Лебединая верность (СИ)

========== Часть 6 ==========
Гермиона аппарировала с Гарри Поттером. Мужчина просто протянул ей ладонь, и подруга детства доверчиво вложила в неё пальцы, а потом они исчезли. Малфой вновь взял за руку свою дочь, но перед тем, как он мог с громким хлопком исчезнуть из маггловской больницы, чтобы вновь появиться в Хогвартсе, тяжелая ладонь рыжего аврора опустилась на его плечо.
  
– Малфой, – Рон Уизли не обращал внимания на маленькую, белокурую девочку, широко распахнутыми глазами смотревшую в его полные ненависти глаза. - Если окажется, что ты держал её под зельями или Империо, я тебя убью. И не посмотрю, что без тебя мы бы вряд ли победили так быстро и с минимальным количеством потерь.
Драко кивнул, даже не думая ввязываться в перепалку или обмен колкостями и оскорблениями. Он сжал в ладони руку новообретенной дочери и исчез. А ещё через несколько мгновений хмурый Уизли окинул всё вокруг тяжёлым взглядом и аппарировал вслед за остальными. Из комнаты начинали доноситься голоса приходивших в себя магглов.
Они материализовались на мосту, который вёл к замку. Гермиона зябко поежилась на ветру, и прежде, чем кто-либо мог отреагировать, мантия Драко Малфоя опустилась ей на плечи. Изи настороженно наблюдала за реакцией матери, но Грейнджер лишь покрепче укуталась в тёплую материю и улыбнулась. В следующее мгновение две мужские фигуры отделились от перил и насмешливый голос профессора Забини приветствовал их:
– Ну, что ж, с возвращением, Грейнджер.
– Забини? А ты что здесь делаешь? – Гермиона нахмурилась.
– С этого года я здесь работаю, – Забини одарил девушку шутовским поклоном. – Преподаю зельеварение и деканю в Слизерине. Что, так сложно поверить, что я не в Азкабане?
– Что? – взгляд Гермионы стал немного отсутствующим. – Нет, я просто подумала, как же все-таки хорошо, что за магглорождёнными посылают декана Гриффиндора. А то, если бы мне рассказали, что Изи забрал человек с твоим описанием внешности…
– Можешь не заканчивать эту фразу, все понятно, – Забини закатил глаза.
– На самом деле, Гермиона, Забини был первым, кто узнал Изабеллу, – Гарри откашлялся и потёр пальцами лоб в районе шрама. – Он ещё на перроне мне сказал, что девочка кого-то ему напоминает.
– Почему я не удивлён? – покачал головой Драко Малфой, и Поттер не удержался, чтобы не кивнуть ему в ответ. От Изи не укрылось отсутствие любой агрессии во взглядах, которыми они обменялись. Гарри Поттер к её отцу относился вполне нормально. В отличии он того рыжего аврора.
– Да, я тоже это подумал, – хмыкнул нынешний начальник Аврората и обернулся к своим подчинённым. – Вы свободны, господа. Благодарю за помощь, но рад, что она не понадобилась.
– Я бы тебя убил, если бы ты нас не позвал, – вновь подал голос Уизли. Остальные авроры кивали, и Изи начала подозревать, что на самом деле участие в спасении или просто возвращении Гермионы Грейнджер в магический мир все присутствующие однозначно считали для себя за честь.
– А у него явно гомоцидные наклонности, – на грани слуха прошептала Изи своему новоявленному отцу. – Он всем всегда угрожает, или только некоторым?
– Только избранным, - усмехнулся Драко, а Гарри Поттер громко рассмеялся.
– Рон, только не говори мне, что уже успел «настоятельно предупредить» Малфоя?
– Именно это он уже сделал, – поспешно и с явным энтузиазмом кивнув Поттеру, молниеносно доложила Изабелла.
Где-то на грани слуха девочка расслышала, как рыжий аврор пробурчал что-то невнятное об истинных Слизеринцах, куда бы их не засунули, хоть на Рейвенкло, хоть в Хаффлпафф.
В ответ мать громко рассмеялась и парировала, что на самом деле, это очень умно – не допустить убийства только что обнаруженного отца из древнего рода, во всяком случае, пока тебя не внесут на семейный гобелен. Так что, заслуженно Рейвенкло. Десять баллов Шляпе. Изи открыла рот от удивления, ожидая очередной неминуемый обмен колкостями, но все вокруг лишь громко рассмеялись. Включая самого Драко Малфоя. Смеялся и Джеймс Поттер, который всё это время ожидал их подле нового преподавателя зельеварения.
