно с криком «Кажись, вот теперь попали».
Мы дождались недзуми, похватали ведра и стартовали по знакомой дороге. Судя по звуку, распахивались большие ворота. Кто-то незнакомым голосом заверещал что-то вроде «держи вора». Благо компанию предупреждать было не надо, о ружье помнили все. Мы побежали зигзагами.
А потом я все-таки догадался обернуться, потому что топотало очень уж сильно.
За нами бежала целая толпа савдагов, вооруженных секирами. Да какой безумный кузнец вообще выполнил этот заказ, я не понимаю?!
— Так, чуваки, — я вышел на ровный и спокойный бег, и все отстроились под мой темп. — Возвращаться нужно той же дорогой. По пустыне постарайтесь топотать в унисон. Если получится — стряхнем преследователей.
Кивать особо времени не было. Ведра хлопали по коленям. Вишня, которой были чуть измазаны ведра, пахла так, что я бы сожрал литра четыре, но было как-то не до этого.
Добравшись до пустынного участка, мы начали бежать в ногу. Если бы я хоть раз задумывался, насколько это сложно — изобрел бы что-то поумнее. Однако же сработало. Олгой-хорхой, услышав сильную вибрацию, уже обратил на нас внимание. Мы были быстры и ловки, а вот половину наших преследователей как корова языком слизнула.
— Маловат питомец, Костя, — прокомментировал недзуми. Ему было хуже всех. Из-за ведер ему было не опуститься на четыре лапы.
— Ну, всё что мог! — ответил я. — Увы, план хотя и сработал, но всю обратную дорогу нам придется бежать. Потому что идею получше мы так и не придумали.
Мы пробовали всё. Недзуми рассыпал через плечо какой-то мерзенький ниндзявский порошок. Савдаги даже не расчихались. Уэно насылала мороки, помня, что огнем плеваться не вариант. Земляные создания будто их не увидели.
…будто не увидели, да?
— Это не савдаги!
Я подал знак остановиться. И, быстро натянув маску, послал взмахом косы точную и разрушительную волну.
Поднялся столб пыли. Наши противники выбежали из него. Их лица ничего не выражали.
— А вот теперь точно валим, — я вцепился в ручки ведер и стартовал по известной тропинке. Карачунья рука подхватила запасное ведро и полетела рядом.
— Пояснения будут? — Томоко была единственной, кто не попробовал никакое средство, чтобы избавиться от преследователей.
— Будут. Наши противники — големы. Мы реально не можем сделать вообще ничего. Кто-нибудь умеет ставить прочные физические барьеры?
Уэно покачала головой, что на бегу выглядело несколько комично.
— Единственный способ — замуровать эту хрень так, чтобы она не могла выйти. Разрушить это может только создатель. Остановить тоже.
* * *
Ван-Хан, приложив к глазам старый военный бинокль, рассматривал картинку, пока вся толпа не скрылась из виду. После чего прошел обратно в дом, прислонил ружье к лавке и набрал давно знакомый номер.
— Привет, дорогая, — сказал он на чистом русском языке. — Да, пришли твои посыльные. Девять ведер собрали, представляешь? Да, трудяжки редкостные, любо-дорого глянуть. Ну как отпустил. Нужно же сделать вид, что всё серьезно, правда? Конечно, весело. Да, обращайся обязательно, дорогая. У меня еще персики в этом году шикарные должны быть, но уже к середине августа. Ты приходи, они обычные, ничего красть не надо. И Ягиньку с ее орлами тоже зови.