Граф Суворов 2 (СИ)

Собственные дополнительные индивидуальные занятия я получал каждый день. В основном — практику. Рукопашный бой, ножевой бой, фехтование на рапирах, стрельба из гранатомета, стрельба из пистолета с режимом по три патрона и очередями. Все это на столько плотно вписалось в и без того насыщенный учебный график, что у меня не хватало времени даже листать новости на разрешенном планшете. И вот наконец марафон длинной в два месяца подходил к концу.
— Я все же считаю, что с новенькими что-то делать придется. — проговорил Леха, когда мы дошли до летнего стадиона, за последние два месяца, получившего хоть и номинальную, но крышу. Теперь хоть на трибуны не лило. — Самых дерзких те же бояре сами приструнят, но они сильно ломают ряды.
— Послушаем что скажет генерал, там решим. — пожав плечами ответил я. — В прошлый раз после его объявления все планы прахом пошли. Как и после прихода военных в училище.
— Будто ты сам в этом ни разу не виноват и совершенно не при чем. — хохотнул Таран, вышедший чуть вперед и раздвигающий толпу словно ледокол. — Да и вообще, кто деление на роты предложил? Вот и хлебай теперь.
— Плохо что ли? Хорошо! — усмехнувшись ответил я. Применение силы было совершенно не обязательным, чтобы добраться до наших мест, но статус обязывал. Да и приятно потолкаться — все обогрев, благо на дворе не май месяц, температура уже давно держится ниже нуля. И единственное что бесило с каждым днем все больше — жизнь в полковых солдатских палатках. Печка не спасала совершенно, а у третьекурсников энергии на все не хватало.
— О, смотри, нам место придержали. — усмехнулся Леха, показав на первый ряд с пятью свободными стульями. Проблема была в том, что по соседству сидели только боярские детки, но когда нас это останавливало?
— Заходим, садимся, Таран и Жеглов по бокам. Петр, выдержишь? — шепотом спросил я, и наш второй качок уверенно кивнул. — Отлично, в драку не вступать, провоцировать можно.
— Вот за что я тебя люблю, старшой, так это за рассудительность и полный отрыв башки. — тихо рассмеялся бурят, размяв плечи. — Если ввязываться в драку, то за руку принцессы, не меньше. Да?
— Нафиг она мне? Готовы? — спросил я, и дождавшись кивков двинулся вперед, прикрывая Жеглова. Храбрость с дуростью путать не надо, а место под солнцем само почему-то никогда не освобождается.
Увидев нашу пятерку барчики в начале рассмеялись, затем несколько секунд продолжали зубоскалить, пока не поняли что мы целенаправленно идем в их сторону, а затем один из них, с ухмылкой, пересел на «свободное» место, явно демонстрируя что тут занято и вообще не для нас.
— Жопу подвинул. — мрачно усмехнулся Таран, и через секунду лицо парня посерело. При этом руками его никто не трогал, просто бурят приложил наглеца прессом, да еще и аккуратно, больше никого не задев. Тот в ответ выставил щит, но плоскость мгновенно лопнула, стоило мне ее коснуться.
— Это нарушение закона! — хрипло выкрикнул парень, скрючившись в кресле. — Я все о вас расскажу!
— Естественно, расскажи. — серьезно проговорил я. — А если ты не хочешь — давай я расскажу, что тебя, сына боярского, уделал в противостоянии силы вчерашний черный. От такой славы ты до смерти не отмоешься. А теперь прочь отсюда.
— Граф-Граф, ну что же ты так. А говорил не встретимся. — послышался за моей спиной голос, в котором я без труда узнал Герба. — Ребята, подвиньтесь чуток. Ничего страшного не произойдет, а мы найдем общий язык. Верно, Александр?
— Возможно, Геннадий. — с легкой улыбкой ответил я.
Честно сказать мне Недосуд никогда особенно не нравился, своей высокомерностью, пренебрежительным отношением к остальным ученикам и даже дворянам. Но были у него качества, которые не отнять — честность, как он ее понимал, некое извращенное благородство, чувство равенства и зверская, нечеловеческая трудоспособность.
Именно он стал вторым сотником, и совершенно заслуженно. К нему, как и ко мне, стремились попасть лучшие. Только если у меня в основном были ребята прогрызающие себе дорогу сами, к нему шли уже подготовленные дворянские и дети военных. Если оценивать здраво — его рота превосходила мою по всем показателям. По крайней мере пока.
 