Профессор Забини проводил всех в кабинет директора. Минерва МакГонагалл восседала в своем кресле, напряженно глядя прямо перед собой и поджав губы. Напротив неё расположился бледный Люциус Малфой, возле которого сидела высокая и очень красивая белокурая леди. Изи невольно остановила свой взгляд на ней, инстинктивно зная, что это ещё одна Малфой, представительница её новой семьи. Профессор Лонгботтом стоял возле камина, тоже хмурясь и избегая смотреть на кого-либо в комнате. Завершала собрание рыжеволосая женщина с живыми, карими глазами и очень доброй улыбкой.
Едва они зашли, рыжая молниеносно сорвалась с места и отточенными, чёткими движениями, выдававшими в ней тренированную спортсменку, бросилась на шею матери Изи:
– Гермиона! Не могу поверить своим глазам, это действительно ты?
– Да, Джинни, это я, а не Паркинсон под оборотным, – весело рассмеялась мать. Какой же у неё всё-таки замечательный, добрый, заразительный смех! Изи уже не могла себе представить, что когда-то была вынуждена существовать без этого голоса. – Я тоже очень рада тебя видеть, а как я счастлива с тобой разговаривать!
– Гермиона, – та, кого Изи безошибочно приняла за супругу Люциуса, поднялась с места. Полными достоинства, плавными движениями она приблизилась к матери, а потом заключила её в объятьях. Впрочем, уже в следующее мгновение женщина отстранилась и пристально вгляделась в самые зрачки Гермионы. Достав свою палочку, она сделала несколько пассов перед лицом матери, а потом кивнула.
– Проклятье снято полностью, никаких остаточных явлений нет. И что самое удивительное, я даже не чувствую эффектов этих мерзких, бездарных, маггловских ментальных зелий.
– Нарцисса, – мать улыбнулась, кивнув ей в ответ. – Да, меня не пичкали их лекарствами уже очень давно. В принципе, как только я поняла, что ничего сделать маггловская медицина не сможет, а если моё поведение будет рассмотрено, как агрессивное, в меня просто будут вливать и колоть успокоительные и более сильную дрянь. Пользы будет никакой, а вот проблем потом не оберёшься. Поэтому, практически все это время, когда они поняли, что причины моего состояния определить все равно не могут и ничего мне не поможет, меня не трогали. Так, психологические беседы и терапии, расслабляющие процедуры, массажи, а иногда новые тесты и консультации.
– А это, должно быть, Изи? – Нарцисса кивнула и теперь обратила внимание на белокурую девочку, всё ещё державшуюся рядом с Драко.
– Да, это Изабелла, – улыбнулась мать. И вновь Изи была изумлена, насколько просто имя, данное в честь её похитительницы и мучительницы, слетало с губ Гермионы Грейнджер.
– Что ж, подойди ко мне, дитя моё, – Нарцисса протянула к ней руку, и девочка, слегка направленная ладонью отца, была заключена в сдержанные объятия.
– Я уже давно заметила, как сильно она на вас похожа, – качнула головой Гермиона. – Впрочем, Изи рано научилась пользоваться своей внешностью и впечатлением, которое производит на людей. И плюс, её характер. Могу уверить вас всех, и особенно вас, профессор МакГонагалл, что второго тёмного лорда из неё не выйдет.
– Это мы уже все поняли, мисс Грейнджер, – усмехнулся Люциус, поднимаясь с места. Как и его сын, при посторонних к Гермионе он не приближался. – Впрочем, сходство тоже весьма поверхностное, и только пока её всё устраивает. А вот чуть немного не по шерстке, и молниеносно из маленькой принцессы появляется львица. Мы уже все видели в маленькой Изабелле Гермиону Грейнджер.
- А мне она тебя напоминала ещё на перроне, - вставил Блейз. - Я только понять это сходу не мог. Но выражения лица, повадки, манеры…
– Кстати, Изи была уверена, что её полное имя вас расстраивает. Я этого не заметила, – озвучила вопрос всех присутствующих Нарцисса Малфой, кивнув Забини и вновь обернувшись к Гермионе.
- Мама сказала, - произносить это словосочетание доставляло Изи огромное удовольствие. Её мама говорит! - Что, как дочь Малфоя, я не могу быть Изи.