— Тебе, Граф, стоило бы выбирать себе в помощники достойных, а не возиться с чернью. — покачал головой Герб, когда мы сели рядом, прямо напротив пока свободных трибун для выступления.
— Я с тобой полностью согласен, но ты не верно понимаешь словно «достойные». — усмехнулся я, не став припираться. — Дело тут не в титуле и не в воспитании, а в том, что человек считает правильным и приемлемым.
— С удовольствием с тобой поспорю об этом. После того как стану твоим страшим братом. — усмехнулся Герб. — Ты же не рассчитываешь, что кто-то из твоих приятелей выиграет в заявленном турнире?
— Среди них? Нет, боюсь тут кандидатов на первенство мало. — честно ответил я. — Но, если ты думаешь, что у тебя не будет достойных соперников — сильно ошибаешься. К тому же кто тебе сказал…
— Кадеты встать! — рявкнул громкоговоритель и нам пришлось прервать разговор. — Приветствуем выступление президента попечительского совета младшего военного императорского училища имени графа А.В. Суворова. Ура!
— Ура! — нестройным хором заревели трибуны, и под эти крики на подиум вышел сам граф Мирослав. Подняв руку, он улыбнулся и дождавшись пока общий шум чуть стихнет положил свою трость на кафедру.
— Кадеты! Студенты! Учащиеся! Я счастлив видеть столь возросший интерес к училищу под нашим покровительством. Ваши старания, самоорганизация и упорство послужат примером для сотен тысяч молодых людей, юношей и девушек, по всей империи! — четко и громко сказал генерал, разом перекрыв все голоса. — И они не остались незамеченными!
— На протяжении трех последних месяцев многие из вас могли заметить ввозимые на территорию училища стройматериалы и технику. — продолжил Мирослав. — С гордостью сообщаю, что к окончанию первого полугодия, после принятия присяги, студенты первой сотни, а так же командный состав остальных подразделений, смогут вселиться в новое, строящееся за территорией полигона здание. С индивидуальными комнатами для ротных. С душем и даже собственной кухней. Лучшие условия для лучших! Все, для того чтобы следующие полгода, вплоть до выпуска, вы могли заниматься только собственным саморазвитием и показать себя на объявленном в октябре турнире! И пусть победят лучшие.
— Вот и посмотрим, кто подбирал «достойных» правильно. — усмехнулся Герб, посмотрев на меня свысока.
  
Глава 14
 
— Ротные все здесь? Иванов, почему вас двое? — строго спросил Василий, заметив, что у меня за спиной маячит Леха.
— Распределение задач на уровень заместителей, ваше благородие. — бодро отрапортовал я. Хоть номинально на совещание звали только сотников, я не стал себя ни в чем ограничивать и взял с собой Шебутнова. — Одна голова хорошо, а две лучше.
— Кто командир подразделения? Вот и получай задачи сам, дальше по цепочке передашь. — хмыкнул Василий, прекрасно поняв мои намерения и не собираясь оправдывать лень. Леха все понял правильно и по одному моему кивку вышел из штабной палатки. Остались мы — пять ротных, Строганов и Мария, отвечавшие за вводную.
— Итак, с завтрашнего дня на основе поступивших и третьекурсников, не прошедших экзамены по ускоренной подготовке, будут сформированы еще одиннадцать рот. — произнес Василий, показав на таблицу, в которой пока были заполнены только первые пять строк. — У вас будет временной бонус, как дополнительный шанс справится с задачей лучше остальных. Минусы надо объяснять?
— У нас в ротах первокурсники и второкурсники, не прошедшие инициацию. — ответил, пожав плечами Герб.
— Именно. — не слишком довольно оборвал его рассуждения Строганов. — За прошедшие полтора месяца вы должны были сработаться, так это или нет — выясним в следующие пятнадцать дней. Ваша главная задача — доказать новоприбывшим истинность простого правила — порядок бьет класс, если они сравнимы. Вопросы?